Холодный март 14-го (СИ)

- Leave it here (Оставьте здесь), - коротко кивнул Джо в сторону стола.
Я крякнул от натуги, прокляв свою надорванную поясницу, водрузил багаж на деревянную поверхность и не спеша пошёл за следующим, раздумывая, какую причину найти, чтобы сунуть нос во все технические подробности. Второй баул оказался тяжелее первого. Дотащил с трудом, волоча по полу, и понял, что на стол не подниму.
  
-Can you help? (Поможешь?) - обратился я к “терминатору”, сосредоточенно тыкающему разъем в пазы блока питания.
-One moment... Ah, damn it! (Один момент… Ах, черт возьми), - выругался он, пытаясь впихнуть невпихиваемое.
-It won't work, (Не получится), - покачал я головой, глядя на его мучения, - That's a cable from the demodulator, and you're holding the power supply. (Это кабель от демодулятора, а у тебя в руках блок питания.)
-But they were in the same package. (Но они лежали в одной упаковке).
-They made a mistake while packing. It happens. (Ошиблись при комплектовании. Так бывает.)
-Damn quartermasters. Hiring migrant workers from Mexico (Гребаные интенданты. Наберут гастарбайтеров в Мексике), - выругался Джо и поднял на меня глаза, - You know this stuff? (Разбираешься)?
-A bit (Немного).
-Then sit down and help. (Тогда садись - помогай.)
-Hey, Joe! (Эй, Джо!) - возмутился парень, который опять остался единственным носильщиком, - I thought he was going to help me carry the bags. (Я думал, он мне поможет.)
-Tell the guys to get off their asses. (Скажи парням, чтобы подняли свои задницы.)
-I can't… (Я не могу…)
-Then learn to play poker or don’t sit at the table with professionals (Тогда учись играть в покер или не садись за стол с профессионалами), - захохотал Джо и, перехватив мой взгляд, охотно пояснил, - don’t worry about it, come on, make yourself comfortable and help out. Our comms guy ended up in the hospital with liver colic after some homemade local vodka. (Не бери в голову, располагайся, помогай, а то наш штатный связист попал в больницу с печеночной коликой после местной самодельной водки.)
Станцию космической связи собирать и настраивать мы закончили за полночь. За это время я узнал, что у меня ужасный английский, но все равно лучше, чем у “этих латинос”, что он сам - зелёный берет, уорент-офицер 1-го отряда СпН СВ из немецкого города Бёблингена, что вся команда “скалолазов” - штрафники и залётчики, получившие последний шанс реабилитироваться. С виду молчаливый терминатор поведал, что их миссия - исключительно спасательная, направленная на эвакуацию уникального оборудования, позволяющего спрягать советское вооружение, находящееся на балансе ВСУ, с натовской распределенной сетевой системой управления войсками и вооружениями.
Слушая неторопливый бубнёж солдата удачи, я пытался понять, зачем он всё это мне рассказывает? Нестыковок в повествовании было столько, что через полчаса я перестал обращать на них внимание, воспринимая весь этот трёп, как журчание воды. Но оружия у них с собой не было никакого. Значит, устраивать стрельбу в Севастополе эти самоубийцы не планировали. Уже хорошо. А плохо то, что цель миссии не становилась понятнее. Что такое необходимо вывезти из военной части, чтобы отряжать для этого целую группу военспецов НАТО, пристёгивать массовку, а главное - устраивать представление с поднятием триколоров, с интервью и прочими элементами уличного шоу? Зачем привлекать к себе внимание? Не проще ли по-тихому вывезти? Что же тут запрятала загадочная англосаксонская душа? Что она задумала?
***
Ненавязчиво порасспрашивать американца мне не дали. После включения аппаратуры во время настройки антенны к нам присоединился сутулый мужичок, оказавшийся тутошним зампотехом. Он суетился, лез под руку, проявлял нездоровое любопытство: “А это что? А это куда?”, - поглаживая блоки, как породистую кобылу, и всё время лебезил перед Джо, называя его то “мистер офицер”, то “сэр командэр”. Если бы он знал правильный перевод на английский “ваше превосходительство”, употребил бы и это обращение. Обожание и преданность делу англосаксонского рейха сочилось из него концентрированно и было направлено целиком на Джо, как главное свидомое божество, оказавшееся в пределах досягаемости. Из-за этой местной липучки мой коварный план по развязыванию американского языка потерпел сокрушительное фиаско, а потом нас всех пригласили на вводный инструктаж, где оказалось, что пузатый-усатый бандеровец и есть командир части.
-Сегодня в наряде только надежные люди, - сообщил он “туристам”, когда все собрались в соседнем доме и расселись прямо на полу, - отбой прошел штатно, все спят. Тихо заходим и располагаемся в учебном корпусе. Остальной, неблагонадежный личный состав запрём в казармах. Двери надежные, на окнах - решетки. Не сбегут.Станцию развернули? - с последними словами пузан глянул на сутулого. Тот молча кивнул. - Хорошо, времени у вас на всё-про-всё до 9.00. Справитесь? - продолжил вышиваночный начальник части и, получив в ответ утвердительный кивок, посмотрел на Сенченко и Пахоменко. - Тогда ровно в 7 начинаем. Что у вас там полагается?
Таймер в моей голове начал сбоить, ибо я не понял, что должно начаться в 7.00 и на что “всё-про-всё” у заговорщиков времени до 9.00.
-Информация о захвате воинской части ПВО повстанцами выйдет в Нью-Йорке в вечерних девятичасовых новостях, - бодро отрапортовала Дарья, - а это значит, что уже с 6.00 по московскому времени все СМИ России будут смаковать эту информацию.
-А если не будут? - недоверчиво спросил бандеровец.
ЦРУшница посмотрела на него снисходительно, как учительница младших классов на первоклашку.
-Российские СМИ так устроены, - назидательно произнесла она, - что готовы проигнорировать самую горячую и достоверную новость из национальных источников, но зато гарантированно разместят у себя любую дичь, если она опубликована в США или Великобритании. Работает безотказно, сбоев не даёт, что ещё раз наглядно подтверждает их холопскую сущность и генетическую неполноценность.
-Красиво сформулировано, - похвалил Дарью Сенченко.
-Поэтому, - продолжила Пахоменко, проигнорировав комплимент бывшего комсомольского вожака Крыма, - уже к семи утра мы ждём у ворот ажиотаж и давку наиболее впечатлительных и экзальтированных …
-А далее?
-Всё, как положено, - повела плечами ЦРУшница и хмыкнула, - народные гуляния, братания, танцы с бубном… К полудню сворачиваемся. Уходим тем же путем.
-Ну ладно, - махнул рукой пузан, - общественные дела меня не касаются. Важно, чтобы к 9.00 всё было готово к главному концерту. Располагайтесь, готовьтесь. Флаги и всю остальную атрибутику возьмёте в соседней комнате. Неделю коллекционировал.
Поморщившись, как от лимона, он окинул взглядом собравшихся.
-Ко мне вопросы есть?
Вопросов не было. Вислоусый пузатый самостийный командир резво направился к входной двери и сдернул трубку домофона.
-Ну, как там?.. Хорошо, открывай! - произнес он в аппарат и вышел во двор.
Туристы-правосеки нестройной гурьбой вывалились из помещения. Я выходил последним, задержался на крыльце, огляделся вокруг и обомлел - в конце двора на месте бетонной стенки зиял полноценный проезд три на три метра, ведущий, судя по всему, в какой-то ангар, чьей стеной и было то, что я ошибочно принял за забор.
-Вот это да! - вырвалось у меня от лицезрения таких метаморфоз.
-Засранцы, - со смесью восхищения и зависти произнес оказавшийся рядом Сенченко, - чтобы сподручнее было воровать военное имущество, они себе устроили подпольное КПП.
-Швыдче, швыдче, хлопцы (Быстрей, быстрей, парни), - нетерпеливо произнес командир части, подталкивая “туристов” к проходу, - там вас встретят и проведут…
  
Обгоняя нас, вперед прошмыгнул сутулый помощник местного босса, а за ним еще двое военных, одетых в замызганные бушлаты советского образца, на ходу разматывая полевой кабель.
Ангар оказался частью автопарка, а тот, в свою очередь, упирался в учебный корпус - серое длинное, двухэтажное здание довоенной советской постройки. Рядом стояли образцы техники, потертые, с выцветшими от времени коробками кунгов, карандашами пусковых установок, подпирающими темное небо, локаторами, замершими в самых неестественных положениях.