Да, капитан! (СИ)

— С вами все хорошо? — обеспокоенно спросил у меня Джосвас.
— А? Да. Это пройдет, — сказала я, глядя вслед Ксандру.
— Эй, Чэнси, зови Израэля в хижину капитана. Бегом! — отдал команду старик.
Недолго постояв, я тоже пошла вслед за мужьями Аври.
Бас и Кайд уложили капитана на матрас и принялись снимать с него одежду — вернее, лоскуты от одежды. Его здорово потрепало в море.
— Терпи, капитан, — просил его Кайд, когда тот стонал сквозь стиснутые зубы и выгибался от боли. — Сейчас тебя заштопают и будешь как новенький.
Я не могла смотреть на его муки, поэтому выскочила на улицу. На пороге я столкнулась с входящим в хижину парнем с чемоданом в руках.
— Осторожнее, мадам, — улыбнулся он.
Его ярко-голубые глаза под прямыми бровями сверкнули азартом. Он пальцами свободной руки зачесал длинную русую челку набок и сделал шаг в сторону. Израэль — самый молодой мужчина Аври. Он оказался на пиратском корабле еще мальчишкой и сразу же заинтересовался работой судового лекаря: помогал ему, учился. А когда в прошлом году старика смертельно подстрелили, полноправно занял его место. Надо признать, пока от его руки не умер ни один моряк. Впрочем, до этого дня у Израэля и не было такого масштабного опыта врачевания.
— Ну что, встал?! — бросил ему Бас.
Я очнулась, что таращусь на Израэля, и выскочила из хижины. А следующий час слушала хрипы, стоны и утробные рыки капитана.
Чэнси принес мне банан, и я слегка утолила голод, даже почувствовала его сладкий, вяжущий вкус. Собственно, к полудню я уже чувствовала абсолютно все: жжение в порезанных ступнях, горячее южное солнце, прелый запах пота множества тел. Я окончательно оказалась в книге. И единственное, о чем могла думать: как отсюда выбраться? Подставить себя и умереть? Но что если смерть в книге принесет мою смерть в реальности? Как еще убедить себя, что это не сон? Я начинала подозревать, куда делись автор книги и квартирант бабы Фаи… А если они здесь, то вполне вероятно, тоже не могут вернуться!
Из хижины вышел Израэль. Я поднялась с валуна, на котором сидела, и замерла в ожидании его врачебного вердикта.
— Жить будет, — слабо улыбнулся Израэль. Вместе со мной облегченно выдохнул и Джо. — Чэнси, найди старпома. Капитан зовет.
Мальчишка сорвался с места, а я с благодарностью кивнула Израэлю. Он кивнул в ответ и отправился на помощь другим пострадавшим.
Набрав в легкие побольше воздуха, я вошла в хижину.
Капитан по пояс был накрыт простыней. Его упругий живот и широкая грудь со всеми выделяющимися рельефами были покрыты ссадинами. Смуглая кожа блестела капельками пота и казалась золотой. Мокрые волосы были зачесаны назад и открывали моему взору лицо капитана: его густые брови, большие глаза, в меру широкий нос, пухлые губы и брутальную бородку. На мочке его правого уха сверкала серьга. Одна его рука была туго забинтована до локтя, на другой только кисть.
— Переломов нет, — торжествующе сообщил мне Кайд.
Я доплелась до матраса и опустилась рядом с ним на колени. Дотянувшись до руки капитана, я сжала его пальцы. На меня нахлынул поток необъяснимого счастья. Вряд ли кому-то еще так повезет.
— Я звал тебя, — хрипло пробормотал капитан. — Тогда… на палубе.
Я смутно помнила события на корабле, но поняла, о чем он. Прежде чем я упала в воду, кто-то крикнул Аври, и я обернулась. Только толком ничего не увидела.
— Почему они не добили нас? — задумчиво произнес Кайд.
— Они затопили «Гларка», загнали нас на вражескую территорию. Уверены, что если нас не убьют плиесцы, то это сделает Кенаукут. — Капитан закашлялся.
Я отпустила его руку, быстро налила в глиняный стаканчик воды из кувшина и помогла капитану попить.
В хижину вошел старпом. Он мало-мальски привел себя в порядок: почистил плащ и сапоги, собрал верхнюю часть волос в хвост, отмыл лицо. Держа ладонь на рукояти сабли на поясе, он приблизился к матрасу.
— Иусхабия хочет вход в Латхан через бухту Кенаукута, — доложил Кайд. — Это ее условие взамен на парус. В качестве гарантии она требует Баса и Израэля.
 
— Нет, — ответил капитан.
— Она уже получила согласие.
— Чье? — начал он злиться.
У меня сердце застучало в пятках, но надо было выручать парней, пока капитан не излил на них весь свой гнев и не навредил самому себе и команде.
— Я заключила с ней устный договор, — робко призналась я. — Это единственный способ выжить и выбраться с острова.
— Кенаукут не пойдет на это! — поспорил капитан.
— Почему же? — подал голос старпом. — Через плиесцев ему будет проще отмывать доход с пиратской добычи. Кенаукут трус, но не дурак.
Бас подошел поближе и нервно кашлянул:
— Вы же понимаете, что речь о наших жизнях? Если Кенаукут пошлет Иусхабию, она отрежет нам с Израэлем головы.
— Нам есть что предложить Кенаукуту, — добавил старпом, многозначительно посмотрев на капитана.
— Нет! — категорически ответил тот. — Я не стану искать амадин! Этот разговор закончен!
— Тогда, возможно, Кенаукут найдет кого-то более смелого для этой миссии, — сказал Ксандр и сделал шаг назад. — Поправляйтесь, капитан.
Старпом вышел из хижины, и все мы переглянулись.
— На кого он намекает? — фыркнул Кайд. — На себя?
— Он помешан на амадине, — проворчал Бас. — Не понимает, что это гиблое дело. Уцабора, Огненное море, Нертонские острова. Еще никто оттуда не вернулся. Ксандр безумен.
— Но он прав, что амадин заинтересует Кенаукута, — согласился Кайд. — Ради камня желаний тот заключит сделку с самим морским дьяволом.
— Хватит! — прервал их капитан. — Оставьте меня. Передайте Иусхабии, что я поговорю с ней вечером. А сейчас мне надо поспать.
— Да, капитан! — вздохнул Бас.
Я начала подниматься, чтобы уйти с ним и Кайдом, но капитан задержал меня за руку и приказал:
— А ты останься.
  
Глава 4
 
Пожалуй, пришло время вам побольше узнать о мире, в который я попала. Начнем с того, что здесь совсем не Карибы восемнадцатого века. Мир вполне себе дружелюбный, за исключением определенной части Южного Полушария. А виной этому послужили диктаторские условия прежних королей Латхана — одного из самых могущественных государств. Война с Пельяном, нескончаемые бунты и революции разорвали страну на куски, и нынешний правитель — король Ваплакс — всеми силами пытался наладить политику и экономику. Но его главной проблемой оказались размножившиеся морские разбойники.
Заручившись поддержкой влиятельных монархов соседних государств, он ликвидировал часть пиратских бухт и молов на береговых линиях своего королевства. Молодые солдаты не просто обучались военному искусству в латханских морских войсках, а вступали в самые настоящие схватки и сражения. Но потушить бушующее пламя ватагой идущих парусных грабителей — миссия, требующая времени, терпения, денег и сил. На месте одной отрубленной головы вырастало три. Беззаконие искоренялось мелкими шажками, и по-прежнему находились махинаторы, обналичивающие прибыль с пиратской контрабанды. Одним из них был Уолфин Кенаукут — владелец крупнейшей пиратской бухты на юго-западном побережье Латхана под названием Дуахтон. Бухта жила по своим законам выгодных сделок с авторитетными людьми, невзирая на их родовую и политическую принадлежность. Выигрывал тот, кто платил.
 
Капитан Шанард Вибас был лучшим. Кенаукут отправлял его в самые прибыльные плавания, ставил в пример остальным, хорошо платил и всегда шел на уступки. Так же было и в этот раз. «Бреаса» напоролась на рифы, а Кенаукут узнал о корсарском судне, на котором в Латхан переправляли пушки. Ему нужны были эти пушки, и чтобы не упустить их, он дал Шанарду во временное пользование «Гларка». И только теперь, когда корабль затоплен, а команда разбита латханским военным флотом, становится ясно, что информатор Кенаукута подставил его. Все было спланировано. Ваплакс решил весьма тонко разделаться с лучшим пиратским капитаном, а потом заняться остальными. К его несчастью, Шанард выжил!