Отбор драконов для серой мышки (СИ)

Впрочем. если бы всерьез надеялся, что я приду, то не стал бы напиваться.
Да, на драконов не действует обычный алкоголь. Но они давно придумали свои собственные веселящие напитки. Ясно, что отец приказал подать юношам именно такие. Возможно - как раз чтобы послушать откровения пьяных женихов.
— Все понятно, эти слишком приличные, — вдруг сказал отец. — Между собой поругаются, но о тебе ничего не скажут. Давай дальше.
Он покрутил изображение еще, и мы увидели другую кучку из трех драконов.
Ого, подумала я. Сердце даже как-то приятно забилось. Одним из драконов был Бамар, мой заборный сорванец. Он, кстати, ничего не пил, лишь внимательно слушал, что говорят собеседники.
— Худая она, конечно, как швабра, — понизив голос, произнес не в меру выпивший белокожий дракон из этой кучки. — Ну да ничего. Главное для меня получить ее руку - а там откормлю! Когда к девушке дается такое приданое, не важно, какие у нее формы! А грудь магией накачаем - чтоб не стыдно было жену подданным показать!
— Идиот! — шикнул на него другой дракон - более темненький. — Нас ведь могут услышать! Может, принцесса тут ходит под пологом невидимости! Говорят, полог, поставленный кем-то из их династии, не может заметить никто!
— Да брось! — махнул рукой первый. — Делать ей больше нечего! Она наверняка до сих пор наши письма разбирает. Дурочка ведь, особого ума я в ее лице не увидел...
— А зря, — неожиданно вмешался Бамар, я заметила, что его приятное лицо перекосило раздражением и неприязнью. — Первое, что видно в этой принцессе - это ум и доброта. Прошу прощения, господа. Я не употребляю веселящие напитки и, боюсь, мое общество может стать для вас излишне скучным. Смею откланяться. И да, рекомендую действительно поменьше критиковать принцессу. Возможно, этим вы можете оскорбить не только ее чувства, но и чувства некоторых участников нашего увеселительного мероприятия.
Ты ж моя прелесть! Я широко улыбнулась. Пожалуй. Пожалуй, я все же схожу сегодня вечером на свидание! Обещала Бамару подумать. А теперь думать уже и не хочется. Он заслужил «лично выразить мне свою благодарность».
Конечно, было бы еще лучше, если бы Бамар заехал этому дракону кулаком в глаз. Но. он не мог, я знала. Папочка запретил настоящие драки вне соревнований под страхом отчисления с отбора.
— Отец, — я развернулась к Эргону. — А как зовут того, кому не угодили мои формы?
— Сайтор зеленый какой-то, — пожал плечами Эргон. — Да, запомни его. Отчислим после официального представления. Ты можешь убрать троих после него.
  
Глава 8
 
Мы послушали еще. Многие драконы искренне хвалили меня. Впрочем, откровенных разговоров было не так уж много. Большинство драконов понимало, что любое их слово может быть услышано и «использовано против них».
Вышла от отца я в странном состоянии. С одной стороны, чувствовала себя так, словно облилась чем-то не очень чистым. Все же не слишком приятно подслушивать «сплетни». А с другой стороны - кроме критики моих форм, каких-то откровенно неприятных высказываний в мой адрес не было. Напротив, было много благожелательных.
От этого моя самооценка поднималась все выше и выше, а мышь не смела даже высовываться. И это было второе, приятное ощущение.
А вот между собой драконы конкурировали всерьез. Некоторые явно даже были готовы забыть про запрет не устраивать драк.
— Вот поэтому второе испытание должно быть поединком, — пояснил мне отец на прощание. — Иначе их разорвет от мужских гормонов. Ну, или нужно вызывать для них отряд куртизанок... А это как-то неприлично на отборе женихов для принцессы, думаю, ты согласишься. Все, иди, Алиса, мне нужно поработать.
Он выключил зеркало и демонстративно переключился на бумаги, лежавшие на столе.
Оказавшись в коридоре, я поняла, что совершенно не знаю, куда девать себя в этих противоречивых чувствах. Может, воспользоваться идеей того дракона, накинуть полог невидимости и побродить среди женихов?
Сильную родовую магию Правителей здесь может иметь только. Байдор. Тоже дофин. Но ему ведь не до меня! Он, видите ли, купается в новых знаниях, конспект пишет. Так что я действительно могу побродить среди женихов незамеченной.
 
Я сосредоточилась, стукнула испуганную мышь кулаком по голове - мол, имеем мы право пошалить! Обвела вокруг себя круг, набрасывая полог. Это, в общем-то, очень простая магия. Все дело в силе. Если в тебе кровь Правителей - то поставить непробиваемый полог ничего не стоит. Я научилась это делать на третий месяц жизни в Эреаморе, а сила моей крови делала полог самым крепким во дворце, не считая пологов Эргона.
Невидимая, я пошла в сторону сада, улыбаясь своей выходке. Папочка по головке не погладит. Но он ведь и не запрещал мне это. И вообще, мой отбор! Что хочу, то и ворочу!
Я так упивалась своим мужеством и авантюризмом, совсем не свойственными моей мыши, что не замечала ничего вокруг.
Поэтому, когда меня сотрясло от удара о чью-то грудь, я невольно ойкнула, сердце громко забилось от страха.
— Вот ведь маги хреновы! Понаставили тут невидимых стен! — услышала я . страннознакомый голос, и кто-то принялся в полутьме водить перед собой руками, ощупывая невидимое препятствие - то есть меня. Схватил за грудь, провел ладонью по моему боку.
— Что вы себе позволяете! Ай. ! — пискнула я, махнула рукой, чтобы осветить лицо противника магическим огоньком.
И застыла, как вкопанная, когда увидела перед собой. того, кого совсем не ожидала увидеть.
Байдор. За сутки до отбора...
Отец вызвал меня, когда я только что вернулся с северных границ.
Проклятые границы вечно не давали покоя. Нет, не Эреамор. Эреамор на самом деле не представляет проблемы. Там те же драконы.
Тролли. Холода, пришедшие в ледяные земли - слишком сильные даже для этих толстокожих тварей - гнали их на юг, и они не находили ничего лучше, как захватывать человеческие поселения на границе Эребеара.
Конечно, я нарушил приказ отца просто пройтись драконьим огнем и сжечь троллей, лезущих на чужие земли. Их мотивы понятны, а в мои цели не входит уничтожение почти целой расы - и без того слишком малочисленной. Пришлось повозиться. А драконье пламя стало как раз отличным аргументом, чтобы заставить троллей выполнить мои требования.
Для них было создано отдельное поселение, я лично проследил, чтобы условия там были приемлемыми, если не для людей, то для троллей. А при первой возможности они должны будут вернуться на север. Ведь холода всегда отступают. Год мороза сменяется порой, когда снега уходят, тундра оголяется и расцветает крошечными синими и белыми цветами.
Прежде, когда у меня было меньше государственных дел, я любил бывать на севере в эту пору. В суровой красоте тех мест что-то есть. А еще там очень хорошо думается одинокому дракону.
Одинокому дракону, которому нужно противостоять собственному отцу, например. Причем так, чтобы тот ничего не заметил в мыслях сына - задача не из легких, знаете ли. Есть о чем подумать.
В общем, стоило мне приземлиться во дворе Гармора, как пришла ментальная весть, что отцу просто очень не терпится увидеть меня.
Я ожидал разноса по поводу своих гуманных действий в отношении троллей. Сам Сурал предпочитал решать любые вопросы драконьим пламенем и магией. Но, кажется, мое самоуправство интересовало его меньше всего. Скорее всего, ему просто наплевать на троллей и на то, как я решил проблему.
Как, собственно говоря, наплевать на всех и все, кроме своей идеи фикс заполучить трон Эреамора.
 
Тьфу. С самого детства я слушал, какой негодяй самозванец Эргон, что главная цель для нас - вернуть себе власть над всеми драконами. Тьфу. Это набило оскомину мне еще в двенадцатилетнем возрасте, когда мать исчезла в неизвестном направлении, не в силах терпеть дурной характер мужа (как подозревали все... ).
А, в сущности, какая разница, сколько государств у драконов, думалось мне еще тогда. Эреамор и Эребеар абсолютно одинаковы, и драконы отличаются лишь тем, кого признают своим Правителем - Сурала или Эргона.