ГРАЧ: Сигма дед (СИ)

Однако картина моего освобождения вызвала несколько визгов, лишний раз подтвердив, что меня окружают женщины.
Я встал и посмотрелся: их пятеро.
— Доброе утро, дамы. Я Базилио Браво, — улыбнулся я.
— Прикройся, мужлан! С барышнями не говорят в таком виде! — возмутилась какая-то чудачка по-русски с другой стороны. Значит, шесть?
Я осмотрелся по сторонам.
Приземлился я на груду костей, перьев, шерсти и сухих листьев. Человеческих останков я не заметил, но обезьяньи выделялись. У них были клыки, да и размеры несколько иные.
  
Инструменты у «аборигенок» есть. Лопата, топор, автоматы, у трёх есть амулеты и ещё какие-то артефакты, но не блестящие, а какие-то тусклые, скорее всего, без металлов. То есть без защиты от дальнобойных атак.
Шестёрка состояла из трёх африканок, одной мулатки, азиатки и блондинки, которая и требовала от меня манер по-русски.
К некоторому моему удивлению, последнюю я уже встречал не так уж давно, когда мне попались добрые местные люди, подарившие мне лодку с моторами.
Впрочем, я могу ошибаться. Сейчас на ней было куда больше одежды, а на лице несколько смазанный макияж. Хм, а эта «боевая раскраска» умеет путать.
— Я так понимаю, попугай сбрасывает сюда людей не с целью убийства? — спросил я после некоторой паузы, во время которой осматривался по сторонам.
Одежды, понятное дело, здесь не оказалось. Конечно, если не считать той, что была на женщинах.
— Вы не понимаете римской латыни? — проворчал я, оглядывая их.
Пять переглянулись, и трое из них произнесли:
— Я его не понимаю.
— Римлялнин? Ненавижу.
— Нечего к нему привыкать, всё равно помрёт. Мужчина же.
А вот русская проворчала:
— Да что её понимать? Волчий язык, несложный. Как же я ошибалась, думая о том, что все иностранцы красавцы.
Теперь понятно, кто меня дворнягой назвал.
Ну, отрицать сложно. Я живучий, кое-как везучий и быстро восстанавливаюсь.
Я ощупал волосы… мдя. Из адъютанта плохой парикмахер. Если брови, ресницы и чёлку он мне сжёг, то остальное кое-как осталось непонятными клочками. Какие-то полуслипшиеся локоны островками.
Но в любом случае, она меня бесит.
Я подошёл к ней, как к самой разодетой среди остальных.
— Что тебе надо? — буркнула светловолосая.
Я молча дёрнул за её шелковистый шарф.
— Сама сказала, что я должен одеться. Из излишней одежды есть только твоя, — заявил я.
— Не отдам! Ты знаешь, сколько он стоит? — возмутилась куда громче девица.
А в следующий миг мы услышали хлопанье крыльев.
Она отвлеклась, а я быстро обмотал вокруг талии мою новую набедренную повязку.
Между тем на небе показался попугай.
Пятёрка девиц почти хором запричитала:
— Лорд!
— Цучияма!
— Он нас спасёт!
Их вообще не смущает, что попугай его в когтях тащит?
Спасёт, ага.
Хм, раз мужчин здесь нет, это случаем не девчонка?
Впрочем, как-то уж слишком уверенно ранее мне нагадали смерть по половому признаку. Так что всё может быть.
Тем временем попугай куда бережнее опустил похищенные носилки, опустил голову и погладился о тело, после чего взлетел со странным криком:
*Вольт кароший!*
— Лорд!
— Цучияма-сан!
Не подбежала только лишённая шарфа девица. Она хмуро смотрела на тело на носилках.
— И этот урод, — буркнула она. — Мутный какой-то.
Хм, а пять других женщин могут думать так же, но сейчас всячески обступили волшебника.
Однако артефакты на нём отличались от тех, что носил японский волшебник. Не все, а три: кольцо на мизинце отсутствовало у оригинала, у этого «Цучиямы» не было чёрного перстня с белым камнем, а наоборот имелся браслет с рунами.
Отличия наверняка были замечены и отрядом ГРАЧ-ей или их начальством, так что гнаться за птичкой и не стали. Впрочем, это пернатое создание какое-то «важное», могли простить и ценную добычу.
С другой стороны, внести изменения и обменяться артефактами стало бы идеальным вариантом для путаницы. Одежда была той же самой.
Но Цучияма к остальным людям всегда был обращён холодным взглядом, а вот эта «копия» сейчас явно сквозила смущением, отвращением и страхом.
Шок или та девчонка-перевёртыш?
Я точно знал, что в оригинале это не мужчина, так как кто в здравом рассудке будет щеголять в топике и мини-юбке? Ну, ладно шотландцы с их народными обычаями щеголяли в килтах, и в отряде были такие, но я видел предбоевую «настройку защитного амулета». Следовательно, видел истинный облик, пусть и со спины. Вряд ли она умеет симулировать такое, это умеют лишь мимики, допельгангеры или мультяшки. Последние вряд ли окажутся в далёком и нищем крае.
Девица была далеко не хрупкой, а весьма высокой. Так что понятно, откуда у неё масса тела для того, чтобы притвориться той крупной африканкой у входа на теневой рынок.
Хотя всё же Цучияма был крупнее, значит, она усилилась зельем или вообще нестандартный перевёртыш.
Хм?
Неужели мимик или допельгангер?
Первый вряд ли, всё же это монстр.
Вот второй возможен, но я в своей жизни не слышал о таких живых, пусть меня и учили с ними сражаться.
Если перевёртыш мог не только быстро превращаться, но и применять какое-то волшебство стихии плоти, то мимики и допели при высоком развитии способны даже повторить ауру и волшебство, да ещё и копировать память.
Такие подделки могут даже менять массу тела в отличие от перевёртышей.
Но всё же амулет настроить в фальшивом облике просто невозможно. Вот только я могу ошибаться, ведь не встречал их оба названных вида.
Вот тут мой взгляд упал на место моего падения. Я подошёл, позаимствовал скелет снежного человека, двинулся в сторону счастливого воссоединения и бросил кости в толпу.
Конечно, наёмницы вряд ли испу…
— Хьй-я-а-а-а! Уберите! Уберите-е-е!
— А-а-а-а!
— *Цензура*!
Три закричали, три молча отпрыгнули. Громче всех испугался «Цучияма». Это оказалось настолько удивительно для сударынь, что они мне даже претензий за кости не предъявили.
Причём кричала девица по-русски. Если она шпион, то однозначно бракованный.
Через некоторое время истерики, пока подделка пыталась отбросить бедный скелет как можно дальше, до неё дошло.
И она сразу приняла истинный облик и уставилась на меня.
Одежда во многом стала велика, но в груди и попе наоборот заметно прибавилось.
У неё был тёмный цвет волос и глаз, а лицо при этом было восточным и широким.
— Сибирь или Север? — спросил я напрямую.
— Что? Убить тебя мало, долбанный придурок! Почему ты не сдох, тварь? — возмутилась она, что-то активировала, после чего начал нарастать гул, а земля затряслась.
— Что? У тебя магия господина? — спросила её, вытаращив глаза, одна из африканок.
Я промолчал. Понятное дело, что может. Допель же или мимик там.
Однако я отбежал. Дурочка, похоже, решила праздновать победу, но вместо этого я послал в полёт несколько друзей прошлого «летуна».
— Хьй-я-а-а-а! Тварь! Не смей так делать! Я убью тебя! Убью! — заверещала девица, но фактически отменила волшебство, после чего села и закрыла глаза.
— Ладно, теперь, когда все почти успокоились, нам бы понять суть ситуации и разработать план, как выбраться, — проворчал я по-византийски, так как этот язык оказался знаком, похоже, каждой. В крайнем случае, понять разницу между римской и восточной латынью было не так уж сложно.
— Не выбраться. Каждый мужик пробовал, а в итоге становился трупом, а нам его хоронить, — проворчала азиатка, которая обитала здесь до моего прилёта.
— Зато попугай нас не трогает, пока сидим здесь. Наоборот кормит и поит. Аборигенки даже этим довольны, — заявила мулатка.
  
— А чего не быть довольной? — усмехнулась одна из африканок.
— Да, чего? Этот великий птиц нас кормит, дрова поставляет, даже еду приносит. И не только фрукты, но и мясо! Причём в том числе деликатесное! — проговорила другая, с вызовом глядя в глаза иностранкам.