Тень моей хозяйки (СИ)

— В аптечке на полке, — махнул рукой некромант.
Мы расположились на кухне, прикрыв дверь в комнату, где лежала Адриана. Я смачивала кровоостанавливающей жидкостью ватные тампоны и по очереди вручала их драчунам. К счастью, оба отделались только синяками и ссадинами. Мартейн запихнул в левую ноздрю кусок ваты и теперь злобно сверкал глазами на меня и некроманта. С его волос капала вода: советнику досталась большая часть вылитого ведра.
— Я готов ответить на твои вопросы, Фоули, — подал голос Роберт.
— Ты можешь вернуть её? — тихо спросил Мартейн.
— Вернуть тебе? — уточнил некромант и тяжело вздохнул.
— Нет. Возвратить к нормальной жизни. Чтобы дух вновь жил в её теле… я не знаю ваших колдовских премудростей. Ты же понимаешь, о чём я. Можешь сделать так, чтобы она проснулась?
Роберт скрипнул стареньким стулом, поднялся и подошёл к буфету. Распахнув дверцы, он достал из тёмных недр шкафчика три узорчатых бокала и бутылку выдержанного вина, принёс всё это на стол. Неужели нас ждёт перемирие? Я собрала эликсиры в аптечку и поставила её на место.
— У меня не хватает для этого знаний, — ответил наконец Ниалл.
— Надо же! А ведь ты был отличником в Академии, — фыркнул Тейн. — Помню, отец всё время ставил тебя в пример.
— Чтобы прервать эксперимент, нужно найти якорь в сумраке. Не зная его координат, сделать это невозможно. Междумирье — это не остров, и даже не континент. Это огромный мир, параллельный нашему. Искать якорь — всё равно что искать песчинку в мире живых.
— У Адрианы в лаборатории остались тетради с записями, — нахмурившись, вспомнил Мартейн. — Если это тебе поможет, приходи и изучай их.
Некромант наполнил бокалы тёмно-красным бархатистым напитком.
— Сомневаюсь, что она где-то записала формулу. Она ведь уходила навсегда. Она и предположить не могла, что я нарушу данное ей слово.
— Я хочу увидеть Адриану ещё раз, — сказал Мартейн, отбрасывая со лба мокрую чёлку и поёживаясь от холода.
— К сожалению, она не сможет ответить тебе. Её душа глубоко в сумраке.
— Всё равно, — помотал готовой советник. — Дай мне побыть с ней наедине. В последний раз.
— Конечно, — кивнул Роберт.
Так мы остались с некромантом вдвоём. Мы молча потягивали вино и невольно прислушивались к тому, что происходит в комнате, но было тихо. Я вдруг вспомнила о том, зачем пришла на кладбище, и вытащила из-за пазухи конверт.
— Господин Мартейн отправил меня к вам с письмом по поводу Алтаря Родовой стихии, — прошептала я. — Я не знала, что он пойдёт следом.
— Спасибо, Эли. Я прочту его позже, — чуть улыбнулся Роберт.
— Я верю, что у вас получится вернуть Адриану, — призналась я. — Вы только не сдавайтесь.
— Время ещё есть. Правда, если советник Фоули будет каждый раз пытаться сломать мне руки и челюсть, то много я не наколдую. Создание порталов в междумирье требует предельной концентрации. Сильные эмоции и проявления чувств притягивают враждебных тварей с той стороны. Это мешает поискам.
Мне нелегко было поверить, что за непроницаемой внешностью Роберта скрываются сильные эмоции. У стихийников всё просто: достаточно случайно брошенного слова, неосторожного взгляда — и ты уже вспыхиваешь, как сухой хворост. Я видела, с каким трудом Мартейну удавалось сдержать свой дар, не дать ему выплеснуться на соперника, в то время как тёмный дар Ниалла ничуть не отреагировал на драку. Некромант мог бы одним щелчком пальцев парализовать Тейна или заключить его в клетку, сотканную из теневой магии, но не стал. «Слишком просто».
— Простите Мартейну его вспышку, — тихо попросила я. — Вы же знаете, ему очень больно всё это видеть.
— Знаю, — кивнул некромант и опустил взгляд. — Но думать, будто я… что-то делаю с телом без позволения Адрианы… Это, пожалуй, чересчур. Да, мне приходится прикасаться к ней, чтобы умыть, расчесать волосы или переодеть, но это необходимость, а не моя прихоть.
— Не сердитесь на него, — и я дотронулась до оторванного рукава Роберта. — Хотите, я зашью вашу одежду?
— Не беспокойся, я и сам умею.
 
— Вы с Мартейном вместе учились в Академии?
До сих пор я только гадала, сколько же лет этому мрачному и серьёзному колдуну. Мне казалось, что он намного старше советника Фоули, до тех пор, пока я не увидела его катающимся в пыли вместе с моим господином. Некромант был ещё далёк от старости и прекрасно владел собственным телом. Вопреки глупым суевериям и сказкам, тёмный дар не превратил его в безобразного трухлявого мертвеца.
— Я перешёл на последний курс, когда Фоули приехал поступать, — ответил Роберт. — А как обстоят дела с твоим обучением?
— Мистресс Блом плохо себя вела, и Мартейн отослал её домой.
Мне трудно было удержаться от улыбки. Словами не передать, насколько мне полегчало от решения Тейна.
— Ничего, у советника много знакомых, он найдёт тебе нового преподавателя.
— А вы… — я запнулась, поймав строгий и внимательный взгляд Роберта, — почему вы не советник Магистрата?
— Не могут все быть советниками, Эли. А если бы я имел возможность выбирать, то предпочёл бы науку политике. Мне больше по душе работа в уединении.
— Вам не бывает тоскливо здесь, в окружении мёртвых?
— Среди них есть весьма выдающиеся личности, поэтому нет, мне никогда не было скучно, — сказал некромант и оглянулся на дверь в комнату. — А теперь и вовсе стало некогда скучать. Адриана загадала мне такую загадку, что я почти не сплю, стремясь отыскать хотя бы намёк на ответ.
— Вы ей понравились, — прошептала я. — Это было видно сразу.
— Я всё размышляю над твоим вопросом о даре, Эли, — усмехнулся некромант. — Как отличить магическое притяжение от настоящего чувства. По этой теме наверняка написан не один научный труд. Нужно отправить письмо с запросом в Академию.
— Вы же сейчас шутите?
— Ничуть, — покачал головой он. — Я и сам заинтересовался этим вопросом.
Спустя ещё четверть часа дверь скрипнула и на пороге появился Мартейн. Он обвёл комнату невидящим взглядом и негромко сказал:
— Пойдём домой, Эли.
Мне ничего не оставалось, как встать и последовать за ним. Некромант протянул мне плащ, чтобы набросить на плечи советника, но Тейн только отмахнулся от нашей заботы. На крыльце он поднял голову и посмотрел на некроманта.
— Извини. Я знаю, что ты порядочный человек и никогда не стал бы…
— Забудь, Фоули. Будем считать, что ничего не было.
— Верни её к жизни, Ниалл. А я верну всё, что принадлежало твоему роду.
Роберт улыбнулся одними глазами.
— Я уже как-то привык жить без титулов, земель и крестьян, так что не беспокойся об этом. В конечном итоге самым ценным оказывается просто жизнь.
— Это не ради тебя, а ради неё. Я отпускаю Адриану. Осталось только спасти её.
Мартейн сошёл с крыльца и решительно направился к воротам, больше не оглядываясь.
  
41
 
В последующие дни Мартейн словно отгородился от мира живых непроницаемой ледяной завесой. С раннего утра и до позднего вечера советник работал в своём кабинете, изредка выходя наружу, чтобы отдать необходимые распоряжения или отослать почту в Магистрат и на другие острова. На помощников и слуг он смотрел хмуро, с трудом заставляя себя отвечать на их вопросы. Меня Мартейн словно не замечал, только кивал головой или коротко благодарил за еду или растопленный камин. И всё же я помнила о его просьбе и была рядом — когда он позволял.
— Чегой-то совсем исхудал наш хозяин, — причитала Вера, намазывая маслом румяные пирожки. — Эли, поди отнеси ему, пока горячие. Вот эти, треугольные, с курицей и сыром, а круглые — с яблоками и изюмом. В кувшинчике свежее молоко.
 
— Эх, попробую, — вздохнула я, втягивая носом вкуснейший аромат выпечки.
— Сдаётся мне, господин Мартейн от некроманта заразился какой-нибудь тёмной хворью. Тот вечно ходит бледный и молчит. Пока наш хозяин не водился с колдуном, не бывал таким неразговорчивым! — Вера присела на стул и отёрла пот со лба. — Конечно, плохо ему без Адрианы. Добрая она была, хотя и не очень ласковая к нему. Не могла привыкнуть, потому что магия у них разная. Эта, как её, не-со-мес-ти-мость. У ристократов такое бывает.