ГРАЧ: Сигма дед (СИ)

Пока они не достигли меня, я быстро достал обойму, после чего сунул назад.
5 патронов.
А у магов амулеты, так что в целом бесполезно.
Да ещё Леон с его магией металлов.
Паршивая ситуация. Отрядом мы могли забить многих магов, иногда даже в серьёзном меньшинстве.
Вот только козырь нашего отряда — само его долгосрочное существование, пусть и с несколькими изменениями в то или иное время.
  
А маги земли слишком неудобный противник.
Если бы мне не выпало с шимпанзе силы, шансов особых я не видел даже при учёте бессмертия.
Сейчас же я мысленно делил свои улучшения структуры на очередь, что использовать для воскрешения и когда.
Сила и ловкость в текущей ситуации являлись козырными картами, а прочность костей определяла мою живучесть. С мышцами не всё понятно, но этот навык и владение электричеством были во второй приоритетной корзине.
Всем остальным можно было пожертвовать.
Вопрос только в том, а на что их стоит разменять?
Но для начала требуется понять ситуацию до конца.
— Весна — рассвет! — крикнул я на языке Византии.
— … — Леон промолчал.
— Грачей привет, — проговорил я сам себе под нос ответ.
Какой бы язык не был из числа знакомых, Грачёвы, ГРАЧ-и или наёмники с клятвой просто не могут не ответить.
А клятву может снять только сильный ментальный маг, превосходящий уровень печати.
Если бы у Леона в ладони не было его любимой игрушки-монетки, которую он постоянно превращает во что-то другое, я бы заподозрил перевёртыша.
А так всё стало на свои места.
Этот Андрей Салтыков — ментальный маг.
Вопрос теперь только в том: сколько человек он может контролировать, и как много свободных ресурсов для манипуляции другими?
Я отбежал от саркофага в сторону, прицелился и разрядил пистолет в камень под Цучиямой. Тот замешкался, но сумел воссоздать площадку под магами в один миг.
Ему помог Леон.
То есть скорость реакции обоих не заторможенная.
Это не марионетки, а что-то уровня внушения или полного подчинения.
Это сложнее и тратит больше ресурсов. Но на наёмниках были клятвы.
Иначе говоря, у противника высокий уровень, но он не может контролировать всех и сразу. Клятвы-то кажутся проще, но требуют времени и ресурсов для нанесения.
Впрочем, если о Леоне из-за его принадлежности к Грачёвым я знаю много и уверен в нетипичности его поведения, то Цучияма наоборот может оказаться не под контролем.
Поэтому у меня оказалось маловато информации для каких-то выводов, особенно с учётом огромного пробела в фундаментальных знаниях о волшебстве.
Колонна тем временем остановилась.
— Леон, убей этого оборотня! — заявил Салтыков, указав в мою сторону тростью.
— Да, Ваше Величество! — отчеканил Грачёв, а из-под земли начали струиться тонкие нити собирающегося металла.
Я мысленно усмехнулся.
Совсем недавно мы закончили вничью, после которой я проиграл бывшему клану.
Однако теперь Леон был облачён в специальный изолирующий комбинезон и шлем, которые делают электричество просто искорками. Даже молния не страшнее вспышки на фотоаппарате.
Но с ним нет остального клана, а я с каждым мгновением привыкал к новым ловкости и силе.
В мою пользу играло, что Цучияма и Салтыков пока не атаковали меня.
Кроме того пока что я не умер достаточное количество раз, чтобы списать невидимость и «Тихую Поступь», которые могут позволить стать мне невидимым.
Пусть слух Лиона очень чуток, но я надеялся, что мой навык окажется достаточно сильным и нивелирует шум.
Я ещё немного отошёл от саркофага, повернулся и бросил прямо в возможного племянника тапок (тяжёлый пистолет Грачёва), а сам рванул к нему.
— Оборотень вообще псих. На нём только шорты, что он собирается сделать с твоим оловянным солдатиком, Салтыков? — спросил Цучияма, пока я уворачивался от плетей из жидкого металла.
— Не знаю, Рюандзин. Ты уверен, что это некто из клана Браво? — задумчиво произнёс потомок дворецкого, когда в меня попала первая струна, скользнула по руке до плеча, буквально сбривая плоть.
— Он представился, как Базилио Браво. По всему оборотень, а кто ещё?
— ГРАЧ. Их движения так похожи на тренировку этого клана, они словно друг друга знают. Тем более оборотни не используют каких-то техник, они прямолинейны. А кроме того этот рефлекторно защищает шею и голову. Волки — психи, они не думают об обороне.
— Я в породах такого скота не разбираюсь, Салтыков. Ты обещал, что за помощь с махинацией ты поможешь мне стравить Российскую Империю с моей страной.
— Для этого нам нужен амулет «Восход Сибири». Для его получения нужно убить эту мелкую дрянь, что унаследовала его. Как сам артефакт, так и её смерть помогут с нашим планом… есть! — порадовался внук дворецкого, когда меня пробило сразу несколько металлических копий, которые приняли жидкую форму, чтобы пролететь мимо моих рук к груди.
Было неприятно, Моди снова начала загораживать мне обзор информацией, а между тем поток металла в меня только нарастал. И я этому пока не противодействовал.
— Этот *цензура* улыбается? — пробормотал Салтыков.
— Если решил умереть, выглядит достойно, — одобрил Цучияма, но потом выдал. — У него во рту какое-то белое перо?
— Возможно ли, что это артефакт для бессмертия? — предположил менталист.
Вслух не было сказано и слова, но следующий жидкий металл рванул к моей голове, что было логично и без пёрышка, которое я глотать пока не планировал.
Когда я собрал достаточно металла в лёгких и вокруг, то немного напрягся. По мне пробежал разряд.
Весь металл, что меня коснулся, в тот же миг затвердел. У Леона пропали все руны.
Хе, догадка оправдалась, а ведь электричества я выделил какие-то крохи.
Далее я вытянул из себя металл, а с тем, что не мог схватить, справилась регенерация. Это был невозможный объём для ГРАЧ-а.
Вокруг стояло молчание.
Леон же просто начал готовить новый поток струн.
Если бы я был обычной целью, он бы изрешетил меня мелкими шариками.
Проблема в том, что он не умеет контролировать металл внутри чужого тела. То есть это самый простой способ ограничить его способность: загрязнить металл органикой.
Он об этом в курсе, а потому против бессмертного использовались струны, которые в теории должны были меня обезглавить или опутать.
Однако рост ловкости на +58 сделал меня достаточно быстрым, чтобы реагировать на это и отмахиваться. Вот только жидкая форма металла проминалась под моими пальцами и скользила дальше. Сила здесь была не важна, возможно, что даже мешала.
Ловкость я не использовал на полную, чтобы иметь этот козырь, а заодно не растратить ресурсы.
Леону же требовалось время, чтобы найти новый металл, взять его под контроль и вывести из-под земли.
Проблема в том, что ловкость не равна скорости. Фактически это скорее реакция без дополнительного ускорения в перемещении, хотя мне это казалось достаточно странным.
Это имело некоторую общность с действием амулетов, что-то там с величиной ауры и пространством.
В любом случае, сейчас это играло для меня не самую важную роль.
Моя физическая подготовка даже не в лучшем по тренированности теле была куда лучше, чем у любого из трёх этих магов.
И да, я монстр.
Но стоило мне рвануть к Леону, игнорируя его шарики, прошивающие мою кожу, как мир содрогнулся от вибраций.
Цучияма вмешался в бой.
Зуд, который заглушала боль, вернулся с новой силой, а вот металл Леона затвердел и попадал на землю.
О! Ещё минус способностей для металла.
У меня же просто лопнули барабанные перепонки, в остальном я не ощутил проблемы. Да, земля ходила ходуном, но двигаться это мешало не так сильно, как могло, примени он просто магию земли.
  
Однако в следующий миг я шагнул раз, другой, хотел бы третий, но встал на месте.
— Фух, я взял его под контроль! — раздался недалеко голос Салтыкова. Я даже удивился стремительному возвращению слуха. — Подчинить сознание не удалось, только повесил «Марионетку» на тело.