Завязать след. Часть 2 (ЛП)

Я вспоминаю о том, как раньше, когда они по очереди пользовались моим ртом.
Тогда они, казалось, тоже прекрасно ладили.
Лэндон усмехается, словно читая мои мысли. — Это займет время, и не похоже, что они могут просто стереть все, что произошло, — добавляет он. — Но… ты наша. И мы всегда будем предпочитать тебя прошлому и разрыву друг друга на части.
Я ошеломлена. — Ривер упоминал, что они пришли к соглашению, но я никогда не думала, что они добровольно окажутся в одной комнате без меня.
Лэндон мурлычет и покусывает мою шею. — Ну, кто-то же должен тебя кормить. А Винсент давным-давно научил Ривера готовить.
У меня отвисает челюсть. — Правда?
— Правда. Они готовили для тебя, пока мы были здесь.
Я замираю, беспокойство бурлит у меня в животе. — Они не против…
Я даже не успеваю закончить предложение, как он притягивает меня ближе. — Да, — обещает мне Лэндон. — Мы все на одной волне.
Я уступаю ему. Часть меня беспокоилась, что возникнут проблемы, если я выберу Лэндона первым или не заставлю всех троих заявить на меня права одновременно.
Но я должна была догадаться.
— Все это время все было на твоих условиях, — напоминает он мне. — И так будет всегда.
У меня в животе громко урчит, а Лэндон хихикает.
— Тебе нужно что-нибудь съесть, — говорит он.
— Но я не чувствую голода. Я просто хочу снова лечь спать, — настаиваю я.
— Нет. У нас есть, может быть, минут пять, прежде чем ты сойдешь с ума, и у меня возникнет желание трахнуть тебя у стены. Итак, давай убедимся, что ты поела и выпила достаточно жидкости, прежде чем все это произойдет.
Я не утруждаю себя спором с ним, потому что знаю, что проиграю.
Вместо этого я позволяю ему помочь мне одеться и отвести меня на кухню.
37
РИВЕР
Я собираюсь выйти из себя, потому что я, блядь, не знаю, как с этим справиться.
Я стою здесь с Винсентом, пока Лэндон предъявляет права на Скайлар.
Дело не в том, что я ревную; я просто чувствую себя неловко.
Что, черт возьми, мы должны делать, пока Лэндон и Скайлар в моменте?
Я здесь с Винсентом, готовлю.
Я едва могу держать нож, когда нарезаю овощи, гадая, как мне это сделать.
Мой мозг затуманен и более хаотичен, чем обычно. Такое чувство, что я вылезаю из собственной кожи.
— Черт возьми, Кейн, расслабься, — бормочет Винсент, как будто воздух не пропитан течкой и слизью.
Как будто это обычный день и я не собираюсь связывать себя со Скайлар навсегда.
Как будто я не собираюсь быть в стае с Винсентом.
Я рычу на него в ответ, мой внутренний Альфа близок к тому, чтобы оторвать ему гребаную голову.
Я собираюсь убить его, потому что он ее не заслуживает, а она моя.
Я могу терпеть делить ее с Лэндоном, но иметь Винсента на горизонте?
Наличие мудака в нашей стае, который был причиной ее нервного срыва меньше дня назад?
Пошел. Он.
— Привет, ребята, — произносит мягкий голос, и я поворачиваю голову, чтобы увидеть Скайлар и Лэндона, стоящих в дверях кухни.
Мои руки перестают дрожать.
Лэндон обнимает ее за талию, с нежностью глядя на нее.
Ее сладкий аромат мягко смешивается с ароматом Лэндона.
Их брачная связь установлена.
Но вместо ревности я чувствую… облегчение.
Скайлар в хороших руках у Лэндона, но я буду тем, кто уравновесит их, когда он станет слишком аналитичным и заносчивым. Когда он будет вести себя слишком сильно, как снисходительный придурок.
Я буду нужен ей из-за него.
Мы нужны Омеге.
У меня инстинктивно текут слюнки, когда я смотрю на ее изуродованную брачную железу.
Ее глаза остекленели, а губы слегка приоткрылись, когда она смотрит на меня с вожделением в глазах.
— Ей нужно поесть, — заявляет Лэндон. — И с ней это сложно.
Мои Альфа-инстинкты сосредотачиваются на этой информации.
Накорми Омегу.
Внезапно оказывается, что ничто не имеет значения, пока я не накормлю ее.
Ей нужно поесть.
— Я не голодна, — скулит она, ее прекрасные глаза мечутся между Винсентом и мной. — Просто пойдемте со мной в постель.
 
О, черт.
Мой член ноет в штанах, отчаянно желая оказаться внутри нее.
— Нет, — говорит Винсент низким голосом. В нем слышится командная нотка, и глаза Скайлар расширяются. — Сначала поешь, — инструктирует он ее, скрещивая руки на груди.
Я не знаю, откуда у него столько гребаного самоконтроля. Как будто ее течка даже не влияет на него. Никто из нас не кончил раньше, но, видимо, я единственный, у кого болят яйца.
— Но я хочу…
— Омега. Ешь. — Винсент больше не утруждает себя тем, чтобы скрывать команду.
Она отрывается от Лэндона и присоединяется к нам на кухне. Я протягиваю руку, чтобы погладить ее по волосам, и она наклоняется навстречу моему прикосновению, прежде чем взять тарелку, которую протягивает ей Винсент.
— Спасибо тебе, — шепчет она.
Я сжимаю руки в кулаки, борясь с инстинктивным желанием спихнуть все с кухонного островка и просто завязать ее там узлом.
Лэндон ловит мой взгляд и ухмыляется.
Мудак.
Но я смотрю, как она ест за стойкой, вгрызаясь в жаркое, которое мы с Винсентом приготовили для нее, и не могу не чувствовать прилив гордости.
Ее тихие стоны наслаждения заставляют мой член подергиваться.
Почему я единственный на кухне теряю контроль?
— Хорошая девочка, — хвалит ее Винсент, и она одобрительно хмыкает.
Держись.
Мне нужно отвлечься. Я не могу больше слушать, как она стонет над кусочками тофу.
Может быть, я тоже что-нибудь съем.
Рядом с ее эспрессо-машиной стоит коробка с макаронами, из контейнера доносится сладкий аромат ванили. Они восхитительны на вид и соблазнительны, как и вся выпечка Скайлар.
— Кто-нибудь хочет макарон? — Я задыхаюсь, изо всех сил стараясь не выглядеть похотливым ублюдком, которым я и являюсь.
— О, — говорит Скайлар, когда я поднимаю крышку. — Я забыла вам сказать.
Я оборачиваюсь и вижу, как ее лицо краснеет, когда она смотрит на меня широко раскрытыми глазами.
Лэндон хмурится. — Сказать нам что, милая?
Аромат Скайлар слегка меняется, когда она прикусывает губу. Ваниль смешивается с пряностью, в ее восхитительном аромате чувствуется нотка корицы.
— Я приготовила это специально для вас, — говорит она, кладя вилку на тарелку. — Для всех вас троих.
Я открываю коробку и достаю макарон сиреневого цвета. — Ну, черт возьми, тогда я не могу ждать, — говорю я, и мой рот наполняется слюной, когда аромат ванили окутывает меня.
Пахнут вкусно. Я уже знаю, что мог бы съесть всю коробку, если бы захотел.
— Ну, подожди, — выпаливает Скайлар, когда я подношу его к губам. — Там есть особый ингредиент. Прежде чем ты его съешь, я должна сказать тебе, что это такое.
Винсент поворачивается, чтобы посмотреть на меня, и, нахмурив брови, разглядывает печенье в моей руке.
— Что, ты их зашнуровала? — Я шучу.
Лицо Скайлар становится ярко-розовым.
— Нет, э-э… — она смотрит на Лэндона, который с любопытством наклоняет голову. — Там, э-э…
Даже Винсент выглядит заинтригованным. — Что там, Скайлар? — он спрашивает.
Она прерывисто вздыхает. — Моя слизь, — говорит она тоненьким голоском. — Возможно, я добавила немного своей слизи в тесто.
У меня в мозгу происходит короткое замыкание, когда я откусываю кусочек.
38
ВИНСЕНТ
Я так долго держался.
Мой гон почти в полную силу, но я использую каждую каплю самоконтроля, на которую способен, чтобы сдержать свои инстинкты.
Если не для Скайлар, то для Ривера, который выглядит так, будто у него вот-вот случится гребаный нервный срыв.
Но это печенье — последняя капля.
— Твоя что? — Лэндон ахает, его глаза полны восторга.