Агентство «ТЧК». Война с Астралом

– Константин Ижевский, Иван Славянов, что тут у вас? – Маг дежурно махнул корочкой.
– Что-то, – емко охарактеризовал я и поднялся с ящика, на который сел для верности, чтобы существо не выбило крышку. Наблюдая, как вампир наклоняется к желтым замкам, добавил: – Прыгучее.
Уточнение оказалось немаловажным. Стоило брату щелкнуть креплениями, как тварь взвилась вверх, выбивая крышку у него из рук. Вампир оказался быстрее. Ловко перехватив ее в воздухе, он, как и я недавно, поспешно перебросил существо в другую руку, крепко стиснув за воротник футболки. Слегка придушенное, оно скорбно свесило несоразмерно длинные руки и изредка издавало слабое шипение, злобно зыркая на нас своими красными глазищами и скаля зубы.
– Какая гадость, – вынес свой вердикт маг, придирчиво осматривая тварь. – Вы утверждаете, что это было ребенком?
– Было. До того как попыталось сожрать соседа по играм. Не уверен, что дело исключительно в неподеленной игрушке.
– Его Вася зовут, – влезла Ника, не отходящая на меня ни на шаг. – И он раньше так никогда не делал, честно.
– Черт-те что, – вздохнул вампир, засовывая «Васю» обратно в ящик. – Пусть в головном разбираются.
– Это не астральная тварь. И не проклятие, – произнес я, глядя магу в глаза. – Тогда что?
– Спросил бы ты что попроще, – вздохнул Константин, плюнув на утомительную вежливость. – У нас через полчаса заканчивается восьмичасовая смена, за которую было пять разрывов и два из них – с массовым вторжением. Лично я не удивлюсь, если завтра нам объявят о конце света или начнется зомби-апокалипсис.
Вампир нервно хохотнул, проверяя надежность защелок.
Ясно, что от этих ничего не добьешься. Я покосился на притихших детей и впавшего в транс светлого. Если заглянуть в пред-Астрал, становилось видно, как от мага во все стороны, словно тонкие белесые щупальца, расползаются нити, каждая из которых присасывается к голове ребенка или взрослого. С лиц тут же пропадали все эмоции, люди застывали, глядя в пустоту и постепенно забывая все произошедшее. Впоследствии маг вложит им новые воспоминания. Работа кропотливая, долгая и несказанно нудная.
– Пусть нас забудут тоже, – бросил я светлому, беря Нику за руку. – Нас никогда здесь не было.
Тот едва заметно кивнул.
– Да уж, я бы тоже сына здесь после такого не оставил, – посочувствовал маг, провожая меня к выходу, пока Иван тащил за нами дергающий и злобно шипящий короб. – Ты, кстати, где работаешь-то?
– «ТЧК», – отозвался я и с удовольствием пронаблюдал, как лицо брата вытягивается.
– В том самом? – помедлив, уточнил он почти со священным трепетом на лице, словно ожидал, что я прямо сейчас по-быстрому проведу кровавый ритуальчик с десятком жертв, разорву Астрал и скормлю всех присутствующих вырвавшимся оттуда монстрам.
– В том самом, – хмыкнул я, добавив к этому кривую усмешку.
Князь еще до сих пор не определился, благодарить Саби или проклинать за то, что бывшему Младшему Брату приспичило избрать для ритуала именно ее, втянув в это все агентство. Известность наша после случившегося в заброшенных бункерах резко возросла, а вот насчет популярности я бы не был так уверен. Поскольку дело проходило под грифом «совершенно секретно», чтобы не дискредитировать в глазах населения Братство, член которого был организатором всей этой катастрофы, рассказывать кому бы то ни было о случившемся нам было запрещено. Так что, за неимением правды, народ передавал друг другу слухи методом сломанного телефона.
Что «ТЧК» участвовало в произошедшем, каким-то образом знали все, а вот дальше версии двоились, троились, плодились почкованием и росли в различных прогрессиях. Вплоть до того, что один мой знакомый утверждал, будто именно мы пытались уничтожить все живое вокруг. А Братство до сих пор не упекло нас за решетку только потому, что мы угрожаем им тайной астральной бомбой, заложенной где-то в московской канализации, а Князь денно и нощно держит палец на красной кнопке.
Лично меня это вполне устраивало, я даже предлагал приписать на знаменитой футболке Сабрины к слову «суккуб» дополнение: «из «ТЧК». И нам больше никогда не придется стоять в Братстве в очередях. Все будут разбегаться, едва ее увидят. Глупая женщина кинула в меня за это огненным шаром. Учителя ученик не превзошел, но прожег дыру в чаровской газете, расстроив оборотня до глубины души.
 
– А садик отменяется? – еще не веря своему счастью, уточнила Ника, пока мы шли к метро.
Новоприобретенную машину сегодня забрала Саби, потому что я не знал, насколько задержусь в садике, а возить Ариэль на общественном транспорте мы опасались – никогда нельзя было предугадать, что она выкинет.
– Отменяется, – подтвердил я, размышляя, как Князь отнесется к появлению на работе шестилетнего ребенка, обожающего везде совать свой нос и задавать провокационные вопросы.
– И я увижу дядю Фея? – несказанно обрадовалась дочь.
Мне оставалось только кивнуть и понадеяться, что «дядя Фей» испытает от встречи не меньший энтузиазм. Мелочь упорно не желала верить, что у него нет обещанных Сабриной крыльев бабочки и волшебной палочки, исполняющей любые желания. Она считала, что на самом деле он просто их где-то прячет, сговорившись со мной.
Спасибо тебе, дорогая.
Сабрина
Крис явился вовремя.
Мы только-только привели офис в относительно божеский вид и собирались объяснить супермену, что не причиним ему никакого вреда («По крайней мере, сразу», – меланхолично добавила Мира, а Чар обнадеживающе рыкнул: «Говори за себя!»).
Взгляд Криса пробежался по последствиям офисной баталии, брови приподнялись.
– Вы ремонт затеяли? – саркастически поинтересовался маг, уставившись на кусок оторванных обоев. – А это что за шут гороховый?
Красно-синий оскорбленно надул щеки, но ни пошевелиться, ни что-либо сказать по-прежнему не мог.
– Здравствуйте! – неожиданно звонко объявила Ника, выходя из-за его спины и бросаясь к Олегу. – Дядя Фе-э-эй! Ну сегодня-то ты покажешь мне свои крылышки? Ну пожалуйста-пожалуйста-а-а!
Фей скорбно покосился в мою сторону. А мне оставалось лишь возвести глаза к потолку и сделать вид, что я тут вообще просто мимо проходила. Поинтересоваться, что здесь забыла мелочь, которой положено продолжать строить мальчишек в садике, я не успела. Дверь кабинета начальства отворилась, Князь вышел, посмотрел на нас коронным «очень суровым взглядом», заставив всех кроме темного мага виновато потупиться, и не терпящим возражений тоном произнес:
– Крис, Сабрина, ко мне. И прихватите вашего супермена. Олег, сними частично кокон, чтобы говорить мог.
Маг подчинился. Пока Чар затаскивал красно-синего в кабинет, супермен не переставал возмущенно орать, что мы еще пожалеем, когда нас непременно покарают те криптонцы, которые прилетят его спасать.
– А нам что делать? – уточнил оборотень таким тоном, словно надеялся, что Князь сейчас отечески улыбнется и отпустит всех в бессрочный оплачиваемый отпуск. Ну или хоть раз в жизни ответит: «Ничего».
– А вы… – Вампир пробежался взглядом по офису, зацепился за Нику, которая, усердно пыхтя, пыталась дооторвать кусок обоев, решив, что мы просто забыли довести дело до конца. – Присмотрите за ребенком.
После чего он подпихнул меня вперед, заставляя войти в кабинет, и захлопнул дверь.
– Я не виновата, это Ариэль! – решительно произнесла я, как только шеф уселся за стол.
Князь подпер подбородок кулаком и одарил меня взглядом, которым смотрят на малое неразумное дитя, когда вроде и понимаешь, что оно неразумное, а с другой стороны… убил бы. Я на всякий случай спряталась за Криса, но этот предатель тут же отошел и уселся в кресло. Любимый мужчина, называется! А вампир, глубоко и печально вздохнув, перевел взгляд на супермена, прекратившего надрываться, но не перестающего что-то бубнить себе под нос.
– Ты кто такой? – поинтересовался шеф ровным, ничего не выражающим голосом.