Завещание великого шамана

Через неделю у нас расширенное совещание. На нем будут начальники всех отделов, и они будут оповещены о полной смене производства на нашем заводе. Больше пока я ничего не могу сказать!
– Александр Петрович, что-то я не могу понять смысла ваших слов – главный бухгалтер оторвался от созерцания журнала и с немалым изумлением взирал на нас. – О каких гравиелётах вы так горячо спорите? Это что новая марка автомобиля?
А, добивать главбуха, так добивать!
– Нет, Илья Николаевич, это не новая марка автомобиля, это новый вид транспорта. Гравиелёт – это слово расшифровать просто: гравитационный летательный аппарат, механизм, который использует явление антигравитации.
– Так вы что уже и гравитацию оседлали?! – главбух в изумлении уронил журнал на пол.
– Оседлали. Только вам, Илья Николаевич, не следует сильно удивляться этому! Через неделю вас ждет ещё большее потрясение.
– Ну, ребята! Ну, молодцы! Прокатиться хотя бы, дадите на этом самом гравиелёте?
– Дадим. И даже в личное пользование подарим. Машина не так уж и дорогая.
– Уважаемые пассажиры, наш самолет идет на посадку! – стюардесса, улыбаясь, своим призывом усадила нас по местам. Алексей застегнул ремни безопасности, хлопнул по ним ладонью и изрёк:
– Все, Петрович, последний раз цепляю эти шнурки, делаем персональный гравиелёт. Безопасно, дёшево и сердито! Керосин жечь больше не будем!
– Идет, Алексей, вот вам и поручаю разработать дизайн нашего персонального аппарата.
– А у нас гости! Вон, с левого борта, посмотрите! – Филиппов постучал пальцем по стеклу иллюминатора.
Два МиГа, поблёскивая фонарями кабин, сопровождали наш самолет.
– Не вижу оснований для волнения – теперь нас будут беречь как самого президента.
После посадки самолёта, едва мы сошли с трапа, к нам лихо подрулила черная «Волга».
– Господин Холмин, по распоряжению администрации президента вам полагается личная охрана и автомобиль, – молодой человек крепкого телосложения лихо доложил и едва не взял под козырек.
– Петрович, ты у нас так и до армейского генерала дослужишься! – фыркнул «Филиппок».
– К чему мне эти регалии? Скажите там, по инстанции, что я не нуждаюсь в охране и тем более в личном автомобиле, – мой ответ не произвёл никакого впечатления на приставленную ко мне охрану.
– Простите, но у нас – приказ! – четко, по – военному, отрапортовал новоиспечённый охранник.
– Раз приказ, так охраняйте! Только в мою личную жизнь не лезьте! – мы пошли к подъехавшей машине со знакомыми номерами.
– Добрый день, Николай! – поприветствовал я водителя, – Давай сначала на завод, а там как сложится.
В сопровождении новоявленной охраны мы прибыли к зданию заводской конторы.
Едва я вступил на крыльцо, как два дюжих молодца, выскочив из автомобиля, пошли впереди и сзади меня. «Э-э-э, так дело не пойдет!» – подумал я.
– Ребята, среди вас кто главный? – обратился я к охране, присланной президентом.
– Я, майор Клепиков, – представился один.
– Товарищ майор у нас в здании, есть тренажёрный зал, я попрошу вас собрать там всех людей, находящихся в вашем подчинении.
– Слушаюсь, – тотчас согласился он.
Мы вместе прошли в зал, где наши молодые специалисты в обеденный перерыв отчаянно резались в настольный теннис и наматывали километры на беговой дорожке. Признаюсь, я сам вечерней порой иногда разминался в этом зале.
– Ребята, вы, как я вижу, тренированные, и каждый из вас легко справится с таким человеком как я. Давайте это проверим, вот вы, – обратился я к крайнему «качку», – попробуйте взять меня за руку.
Тот, слегка ухмыльнувшись, попытался выполнить мою просьбу. Тотчас неведомая для него сила отбросила его руку и отшвырнула девяносто килограммовое тренированное тело в угол.
– Ух, ты! – изумился майор Клепиков, – а можно я попробую?
– Валяйте, – разрешил я. «Пусть потешатся ребята», – мелькнула задорная мысль.
Майор, прикидывая, откуда лучше всего сделать мне захват, слегка сместившись в сторону, неожиданно кинулся на меня. Лучше бы он этого не делал! Реакция защитного поля была молниеносной: перелетев через теннисный стол, он шлепнулся о стенку.
 
– Как это вам удается?! – изумился он, растирая ушибленное плечо.
– Не будем уточнять детали, вот вы, – обратился я к другому, слегка попятившемуся охраннику, – бросьте в меня теннисный шарик.
Тот послушался. Когда мои охранники, покрутив головами вслед за впечатавшимся в стену шариком, вернулись в исходное положение крайнего изумления, я предложил бросить в меня теннисной ракеткой. Нехотя повиновались. Ракетка, зажатая изменённым защитным полем, просто повисла в воздухе.
– Вот так, – я легким движением пальца сбросил её на пол, конечно, перед этим, изменив структуру поля.
– Товарищ майор, ваши люди могут выстрелить в меня, конечно рядом, ну скажем, в двадцати сантиметрах от тела?
– Это невозможно, мы призваны охранять вас, а не стрелять! – вышел из ступора майор.
– Тогда разрешите моему начальнику охраны произвести такой выстрел.
– Этому я не могу воспрепятствовать! Только зачем вам это рискованное мероприятие?
– Просто хочу убедить вас, что у меня столь надежная охрана, и я не нуждаюсь в вашем сопровождении!
– Хорошо, – согласился майор.
После того, как пуля, блеснув яркой искрой, повисла в защитном поле, майор, крайне изумленный подобным зрелищем, попросил меня пока согласиться на сопровождение охраны, так сказать, до выяснения. Не знаю, какие слова он нашел для своего начальства, только, мою персону перестали охранять.
Отдав необходимые распоряжения заместителям, заскочил домой, обнял детей, супругу и, переодевшись, направился в аэропорт.
Самолет фирмы взлетал без расписания, и мы сразу направились в Курган. Через два часа я уже стоял перед зданием городского аэропорта.
Светлая рубашка с короткими рукавами, джинсы, на ногах кроссовки: одет я был буднично и небогато. Да и в карманах ничего лишнего: две банковские карточки, телефон, расческа и носовой платок. С этим набором абсолютно не вязалась «палочка феи» – экспилит, неизбежный атрибут пилота межзвездного флота. Когда я подошел к приглянувшемуся такси, водитель, бросив оценивающий взгляд, не признал во мне богатого клиента.
– Командир, – окликнул я его, – подбрось до переулка Паровозный, мне надо найти дом 3.
– Чего вы забыли на этой отрываловке? – шофер, помедлив, открыл мне дверцу машины.
– Человека мне надо найти. Только подбрось сначала до ближайшего банкомата, а то у меня с наличкой не густо.
– Это можно! Только в вашем переулке дорога убитая донельзя. Вот все и берут за проезд дороже, – водитель взглянул на меня в зеркало заднего вида, видно желая убедиться, какое впечатление произвели его слова.
– И насколько дороже? – подыграл я ему.
– На сто рублей, – решив, что слишком много накинул, таксист поспешил поправиться. – Для вас сделаю скидку – пятьдесят! Итого это будет, – он прикинул в уме. – Семьсот пятьдесят рублей!
Да, не густо зарабатывают таксисты Кургана, раз считают такую сумму несколько завышенной.
– Пойдет, – охотно согласился я.
Когда я снял с карточки увесистую стопку денег и, сунув её в нагрудный карман рубашки, сел рядом с водителем, тот заметил:
– Негоже отсвечивать деньгами, да ещё когда направляешься в такое место!
– А что, – простодушно осведомился я, – лихие людишки шалят?
– Лихие, не лихие, а по голове ломануть могут!
– Тогда сделаем вот так, – я открыл бардачок и положил туда деньги. – Тут они сохраннее будут!
– Слышь, мужик, я Афган прошёл, на заводе вкалывал, таксером вот бомблю десятый год, а таких денег, да ещё за один раз не видел! Ты что, из этих – богатеньких?
– Нет, я над всеми, и над ними тоже, – решил подзадорить я его. – Вот вы, сколько в месяц зарабатываете?
– Да какие тут заработки!? На запчасти – надо, бензин опять же кусается. Дочка у меня болеет: на операцию отложи, лекарства, еда, квартплата, черт её дери! Еле – еле, концы с концами свожу! Всего один раз и заработал свободными двенадцать тысяч за месяц! А так – на хлеб, да порой на тоненький слой масла, сверху.