(не) Любовное зелье. Ведьма на море (СИ)
(не) Любовное зелье. Ведьма на море
Глава 1. Последний скандал
Я очень люблю свою работу, люблю смешивать ингредиенты снадобий в котелке, люблю запах сушёных трав и аромат свежесваренного зелья. Я даже городок свой люблю — тихий, уютный Горнсбург, словно сошедший с картинки туристического журнала: мощёные улочки, аккуратные домики, цветочные клумбы, приветливые и доброжелательные жители. Затерянный у подножия Рейшатских гор, он был по‑своему очаровательным. Свежий горный воздух, мягкий белый туман по утрам, ранние сумерки. Идеальный. А я хотела на море! Сбросить тесные туфли и опустить босые ступни в прохладную солёную воду и идти вдоль берега долго‑долго…
Я нехотя отвела взгляд от рекламного буклета гостиницы на Лиатском побережье. Он обещал «отличный сервис», «тёплое море», «спокойный отпуск».
— Мисс Бэлворд, вы меня вообще слушаете?!
Сжимая в пальцах крошечный флакончик с тёмно‑розовой жидкостью, я посмотрела на клиентку — мисс Бенерсби. Восемнадцать лет, около двух метров роста, плотная фигура и звучный голос, который наверняка раздавался на всю округу. Конечно, я слышала. Тут глухой услышит, а слышащий оглохнет.
— Да.
Мой фамильяр, чёрный кот по кличке Симус, лениво потянулся и зевнул, демонстрируя острые белые зубы. Вот кому живётся хорошо — ни проблем, ни забот. Лежи себе весь день на краю прилавка, наблюдай за прохожими за окном, вылизывай лапки и наслаждайся нежными поглаживаниями хозяйки.
— Вы мошенница! — выкрикнула девушка и, уперев руки в бока, впилась в меня немигающим взглядом. — Позавчера вы мне сказали, что зелье сработает за сутки! А он вчера даже не посмотрел в мою сторону!
Унизанный колечком с кроваво‑красным камнем пальчик уткнулся в бутылёк с зельем.
Я сказала, что мне нравятся местные жители? Неправда, я вас обманула.
Я любила городок, а не своих клиентов. Особенно таких, как дочка мэра и ей подобные, — женщины, жаждущие красоты, любви местных красавцев и вечной молодости. Они приходили в лавку с твёрдой уверенностью, что я могу дать им всё, чего они хотят. Они требовали, заставляли, некоторые даже пытались угрожать. Ни одна из них не желала даже слышать о том, что магия требует усилий, что любовь купить нельзя, а старение остановить. Им нужна была волшебная конфетка, снадобье, заклинание, и когда оно не срабатывало, они приходили и устраивали скандал.
Я глубоко вдохнула, пытаясь удержать раздражение. Сколько раз я им повторяла: любовное зелье не может заставить полюбить. Оно лишь усиливает на время то, что уже есть в сердце. Но никто не вникает в нюансы. Всем нужно чудо по взмаху волшебной поварёшки.
— Мисс Бенерсби, я же вас предупреждала, что результат зависит от самого мужчины, — произнесла я как можно спокойнее, борясь с желанием вытолкать её вон из лавки. Призвать метлу и наподдать ею по самой выдающейся филейной части скандалистки. Однако я удержалась. Не тронь навозную кучу, она не завоняет. Хотя разило от мисс Бенерсби любовным зельем так, что даже у меня в носу защипало. — Если он не испытывает к вам ни капли симпатии, никакое зелье не поможет.
— Значит, вы меня обманули! — рявкнула она и для пущей убедительности стукнула пухленьким кулачком об стол. Симус злобно сощурил ярко‑зелёные глаза. — Верните деньги!
В этот момент я вдруг поняла: мне всё равно. Они мне все надоели, до самых косточек. Я хотела тишины и покоя, а не вот это вот всё! Пусть забирает деньги. Пусть забирает всё. Я просто больше не хочу стоять здесь и объяснять глупым девчонкам, почему магия не исполняет желания.
— Лилимяу, — спросил Симус, вставая на лапы и вытягивая хвост в трубу, — Она нам надоела. Можно я её съем?
Я хмыкнула, прикидывая мысленно, чем мне это грозит.
— Ну, пожалуйста! — Симус демонстративно выпустил когти и постучал ими по столешнице. — Всего один кусочек? Малюсенький?
Я знала, что он говорит несерьёзно, а вот Бенерсби — нет. С диким визгом она выскочила из лавки, на ходу оборвав дверной колокольчик.
— И деньги забыла, — пожал плечами кот, вставая на задние лапы. — Трусиха, шуток не понимает. Что я, совсем рехнулся — людей есть? От такой, как она, только несварение желудка заработаешь. Лилимяу, ты чего?
Силы резко оставили меня, и я устало опустилась на табурет. Кот запрыгнул мне на колени и заглянул в глаза.
— Ты из‑за колокольчика расстроилась? — заботливо поинтересовался он и погладил меня лапкой по руке. — Если да, то я сейчас вмиг приделаю его обратно…
Я почесала его за мягкими, непропорционально большими ушками и поцеловала в лобик. Симус, совсем как настоящий кот, замурчал от удовольствия.
— Не надо. Я просто устала.
Я посмотрела на ряды пузырьков, на полки с травами, на видавший виды котелок, на рекламный буклет, и в ту же секунду решение пришло само собой.
Я встала, решительно сняла форменный фартук и бросила его на стол.
— Симус, собирайся. Мы едем на море!
Глава 2. Дорога к морю
Глава 2. Дорога к морю
Собрав всё необходимое на неделю в дорожную сумку, мы с Симусом, опечатав напоследок заклинанием двери и окна, отправились в путь. На сборы мы потратили не больше получаса, зато путь до вокзала занял куда больше времени. Ни один извозчик не согласился остановиться и довезти нас до места. История Бенерсби, наверняка приукрашенная, несколько раз успела облететь городок. Последствия шутки не заставили себя ждать. Ну и ладно! Приеду — разберусь! Куда они денутся, когда заболеют или покроются прыщами? Конечно, прибегут к Лилиан Бэлворд, будут умолять и заверять в своей любви и преданности, а я ещё подумаю, стоит ли их прощать и сколько им будет стоить моё прощение.
Я шла по знакомым улицам, и каждый поворот отзывался в сердце эйфорией. Ещё чуть-чуть, и я буду на море!
Прохожие бросали косые взгляды, кто то даже отворачивался, но мне было наплевать. Меня ждал вокзал, поезд, «отличный сервис», «тёплое море» и «спокойный отпуск». Симус прибавил шагу и, подслушав разговор двух почтенных троллих, сообщил, что ходят слухи, будто я нарочно дала дочке мэра не то зелье, чтобы рассорить её с женихом. Конечно, это была ложь, но разве кто-то станет слушать ведьму, когда есть повод посудачить? Пусть поговорят, перемоют мне косточки. Дурная слава — тоже слава.
— Не обращай внимания, — тихо сказала я ему, не скрывая радостной улыбки. — Скоро мы будем далеко отсюда.
Вокзал в Горнсбурге был небольшим, но оживлённым. Здесь не было арок портала, как в соседнем Лиате, где маги могли мгновенно перемещаться из одного конца страны в другой, в Рейшате по прежнему путешественники перемещались по железной дороге. Поезда ходили регулярно, связывая между собой города и посёлки, и, несмотря на отсутствие магии в самом транспорте, в вагонах всегда витал особый дух приключений.
Мир Рейшата был многорасовым миром: здесь жили гномы, оборотни, ведьмы и тролли, и все они уживались бок о бок, пусть и не всегда мирно. На вокзале можно было увидеть гнома, торгующего сувенирами и сладостями в дорогу, оборотня, который проверял билеты, и троллей, загружающих тяжёлые ящики в багажный вагон. После окончания войны между Лиатом и Рейшатом ничего особо не изменилось. Великого переселения не случилось, и лиатцы, маги и люди, остались на своей территории, а мы — на своей. Правда, иногда, как я сейчас, мы путешествовали друг к другу «в гости».
Перед выездом я, как могла, изменила свой образ: собрала волосы в замысловатую причёску, вместо распущенной рыжей гривы затянула непослушные кудри в пучок на затылке, заменила тяжёлые серебряные серьги на маленькие гвоздики с перламутровой жемчужинкой, стёрла чёрные стрелки на веках и надела светлое лёгкое платье, модное в Лиате в этом сезоне.
И всё равно я была похожа на ведьму. Суть ведь не скроешь, да и говорящий кот, как визитная карточка, всегда был рядом.
Поезд уже стоял у платформы, длинный и величественный, с блестящими металлическими боками и большими окнами. Я подошла к кассе, купила билет до Ирата и направилась к своему вагону. Проводник кивнул мне, проверил билет и указал купе. Горнсбург не был конечной станцией на карте, просто одной из сотни точек на полотне дороги из столицы Лиата в столицу Рейшата, и проводник за весь путь следования видел самых разных пассажиров. Наметанным глазом он определил в Симусе фамильяра и придержал дверь, пока кот медленно и важно проследовал в вагон.