Тлеющие угольки

— Я так не считаю. Ведь потом ты потеряла и мать.
— Это верно. Но так бывает всегда: что-то теряешь, что-то находишь. Вскоре после смерти папы Тей познакомился с Энн, и она стала членом нашей семьи. Потом, когда заболела мама, Энн забеременела. Мама так гордилась, что скоро станет бабушкой. Она буквально светилась от счастья. Она жила только надеждой увидеть внучку и прижать ее к груди. Это единственное, что помогало ей держаться.
  
Линн еще рассказала ему о Тейлоре, об Энн и Манди — как они ласково называли Аманду, — о чудесном старом доме, который они купили в Ладнере. Клифф находил эту покупку ужасной; он достаточно поработал в строительном бизнесе, чтобы протекающая крыша и гнилые бревна навевали на него романтическое настроение.
— Они сейчас все там перестраивают, — говорила она. — Работают на двух работах, растят ребенка, а по выходным занимаются ремонтом. Им хорошо вместе, и я решила, что мне пора жить собственной жизнью.
Но они не переставали волноваться обо мне. Я жила в Ванкувере, и они считали своим долгом все время проверять, как у меня дела. Но поездки в город отнимали у них уйму времени, и я решила уехать на стажировку куда-нибудь подальше.
— Понятно, — сказал Клифф, — так вот откуда Виктория.
— Точно. — Она с надеждой посмотрела ему в глаза. — Я уверена, что справлюсь с работой, которую вы с Грантом мне поручите. Я хочу, чтобы у меня получилось, Клифф, и обещаю, что буду стараться.
— Да. — Клифф отодвинул в сторону тарелку с супом.
Официант принес ему дежурный сандвич. Линн доедала креветки, салат, ей подали рыбный рулет; она оживленно разговаривала, смеялась, вспоминала детство, учебу, рассказывала, с какими трудностями столкнулись брат и его жена по ходу ремонта дома.
К своему изумлению, Клифф обнаружил, что живо заинтересовался рассказом Линн; он даже давал какие-то советы по ремонту из собственного опыта работы в строительной бригаде. И еще он подумал, что был бы не прочь посмотреть, как Тейлор Касл — или нет, у него должна быть другая фамилия — управляется с ремонтом. Может, Линн пригласит его как-нибудь в выходные и...
Что за чушь! Он заставил себя выбросить из головы вздорные мысли.
Она нравится ему так, как не должна нравиться, одним своим присутствием искушая его, испытывая на прочность. Единственным способом противостоять искушению было попытаться заменить ей старшего брата, который заботился о ней на протяжении последних девяти лет. Даже если ей это и не нужно.
Увидев, что она жадными глазами смотрит на его жареный картофель, Клифф с улыбкой подвинул тарелку к ней.
— Угощайся, — сказал он. — Я уже наелся. 
Ему очень нравилось, что она простодушно, без всякого притворства следует велению собственного желудка. Его знакомые женщины на ее месте лениво жевали бы листья салата, строго блюдя диету в страхе за свои анорексические мощи. Линн же может себе позволить предаваться чревоугодию, не опасаясь за свою фигуру. Она может есть, как портовый грузчик, оставаясь при этом стройной, как школьница. Клифф подумал, что две его ладони обхватят ее талию.
Он стиснул руки в кулаки. Ему не суждено выяснить этого. Год ему предстоит опекать эту девушку, потом он подготовит ее к экзаменам, после чего она, скорее всего, получит работу в какой-нибудь гигантской корпорации, где ей будут платить намного больше того, что могут предложить они с Грантом. А потом она встретит крутого адвоката, или финансиста, или бизнесмена, выйдет замуж, нарожает ему кучу рыжеволосых детишек и постарается подарить им то детство, которое якобы было у нее самой.
Клифф сомневался в том, что у нее это получится. Ему показалось, что она видит свое прошлое сквозь розовые очки. Совсем недавно она потеряла мать, и, похоже, ее воспоминания подернуты дымкой скорби, которая, как известно, сглаживает острые углы, заставляет не вспоминать о тех ошибках и промахах, от которых не застрахован ни один родитель. Такого счастья, о котором говорила она, просто не бывает. Слишком много на его памяти было примеров обратного, чтобы он мог безоговорочно поверить ей.
Но если она сама верит в это, что ж, он желает ей успеха, и — как знать? — может, у нее получится. Значит, так тому и быть. У нее еще вся жизнь впереди. А он, будучи на одиннадцать лет старше, чувствует себя глубоким стариком, для которого жизнь уже миновала.
ГЛАВА 3
Линн только что вернулась к себе в мотель.
— Все прекрасно, ребята! — заявила она в телефонную трубку и повалилась на кровать. Брат с невесткой о чем-то спрашивали ее, перебивая друг друга, и Линн поспешила успокоить их. — После того как я приняла это предложение, младший партнер фирмы пригласил меня на обед, а остаток дня я оборудовала свой офис. — Она рассмеялась.
— Хотя, надо признать, что «офис» это сильно сказано. Стол с компьютером и пара стульев, один мой и один для клиентов, вот и весь офис. Но по крайней мере там есть окно.
— Хороший вид? — поинтересовалась Энн. Линн слышала, как на руках у нее возится малышка Манди.
— Вид замечательный: серая бетонная стена. Остается надеяться, что какому-нибудь предприимчивому художнику придет в голову идея изобразить на ней какую-нибудь живописную сцену. Впрочем, я не обольщаюсь. — Она снова засмеялась. — Меня бы устроили и простенькие граффити. Но если уж станет совсем невмоготу, уверена, Клифф Форман лично распишет стену для моего удовольствия. Он вроде тебя, Тей, тоже считает, что обо мне нужно заботиться.
— Рад слышать.
Голос брата дрогнул, и Линн представила, как он сажает малышку себе на плечо. Ей вдруг нестерпимо захотелось очутиться дома.
— После работы, — продолжала она, — я осматривала квартиру, в которой мне предстоит жить. Она просто чудо! Я заплатила за первый и последний месяцы плюс задаток за возможный ущерб и подписала договор аренды. Так что теперь все это мое. Завтра переезжаю. Это недалеко от работы, так что я смогу ездить на велосипеде, как только перевезу его сюда.
— А как же с вещами? — забеспокоилась Энн. — Тебе же потребуется мебель, белье и все остальное. Нам надо подумать, как бы это все перевезти.
Линн, понимая, что им некогда заниматься ее обустройством на новом месте, поспешила успокоить невестку:
— Энн, у меня есть почти все необходимое, кое-что завтра подвезет Дженис. Квартира принадлежит ее тетке; она сущий ангел, так что не волнуйтесь.
— Место безопасное? — В голосе Тейлора послышались тревожные нотки. — Соседи приличные?
— Это прекрасный район со старыми домами, тебе бы здесь понравилось, Тейлор. Квартира в цокольном этаже, но, поскольку местность неровная, задние окна выходят прямо в садик. Он огороженный и очень живописный, там есть стол, стулья и даже мангал для шашлыков, который оставил прежний постоялец. Фруктовые деревья, ягоды и довольно запущенные овощные грядки. За садом давно никто не ухаживал, так что у меня просто руки чешутся.
— Сад меня не интересует. Ты мне скажи, там безопасно? Цокольный этаж не самое подходящее место для девицы, которая живет одна.
— Тей, я не девица, а женщина и умею пользоваться замками на дверях и запорами на окнах. Тебя устроит, если я пообещаю, что на ночь буду брать с собой в постель каминную кочергу?
— Там есть камин? — восхищенно промолвила Энн. — Настоящий или газовый?
— Настоящий, хотя в него встроен духовой шкаф со стеклянными дверцами, чтобы тепло не пропадало даром. Но все равно видно, как горит огонь, и слышно, как потрескивают поленья.
— Не говоря уже о том, что на нем можно что-нибудь приготовить, если отключат электричество, — заметил ее практичный братец.
  
— Об этом я не подумала, но, наверное, ты прав, Тей. В сарае полно сухих дров, так что мне хватит зимы на две. Хозяйка говорит, что камином все равно никто не пользуется. Разумеется, там есть и электрическое отопление. Словом, очень удобно. Неважно, что квартира в цоколе.
Тейлор мог бы спорить и дальше, но Энн не дала ему выговорить ни слова, засыпав Линн вопросами о всяких пустяках: какие на стенах обои, какая планировка. Тейлор пошел укладывать малышку, предоставив им болтать о чем угодно.