Завязать след. Часть 2 (ЛП)

— Ривер.
Я пожимаю плечами. — Кофе в его бензобак. Он не взорвется или что-то в этом роде, просто механику будет непросто его починить.
Ее глаза расширяются. — Ты действительно это сделал? — спрашивает она с ужасом на лице. — Он загружает тысячи в свои грузовики.
Я усмехаюсь. — Да? И он должен был вложить в тебя тысячи. Он идиот.
— Он достаточно мелочный, чтобы выдвинуть обвинения, — добавляет она, закусывая губу.
Я заливаюсь смехом. — Надеюсь, что он это сделает, — хихикаю я. — Я, блядь, вызываю его.
У меня не было достаточно времени с этим мудаком. Я был бы счастлив заставить его корчиться в суде.
Если я не могу мучить Бриггса так, как хочу, то дерьмовый бывший Скайлар — следующая лучшая вещь.
Она хлопает меня по плечу. — Видишь? Именно об этом я и говорю, — фыркает она. — Ты совершаешь безумные поступки ради людей, которые тебе небезразличны, особенно когда они пропадают. Так что не возлагай на Винсента ответственность за мои действия, когда дело касается Эйприл. Я большая девочка. Я сама принимаю решения.
Я рычу, разочарованный ее логикой.
— Хорошо. Я не буду. — Говорю я с горечью.
Она наклоняется и целует меня, и мое разочарование исчезает.
Она права. Я делаю сумасшедшее дерьмо для людей, которых люблю.
Я не должен удивляться, что она готова сделать то же самое.
Она вздыхает у моих губ, когда я глажу ее по щеке, нежно лаская.
— Ты сводишь меня с ума, — бормочу я. — Больше, чем обычно.
— Я знаю, — вздыхает она, утыкаясь носом в мою грудь. Ее дыхание замедляется, и ее сладкий аромат окутывает меня, когда я держу ее в своих объятиях.
— Это одна из вещей, которые я люблю в тебе, — говорю я после минутного молчания.
Слова повисают в воздухе, и она издает тихий вздох.
— Я люблю тебя, — признаюсь я. — Я влюблен в тебя, Скайлар.
Она не отвечает, и на мгновение я паникую.
Она тебя не любит, идиот.
Ты едва можешь функционировать половину времени. В тебе беспорядок, ты слишком взрывная личность…
Но она садится и смотрит на меня, ее прекрасные глаза сияют. — Ты действительно любишь меня? — Ее голос прерывается на этих словах, как будто она не верит.
Я киваю. — Любить тебя — самая легкая вещь в мире, — говорю я. — Я чертовски схожу по тебе с ума, до такой степени, что это относительно.
Она улыбается так широко, что в уголках ее глаз появляются морщинки. — Я тоже тебя люблю, — смеется она. — Очень сильно, Ривер.
Я не могу остановиться. Я знаю, что ей следует отдохнуть, но яростно целую ее, притягивая к себе на колени, чтобы облизать складку ее губ.
Она любит меня.
Эта идеальная девушка, блядь, любит меня.
Я никогда не устану от ее вкуса или тихих звуков, которые она издает, когда наслаждается тем, что я с ней делаю.
Моя.
— Твоя, — соглашается она между поцелуями, и я понимаю, что произнес это вслух.
Я рычу в ответ на ее подтверждение, затем подношу губы к ее брачной железе.
Она напрягается в моих объятиях, когда я посасываю чувствительное местечко, ее аромат расцветает вокруг нас.
Так заманчиво просто вонзить в нее зубы.
И иррациональная часть меня хочет это сделать. Чувствовать, что моя душа привязана к ней, что мы постоянно связаны…
— О нет, — выдыхает она, отстраняясь от меня.
Я выныриваю из своего наполненного похотью ступора. — В чем дело, детка? — Спрашиваю я, читая панику на ее лице.
Возможно, она сожалеет о том, что сказала мне, что любит меня.
Может быть, она решила, что ей лучше быть только с Лэндоном и Винсентом, и устала иметь дело с моим дерьмом.
— О, — повторяет она, прижимая руку к животу и слезая с моих колен.
В моей голове звучат тревожные звоночки. Я не знаю, что, черт возьми, происходит и почему она выглядит напуганной, но я готов поджечь этот гребаный город, чтобы это прекратилось.
— Детка? Что случилось?
— Это начинается, — дрожащим голосом шепчет она. — Я чувствую это. И это больно. Это больно.
Когда она это говорит, в воздухе разливается густая волна сладости. Чистый, концентрированный аромат Омеги.
 
У Скайлар начинается течка.
34
СКАЙЛАР
Как неловко, что признание в любви — это то, что в конце концов разжигает мою течку.
Я читала брошюры, в которых подробно описывалось, чего ожидать после отмены подавляющих препаратов, но пережить это — совершенно другое дело.
Через несколько секунд пот стекает у меня по спине, а матку сводит так сильно, что слезы наполняют глаза.
Я даже не могу встать с дивана.
— Прости, — выдыхаю я Риверу, который смотрит на меня так, словно у меня выросла вторая голова.
— Прости? — он повторяет. — Прости, блядь, за что?
— За это, — выдыхаю я. — За все побочные эффекты. Ты не обязан оставаться, если не хочешь.
— Ты действительно чертовски сумасшедшая, — бормочет он, поглаживая меня по спине. — Это гребаная честь, что ты вообще хочешь, чтобы я был здесь.
— Пожалуйста… В холодильнике должно быть немного воды и грелка…
— Это все в боковом шкафу, — говорит Ривер, уже вставая с дивана и открывая холодильник. — У нас есть контрольный список. Об этом позаботились.
— Что? — Я поворачиваюсь к нему, морщась. — Какой контрольный список?
— Ты думаешь, мы не готовы? — он одаривает меня ухмылкой. — Мы детективы, детка. Мы всегда готовы. И мы провели свое исследование. Ты не будешь проходить через это в одиночку, включая негативные моменты.
Они провели исследование.
У меня голова идет кругом от осознания этого.
Ривер возвращается, прижимая к моим губам бутылку с холодной водой. Я жадно выпиваю ее, чувствуя, как ледяная жидкость растекается по телу.
— Мне нужно снять эту одежду, — выдыхаю я. — В ней слишком жарко.
— Я знаю, — терпеливо говорит он. — Я держу тебя, Скайлар.
Я как будто подхватила грипп. У меня болит голова, и озноб сотрясает тело, когда Ривер ведет меня в спальню, где я сворачиваюсь в своем гнездышке.
Он раздевает меня быстро и методично, инструктируя поднимать бедра и руки, когда это необходимо.
Как только я обнажаюсь, он оставляет меня только для того, чтобы вернуться с прохладной тканью, вытирая пот с моего тела.
Слезы наполняют мои глаза. Джейсон никогда не делал этого для меня.
Аромат Ривера более острый, чем когда-либо, и его глаза горят, когда он проводит тканью по моему телу.
Но я не возбуждена. Мне больно.
— Ты не обязан это делать, — говорю я ему. — Я не смогу ответить тебе взаимностью прямо сейчас.
Он перестает вытирать меня. — Думаешь, я делаю это именно поэтому? — тихо спрашивает он. — Просто чтобы я мог бы тебя трахнуть?
Я не отвечаю ему, и он закрывает глаза и вздыхает.
— Я собираюсь убить его, Скайлар, клянусь гребаным Богом… — Он останавливает себя и проводит рукой по волосам. — Я делаю это, потому что я хочу этого, и это то, чего ты заслуживаешь. Я люблю тебя. И для меня это означает заботиться о тебе всеми возможными способами. Не только во время секса. Но и в жизни.
— Хорошо, — шепчу я, когда на меня нападают судороги.
— Это первая стадия, — говорит Ривер, продолжая вытирать меня. — Ты почувствуешь тошноту, и у тебя может быть небольшая температура. Но потом это уже не так больно, но все еще интенсивно. И вот тогда мы все сможем повеселиться.
Я ловлю его ухмылку и слабо хихикаю. — Извращенец.
— Помнишь, что я говорил тебе о стыде извращенцев? Это не очень приятно. — Ткань наконец достигает моей сердцевины, и он осторожно вытирает пятно. Я чрезмерно чувствительна, поэтому малейшее прикосновение заставляет меня вскрикивать от дискомфорта. — Прости, — шепчет он. — Почти закончил.
Как только он заканчивает, то приносит мне пакет со льдом и заворачивает меня в мои одеяла.