Без меня меня женили (СИ)

Я подумала, что возможно, после неприятного инцидента с дурацким халатом, Алистер и вовсе решил отказаться от затеи с ужином. Меня накрыло противоречивыми чувствами: с одной стороны – облегчение, я боялась этой встречи и неизбежно последующего разговора, а с другой – сожаление, что не смогу сейчас же попасть в великолепие ночного сада. Не успела я себе напомнить про любопытную Варвару и её пострадавший нос, как в дверь постучали, и после недолгой паузы она отворилась, пропуская суженого-ряженого, пришедшего ужинать. Я мысленно засмеялась столь неожиданно пришедшей ассоциации и даже немного расслабилась после этого.
  
– Милена, извини за небольшую задержку, нужно было уладить некоторые дела. Я надеюсь, ты готова? – он внимательно осмотрел меня с ног до головы, удовлетворённо кивнул и даже, это ж надо, отвесил комплимент. – Великолепно выглядишь! Это платье тебе очень идёт.
– Спасибо, – это все, что смогла ответить и робко улыбнулась в ответ.
– Нас ждёт ужин. Пойдём, а то всё остынет, – он предложил мне руку и я не нашла благовидного предлога, чтобы отказать. Хотя было ощущение, что стоит коснуться его и меня или обдаст пламенем или заморозит льдом.
Ясное дело, что ничего из этого не произошло. Мы благополучно вышли из комнаты, спустились по мраморной лестнице – я оказалась права, спальня располагалась на втором этаже и, пройдя через огромный холл, вышли в сад. Как бы мне не хотелось рассмотреть всё по пути, я сдержала своё любопытство и не вертела головой по сторонам, а лишь старалась запоминать хоть какие-то детали, что попадали в поле моего зрения. В холле в глаза мне бросился большой каменный камин, и я представила, как, наверное, уютно сидеть возле него, кутаясь в мягкую шаль и читать книгу или просто любоваться горящими поленьями и слушать их потрескивание. Когда-нибудь я обязательно это сделаю. «Если выживу», – мысленно съязвила сама себе и вернулась в суровую реальность.
Мы шли по дорожке вглубь сада, вблизи оказавшегося ещё прекраснее, чем из окна. А когда вышли на небольшую поляну, в центре которой расположилась уютная деревянная беседка вся увитая зеленью с нежно-сиреневыми цветами, напоминающими клематис, я не смогла сдержать восторженного возгласа:
– Как же здесь нереально красиво! – и тут же испугалась своего порыва, но увидев на лице Алистера улыбку расслабилась.
– Сад наша гордость. Могу без преувеличения сказать, что по своей красоте он уступает разве что королевскому, – в его голосе прозвучала неподдельная гордость, а я отметила про себя, что у них тут монархия. Интересно, к какому сословию относится мой муж и его семья, волею случая теперь и моя семья тоже.
– Прошу, – он галантно отодвинул стул и помог мне присесть за стол, стоящий внутри беседки. – Сегодня довольно прохладный вечер, сейчас я это исправлю, – заметив, что я немного поёжилась от налетевшего ветерка, пообещал Алистер.
А затем произнёс совершенно незнакомые и непонятные мне слова, сделал какие-то манипуляции руками, словно рисуя в воздухе невидимый рисунок, и вокруг беседки загорелись небольшие костры, а на столе вспыхнули свечи. Ветер больше не ощущался, словно мы отгородились невидимой стеной, хотя все звуки были слышны, как и раньше, а воздух стал значительно теплее. Я невольно залюбовалась движениями мужчины, да и им самим тоже. Впервые за этот день я смогла рассмотреть его и то, что увидела, меня порадовало. Всё же я не забывала тот факт, что теперь мы законные супруги и он, наверняка, рассчитывает на более интимное продолжение вечера. А супруг-то мне достался красавчик! О таких говорят – жгучий брюнет. Его тёмные, густые волосы, зачёсанные назад, лежали так безукоризненно, словно их только что уложил мастер в салоне. Интересно, может он и над причёской своей колдует на досуге? Никогда не была поклонницей мужчин с усами и бородой, но в этом случае должна признать, что короткая, аккуратно подстриженная растительность придавала лицу Алистера особый шарм. Она не делала его старше, а только добавляла солидности и я бы даже сказала сексуальности. И всё же главным достоинством на лице супруга однозначно являлись глаза – тёмно-карие, практически чёрные, под такими же чёрными ровными бровями, они притягивали как магнит. Его цепкий, пристальный взгляд, казалось, проникал в самую душу. А вот этого точно не надо! Слишком много в моей душе скрыто тайн, и посвящать в них его не входило в мои планы.
Уловив призывно манящий аромат еды, мой желудок непроизвольно сжался в голодном спазме, а я сглотнула слюну. Ведь за целый день мне так и не пришлось ни разу поесть. Оценив со вкусом сервированный стол и разнообразие блюд на нём, я с ужасом поняла, что не имею ни малейшего понятия как вести себя за столом, какими приборами и в каком порядке есть эти неизвестные мне угощения.
– Давай сначала насладимся ужином, а потом уже поговорим, – предложил мужчина, а я лихорадочно соображала, как лучше поступить. И не придумав ничего умнее выпалила:
– Я не голодна.
В этот момент, словно протестуя против такой наглой лжи, громко заурчал пустой желудок. В вечерней тишине сада звук показался таким же громким, как гул Ниагарского водопада. Я была готова провалиться сквозь землю и почувствовала, что лицо мгновенно залила краска стыда. Горело не только лицо, но и шея, и уши, а я боялась поднять глаза и встретиться с взглядом Алистера. Какой же дурой я, наверное, выглядела со стороны.
– Милена! – возмущённый тон мужчины не предвещал ничего хорошего. – Зачем ты это делаешь? – чеканя слова и делая между ними паузы, спросил он.
Я вопросительно посмотрела на него, мгновенно отметив недовольно нахмуренные брови, ставший колючим взгляд и сердито сжатые кулаки. Вспомнив одним взмахом руки подожжённый огонь, подумала, что стоит ему так же взмахнуть в мою сторону, и я превращусь в кучку пепла. Эта мысль совсем не добавила мне храбрости, и я предпочла трусливо промолчать, молясь про себя, чтоб ещё больше его не взбесить. Так и не дождавшись никакого ответа, Алистер начал свою гневную речь:
– Я не понимаю, почему ты так себя ведёшь. Зачем эти капризы? Как понять твоё поведение? Чего ты так испугалась во время церемонии? Мы договорились с тобой попытаться построить хоть какие-то отношения, для начала дружеские. Я же дал слово, что не трону тебя и не буду ни к чему принуждать, пока ты сама не решишь, что готова. Почему же ты шарахаешься от меня, словно от дикого зверя? Неужели считаешь, что я способен нарушить слово и честь для меня пустой звук? – С каждой фразой он распалялся всё сильнее и в его словах, кроме злости и непонимания, я уловила обиду. – Если бы это было так, то и брака бы этого не было. Да, я не хотел его, так же как и ты, но слово, данное моим прадедом твоему – это не пустой звук и я не мог опорочить честь семьи, отказавшись от свадьбы.
Он резко замолчал, словно в двигателе закончилось топливо, а я посмотрела на него совсем другими глазами. Этот возмущённый монолог немного приоткрыл завесу над причинами свадьбы и поведением мужчины. Он вовсе не был тираном, а просто оказался таким же заложником ситуации, как и Милена. И было вполне справедливым выражать своё возмущение и непонимание моим поведением. Он же не мог знать, что на месте девушки, предназначенной ему в жёны по договору между родами, волею судьбы окажется иномирянка, до сегодняшнего дня даже не подозревающая о существовании других миров, магии и возможности переселения душ.
Алистер устало и как-то обречённо обхватил голову ладонями и локтями опёрся о стол. А потом тихо и немного грустно спросил:
  
– Скажи мне, зачем ты это делаешь? Чего добиваешься? К чему эти игры в прятки и демонстративный переход на «вы», словно я деспот какой-то? Или тебе просто нравится играть мне на нервах?
И что я должна ему ответить? Как объяснить что-либо, не выдав при этом своей тайны? Я просто старалась быть вежливой, не зная как себя вести, а оказалось, что это только подливало масло в огонь. И тут меня осенила мысль, возможно, я о ней потом пожалею, но стоило рискнуть.