Город, которого нет 2 (СИ)

— А? Не… нет. Хотел сказать, чтобы ты по пути купил где-то фольгу. Пару рулонов.
— Зачем?
— Узнаешь! Приезжай. Ждём только тебя и Лёху.
И сбросил вызов.
Ну, меня им придётся подождать, если так нужен. Спасать друзей — задача более приоритетная, чем работа. А вот на кой хрен ему фольга… реально интересно.
Домой шли быстро. Занимался рассвет и на улицах появлялись первые люди. Белокожих среди них не было, так что вопросы к красноглазке могут возникнуть. Хотя… скажу, что это косплей.
  
Я пересёк улицу, где мы познакомились с Таней, затем прошёлся через подворотни ставшим уже привычным маршрутом и оказался у своего дома.
Прямо перед нами из него вышел какой-то мужик в форме рабочего. На меня он внимания не обратил и пошёл дальше по своим делам.
Мы с красноглазкой подождали, пока он отойдёт и нырнули внутрь.
— Всё, домой, — сказал я ей.
— Ха-а… — она захлопала кулаками. Между пальцами были зажаты цветные карандаши из дома Тани.
— Да, пойди порисуй на стенах, раз так понравилось.
Красноглазка закивала, затем почему-то присела и направилась в сторону полуподвальной квартиры в позе Голлума.
Дома наспех сыпанул корм для Тау, а затем принялся собирать всё, что могло пригодиться мне в бою.
Параллельно на телефоне нашёл службу такси и отправил вызов. Вскоре последовал ответный, и я назвал адрес Смайла. Он в этом эхо всё так же находился на Солнечной.
Вызвал машину, спешно погрузил в рюкзак, который взял из родительского дома, два коктейля Молотова, две бутылки керосина, серную и соляную кислоту, щёлочь, старую добрую водку. Несколько шариков с белым порошком в кармашек.
Что из этого мне пригодится против биосиликатов — понятия не имею. Но что-то подсказывает, если они из камня, то им будет плевать на это всё.
Как и на кухонный нож с арматурой. Но пусть лучше будет.
Теперь фольга…
Машина меня уже ждала на улице. Коричневая, почти чёрная лада. Водитель — хмурый мужик чуть старше меня.
— По пути ещё нужно будет заехать в маркет. Любой по дороге.
— Плюс плата за простой, — невозмутимо сказал водитель.
За всё время этого круга я не удосужился серьёзно изучить текущее эхо. Потому в пути включил телефон и залез в интернет.
Итак, на этот раз у нас теократия. На удивление адекватная — никакие другие религии не преследовались, кроме откровенно злых. Суть Церкви Полуночи заключалась в том, что существует некое очень злое зло и антибог, желающий всем этого самого зла. Всё, что этим абсолютным злом не является — следовательно добро. Поэтому если какая-то вера не предполагает вредить другим людям, то она была разрешена.
В остальном, местные верили в последний бой, типа рагнарока, когда это самое злое зло придёт всех мучить. Вот и вся суть религии.
Не слышь зла, не смотри на зло, не говори со злом — так гласил их девиз.
Плюс набор разных святых, проповедующих этот путь и сражавшихся со злом в этом и иных мирах.
Что до остального, мир был похож на нулевой времён две тысячи седьмого. Даже несмотря на относительно высокое эхо.
Расплатившись с водителем, я вышел из машины прямо перед «Смайлом», где меня уже ждал мой отдел полным составом.
— О, Полярис! — первым приветствовал меня Лёха с искренней тёплой улыбкой. Наконец-то последним прибыл не он.
— Всем привет, — улыбнулся я.
— Ну и что тебя так задержало? — осведомился Мирт.
— Великие дела, конечно же, — ответил я. — Что случилось? Начинали бы без меня, потом ввели б в курс дела.
— Всё в порядке, мы не так уж и спешим, — сладко улыбнулся наш шеф. Раздражённым я видел нашего мецената, только когда речь заходила про беспредельщиков.
— Ты всегда говоришь так, а потом приходят стиратели, — позволил себе проявить недовольство руководством Мирт. Но слава богам, успокоился.
Эта черта его характера поначалу показалась мне сильно отталкивающей. Однако вскоре я понял, что он не пытается так командовать, а скорее вечно находится в рамках ответственности и болеет за результат дела.
Именно поэтому он и сейчас позволял себе спорить с кем угодно, если считал, что так правильно.
— Раз все в сборе, коротко обрисую суть, — приступил Михаил сразу к делу, проигнорировав замечание Мирта. — Ложные истоки с проклятием — это существо типа «плетение». Вернее, это скорее разумная форма аномалии. На нашем эхо они не обитают. Такое воплощается лишь от пятидесяти.
— Как стиратели? — спросила Марта.
— В этот раз мы не позволили стирателям провести свой ритуал и никто не пострадал, — улыбнулся Михаил. — Но с ними первое эхо. А на высоком эхо это не так страшно. Там есть магия третьего круга. Правда, Марта?
— Плетение снимается одним кастом. Рекомендуется магия хаоса и пустоты. Она дестабилизирует форму.
— Всё так, — кивнул Михаил. — На этом эхо справиться с ними будет чуть сложнее, но наши люди в исследовательском отделе разработали способ уничтожать их. Марта, ритуал проведёшь ты.
— Магия хаоса?
— Пустота.
Девушка скривилась.
— Это застывшее заклинание, так что проблем у такого опытного мага как ты не возникнет, — добавил наш шеф, но Марта не Эла и от простой похвалы не растает.
— Значит, плетений здесь быть не должно… — задумался Мирт вслух. — Тот же почерк. Как с гидрой. То, чему на этом эхо не место.
— Именно. Но сейчас таких штук уже пятнадцать, — подтвердил Михаил.
— Это кризис или ещё нет? — уточнил Лёха.
— Для нас — да, — кивнул шеф. — Нужно убрать эту гадость и как можно скорее, пока не пострадало ещё больше людей.
— Это работа противодействия или ликвидации последствий, — вставила Марта.
— Всё так, — мягко повторил Миша. — Но у нас не так много тех, кто способен работать с магией такого рода.
— А на следующем круге это не исчезает? — предприняла последнюю попытку откосить от личного участия Марта.
— Гидра же не исчезла, — сказал Мирт. — И песчанка задержалась.
Упоминание страшной болезни сразу переключило готессу с расспросов на растерянность и тревогу. Да и Риту упоминание об этой болячке передёрнуло.
— Не так давно мы столкнулись со стирателями, — напомнил Михаил. Его мягкий голос обволакивал, словно кисель. — Чудом нам удалось их прибить даже несмотря на предательство, раньше чем пришёл враг… Но они нашли наше слабое место!
Голосом опытного рассказчика, он менял интонацию и добавлял ровно столько эмоций, сколько было необходимо, чтобы выделить фразу и вызвать сопереживание.
— Люди… — потянул он. — Массовое уничтожение и страдания людей — это триггер для стирателей. И они не могут пройти мимо него. Не стоит относиться к ним, как к разумной силе со своей волей. Это просто ответная реакция на события в городе.
— Что конкретно они такое? — спросил я, не особенно надеясь на ответ. Прежде все стремились уйти от разговора о них.
Но Миша меня приятно удивил:
— Специальные разумные монстры, задача которых стереть пораженный участок. Можешь считать их иммунной системой Города. С помощью них он избавляется от участков, которые создают угрозу для других.
— Тогда зачем с ними воевать?
— А мы и не воюем с ними, — мягко ответил шеф. — Мы могли спасти район. Пришло высокое эхо, есть выходы на другие планы и сильная магия лечения. Город действует с запозданием.
— А зачем стиратели забирают пробужденных? — спросила Рита.
— Только тех, кто связан с забираемой землёй.
— Уничтожение зеркала?
— Зеркало просто предмет, оно восстановится с кругом. Лишь бы было чему восстанавливаться. Сотрут тех, чей старт привязан к региону.
— Это уже реально какой-то терроризм,- заметил Мирт — они ведь ничего не получают с этого. А последствия катастрофические даже для них! Это самоубийство!
  
— Для тех неспящих, что живут в стираемой области — да, — кивнул Михаил. — Но это фанатики. У них аллергия на здравый смысл.
— Нас не так много, но постараемся справиться. Нам ждать сопротивления или сюрпризов?