La Salvadora (СИ)

— Спасибо, но нет.
«Да что такое?!»
Сказать, что он был поражён — не сказать ничего. Во-первых, сейчас он был просто сама вежливость, ну а, во-вторых, раньше на такие предложения ему никогда не отвечали отказом.
Однако, несмотря на очередное «нет», Малфой собрал всю свою волю в кулак и продолжил ровным голосом:
— В чём же причина, позвольте узнать?
— Я не хожу на свидания.
— Это не свидание.
— Неужели?
— Именно так. И как давно не ходите?
— Довольно давно.
Драко едва сдержал скептическую ухмылку. Уж во что — во что, а в это верилось с трудом.
— Да ладно вам, мисс Грейнджер. Судя по количеству цветов, на свидания вас зовут частенько.
— Далеко не все цветы от ухажёров. В любом случае, это не ваше дело, мистер Малфой. Не смею вас больше задерживать.
С этими словами она развернулась на каблуках и скрылась в дальнем конце коридора.
========== -3- ==========
Всю последующую неделю Драко думал о ней постоянно и уже не мог, да и не хотел с этим бороться. Была в этой Грейнджер какая-то загадка, которая не давала ему покоя. Неужели нельзя рассказать ему всё как есть? К чему эти тайны? Ему было жутко интересно, почему такая привлекательная особа не ходит на свидания, почему она всё время ищет одиночества и поэтому нагружает себя работой по самое не хочу, чтобы элементарно не оставалось времени на что-то ещё. Ведомый жаждой раскрыть её секреты, Драко перерыл все возможные досье, по своим каналам расспрашивал людей, но не нашёл ничего, что могло бы хоть на дюйм приблизить его к разгадке. Грейнджер никогда не была замужем, не разведена, да и вообще за последние семь лет не была замечена в связи с кем-либо. Это до странного напрягало. Возможно, было бы лучше, будь у неё за такой долгий срок хоть кто-нибудь, хотя… Чёрт, это что, ревность?
«За последние семь лет, — настойчиво билось в мозгу. — Надо выяснить, что произошло до этой даты, в конце девяностых. Но как? В департаменте, из которого Гермиона перевелась к нам, она как раз служила с девяносто девятого по две тысячи шестой, а на самом первом месте работы, в Центральной экспертизе, уже не осталось никого, кто бы её знал».
Однако усилия Драко не пропали даром: через несколько дней он вышел на её однокурсницу с университета, Фэй Данбар. Получилось это совершенно случайно: как-то утром в коридоре штаб-квартиры он увидел кучку сержантов , которые что-то рассматривали на экране рабочего компьютера и оживлённо обсуждали.
— Смотрите, что я в Фейсбуке нашёл!
— Ничего себе! Вот это штучка! Уверен, что не клон?
— Уверен, она у моей сестры в друзьях. Я к ней на страницу залез, а там эта фотография на стене.
— Так, народ, чего веселимся? Работы мало? Могу подкинуть.
Парни сразу умолкли. Появление Малфоя почему-то всегда вызывало у личного состава некий трепет — видимо, он и правда был суровым начальником.
— Да мы так…на минутку.
— Что тут у вас?
Он забрал фото из рук Кевина Фосса. И каково же было его удивление, когда он увидел на нём Гермиону в светло-кремовом платье, которое необычайно ей шло, и ещё одну девушку, одетую гораздо более вызывающе: короткие шорты, едва прикрывающие пятую точку, и майка, сквозь которую отчётливо угадывалась форма груди.
— Фамилия. Имя. — Драко сказал это так жёстко, что бедный Фосс с перепугу решил уточнить:
— Чьё?..
— Девушки этой.
— Грейнджер…
— Ты меня за идиота держишь? Другой!
— Что вы, мистер Малфой! Это Фэй Данбар.
— Свободны.
На его счастье, номер мисс Данбар, мгновенно нашедшийся в базе, оказался реальным, и Драко смог с ней связаться. В отличие от Гермионы, Фэй с удовольствием согласилась встретиться с ним, ничуть не удивившись, что её приглашает мало того, что совершенно незнакомый мужчина, да ещё и полицейский. Драко назначил ей встречу в далеко не самом дешёвом кафе на Карнаби-стрит и, подойдя туда к назначенному времени, с удовлетворением отметил, что девчонка, как видно, пришла заранее и уже ждала его.
  
— Добрый вечер, мисс Данбар, — он открыл перед ней дверь, и она юркнула в обволакивающее тепло, попутно успев стрельнуть глазками на его погоны и сделав правильный вывод:
— Добрый! О, вы суперинтендант!
— Можно на «ты».
— С радостью. Хорошее место, кстати.
Сразу расспрашивать о Гермионе было как-то невежливо, и Драко решил сначала просто пообщаться с Фэй на отвлечённые темы, правда, этому сильно мешало её явное рвение ему понравиться. Однако постепенно он стал задавать наводящие вопросы, незаметно подталкивая Фэй к тому, чтобы она сама рассказала ему о Гермионе.
— Я вижу, ты хорошо в званиях разбираешься. Кто-то из родственников служит в полиции?
— Нет, у меня подруга медэксперт. Рассказывала об этой вашей системе.
— А что ещё интересного она рассказывала?
— Мы про неё что ли будем разговаривать? Ты же меня позвал.
Чертыхнувшись про себя и послав собственный метод укрывательства истинной причины этой встречи куда подальше, Драко сказал прямо:
— Хотелось бы.
— Хм… Ну что ж, это даже забавно… а вы с ней знакомы?
— Немного. Расскажи мне про неё.
Фэй громко фыркнула.
— Почитай личное дело.
— Неужели ты думаешь, что я, по роду своей деятельности тесно связанный с досье на различных людей, до сих пор не прочитал его от корки до корки? Мне нужна информация, которую туда не вносят. — Драко выдержал паузу, борясь с самим собой, но потом всё-таки сдался и сказал: — Я заплачу.
Нарисованные брови Фэй взлетели вверх.
— Знаешь, я бы тебе, может, и рассказала что-нибудь, но про деньги ты зря. Я не продаюсь. Боже, как это мерзко! Все вы… одинаковые!
Она схватила свою сумочку и принялась отчаянно дёргать замок — судя по всему, хотела достать кошелёк.
Драко же в который раз за день выругался про себя и, молча расплатившись, стремительно покинул кафе первым.
В ноябре наконец выпал первый снег, и на улице стало по-сказочному прекрасно.
Как-то вечером Гермиона, замерев, стояла возле окна в своём кабинете, почти касаясь кончиком носа запотевшего от дыхания стекла, и любовалась снежинками, кружащимися в тускло-сером небе и медленно опадающими на укрытую белым ковром землю…
Но эта идиллия была довольно быстро разрушена зазвонившим телефоном; дежурство ещё не закончилось, и нужно было срочно выдвигаться на выезд: в Фулхэме (3) произошло двойное убийство.
Прибыв на место преступления, Гермиона поднялась в оцепленную квартиру и на лестничном проходе неожиданно столкнулась с Малфоем.
— Добрый день, суперинтендант. Какими судьбами?
— И вам того же, мисс Грейнджер. Я сегодня дежурный.
— Я тоже, — она даже слегка усмехнулась. Это же надо — умудриться в их огромном районе совпасть не только дежурствами, но и местом преступления! — Вот только приехала. Что здесь произошло?
— Убийство на почве бытовой ссоры. Я уже вызвал катафалк.
Коротко кивнув, Гермиона пошла выполнять свои непосредственные обязанности. В спальне прямо на постели лежали двое, без одежды и с множественными ножевыми ранениями.
— Они супруги? — спросила она оперативника.
— Нет. Соседи опознали мужчину, он проживал здесь постоянно, а вот женщина, судя по всему, его любовница, — он что-то быстро черкнул у себя в блокноте и добавил: — Да тут ясно всё. Соседи видели, как его жена убегала отсюда с сумкой наперевес. Узнала, застукала, убила. Жаль, что её не поймали.
— Грустно всё это… — прошептала Гермиона, словно говоря сама с собой.
— Что именно?
— Что любовь вот так заканчивается.
— Если она вообще была, — резонно заметил оперативник.
— А это ещё хуже. Ну, если любви не было, а всё равно вместе жили. Для чего вообще?..
Мимо с бумагой и ручкой прошмыгнул Малфой, и Гермиона, увидев его, резко осеклась и молча скрупулёзно принялась за работу.