Любовь без обмана (СИ)
— Для меня это не просто работа, — заговорила я уверенно. — Это возможность расти в сфере, которую я люблю. Я хочу быть частью команды, которая создаёт комфорт для гостей, делает их отдых незабываемым. Готова впитывать знания и вносить свой вклад.
Её глаза чуть потеплели. Дальше вопросы шли один за другим: о знании иностранных языков (английский — средний уровень), о стрессоустойчивости, о том, как бы я поступила в конфликтной ситуации с гостем. Я отвечала честно, не пряча волнения, но стараясь показать, что понимаю ответственность.
Когда собеседование подошло к концу, Светлана Дмитриевна закрыла папку и улыбнулась.
— Хорошо, Эльза. Мы свяжемся с вами в течение дня. Но могу сказать уже сейчас: впечатление вы оставили положительное.
Я попрощалась со Светланой Дмитриевной и радостно выпорхнула из её кабинета. В груди трепетала надежда: «Может, сегодня перезвонят? Может, эта должность будет моей?»
Едва я закрыла дверь, как со всей силы врезалась в кого‑то. Подняв глаза, я обомлела: передо мной стоял парень чуть старше меня — невероятной внешности. Русые волосы аккуратно зачёсаны назад, открывая высокий лоб. В них играли едва заметные золотистые переливы — видимо, от солнца, ведь корни были чуть темнее, что придавало образу естественности. Ни одна прядь не выбивалась из общей композиции — ни намёка на небрежность.
Волевой подбородок с лёгкой ямочкой подчёркивал решительный характер. Тонкие, чётко очерченные губы сейчас были сжаты в недовольную линию, но я невольно представила, как они могли бы преобразиться в ироничную усмешку или даже тёплую улыбку.
Но главное — глаза. Глубокого серо‑голубого оттенка, они напоминали штормовое море: холодные, пронзительные, с металлическим отливом. Взгляд с лёгким прищуром — будто он постоянно оценивал окружающих, выискивая слабые места. В этих глазах читалась непоколебимая уверенность в себе и привычка к власти, а ещё — тень усталости, словно ему давно наскучило всё происходящее вокруг.
Светло‑серый костюм сидел безупречно: брюки идеально подчёркивали длину ног, пиджак аккуратно облегал плечи, не стесняя движений. Белая рубашка была наглухо застёгнута, без намёка на расслабленность. Ни запонки, ни галстук — только строгий минимализм, который, однако, лишь усиливал впечатление дороговизны и статуса.
Всё в нём казалось совершенным… пока он не прорычал со злостью:
— Эй, осторожней надо быть! Смотри, куда летишь.
— Простите… — тихо промямлила я, чувствуя, как горят щёки.
Парень молча направился к лифту. Я последовала за ним — мне нужно было рассказать Тане, как прошло собеседование, а потом поехать домой и ждать звонка. В лифт мы вошли вместе. Я не знала, куда деть глаза, а он, не обращая на меня внимания, углубился в распечатки, которые держал в руках.
На первом этаже мы вышли одновременно. Парень подошёл к стойке, за которой стояла Таня.
— Насть, я уехал. Вот этого человечка, надо заселить по высшему разряду сегодня, — он протянул ей бумаги. — Всё поняла?
— Я Таня, — робко поправила она.
— Да плевать. Ты всё поняла?
— Да, Арсений Евгеньевич.
— Молодец.
Он развернулся и направился к выходу, по пути обмениваясь приветствиями сколлегами. А Таня проводила его мечтательным взглядом.
— Настя? — окликнула я подругу, слегка коснувшись её локтя.
Таня словно пробудилась ото сна: вздрогнула, моргнула и повернулась ко мне.
— О, ты уже? Как всё прошло? — она машинально поправила бейджик на блузке, сосредоточив внимание на мне.
— Обещали перезвонить в течение дня.
— Обязательно перезвонят, — уверенно кивнула она, ободряюще улыбнувшись.
— Кто это такой? — я кивнула в сторону выхода, чуть повернув голову.
— Ты про Арсения Евгеньевича? — Таня снова бросила взгляд туда, где только что исчез управляющий, и на её лице промелькнула мечтательная улыбка.
— Ну да. Который называет тебя Настей, — я скрестила руки на груди, выражая недоумение.
— Ой, он постоянно путает имена сотрудников. Я уже привыкла, — она пожала плечами, но в голосе всё же проскользнула нотка обиды.
— Как к этому можно привыкнуть? Кто он такой?
— Загорский. Управляющий. Сын Евгения Родионовича, генерального директора, — Таня произнесла это с лёгким придыханием, будто перечисляла титулы королевской особы.
— Тогда это всё объясняет. Зачем запоминать имена подчинённых, правда? — я скептически усмехнулась, покачав головой.
— Ой, ладно тебе, Элька. Ну да, он высокомерный. Но зато красив как бог! — Таня всплеснула руками, её глаза загорелись.
— Тань, с красоты воды не пить. Когда ты уже это поймёшь?
— Ты зануда. Много тебе нравилось парней исключительно за душевные качества? — она скрестила руки, слегка наклонив голову.
— Не помню, — я задумчиво провела пальцем по краю папки с документами.
— Потому что их не было. Все всегда смотрят на внешность. А этот ещё и богатый… Эх… — Таня вздохнула, её взгляд снова устремился к выходу.
В этот момент к ресепшену подошли постояльцы отеля — семейная пара с чемоданами. Таня мгновенно переключилась: расправила плечи, натянула профессиональную улыбку и шагнула к стойке.
— Я уехала, — шёпотом сообщила я ей, делая шаг назад.
— Давай, — она на секунду оторвалась от гостей, показала мне пальцы крестиком и подмигнула. — Держи хвост пистолетом!
Глава 4
Приехав в квартиру Тани, я первым делом поспешила в ванную — жара буквально валила с ног. Прохладные струи душа мгновенно освежили разгорячённую кожу, смывая остатки напряжения после собеседования. Выйдя, закуталась в мягкий халат и почувствовала, как возвращается лёгкость.
Потом решила приготовить нам с подругой ужин — солянку и жареную картошку. Включила на телефоне свою любимую музыку и погрузилась в готовку.
Аромат кипящего бульона с солёными огурцами и каперсами быстро наполнил маленькую кухню, создавая уютное домашнее настроение. С телефоном я не расставалась ни на минуту — то клала его рядом на столешницу, то брала в руку, проверяя экран. Ожидание звонка от Светланы Дмитриевны томило, но я старалась не зацикливаться.
Пожарила картошку на чугунной сковороде — до хрустящей корочки, которую мы так любили с Таней.
Когда всё было готово, не зная, чем ещё себя занять, написала подруге:
«Как дела на работе? У меня всё готово — жду тебя!»
Ответ пришёл почти сразу:
«Гости сегодня особенно требовательные, но постараюсь не задерживаться».
Решила спуститься в магазин — купить хлеб, сметану к солянке и лимон (без него, как известно, солянка теряет изюминку, а у Тани лимона дома не оказалось). В небольшом супермаркете на углу я неторопливо выбирала продукты: хрустящий багет, густую сметану в стеклянной баночке, яркий жёлтый лимон с тонкой кожурой.
На кассе, пока пробивали покупки, сердце ёкнуло — телефон завибрировал. Я поспешно взяла пакет, отошла в сторону — подальше от очереди и монотонного жужжания сканера. С волнением достала смартфон из сумки.
Глубоко вдохнув, я ответила на вызов, приложив телефон к уху, и невольно улыбнулась:
— Мам, привет!
— Доченька, как ты? Уже устроилась? — голос мамы звучал тепло и взволнованно, сквозь фоновый шум больничной суеты.
— Да, всё хорошо. Живу у Тани, она очень рада меня видеть. Квартира маленькая, но уютная. Сегодня вот ужин готовлю — солянку и картошку жареную.
— Солянка — это замечательно! Ну а как… собеседование? Было сегодня?
Её голос дрогнул от волнения.
— Было, мам. Всё прошло хорошо. Задавали вопросы про образование, про мотивацию.
— И что сказали? — в её голосе зазвучала напряжённая пауза.
Я вздохнула, подбирая слова:
— Сказали, что свяжутся в течение дня. Пока жду. Но впечатление, кажется, оставила хорошее.
— Я в тебя верю, Эльза. Ты умная, собранная, умеешь держать себя. И потом, ты же столько готовилась — это обязательно оценят.