Зазеркалье
– Николаевна! Что-то командир к нам зачастил, – лукаво щурясь, проговорила баба Маня. – Вон ты какая у нас красавица!
В блиндаже висело зеркало, в котором отражалась усталая молодая женщина с пышными светлыми волосами с лёгкой рыжиной, с зелёными глазами, яркими пухлыми губами, стройной фигурой. Волосы под белой медицинской шапочкой были небрежно собраны в тяжёлый узел.
– Василёк, что там у нас, всё спокойно?
– Да, Ольга Николаевна.
– Тогда перевозите оборудование.
Через час они были готовы к работе.
– Ольга Николаевна, отдохните, я подежурю.
Ольга пошла в комнату отдыха.
«Немного подремлю, и всё, завтра приедет сменщик». Последний день на передовой, заканчивается её работа на СВО. Командировка была подписана на три месяца. Она прилегла и заснула. Проснулась от криков и стонов. Ольга вбежала в перевязочную и увидела командира полка, к которому они были приписаны, с оторванной рукой – из раны хлестала кровь.
– Быстро в операционную! – закричала она.
Обработав рану и остановив кровотечение, Ольга склонилась над раненым:
– Всё будет хорошо!
– Эх, так и не сказал вам, как вы мне любы, – прошептал он и отключился.
– Ольга Николаевна, укры прорвались, что делать?! – вбежал Алёша.
– Что делать? Берёшь командира и транспортируешь в госпиталь, я останусь с бабой Маней, Васильком и Людочкой. У нас ещё Катя есть и Тоня – две санитарки… Ждём поступлений новых раненых, поэтому доставите командира и с Ванечкой сразу назад.
В это время в приёмное внесли раненых.
– Василёк, начинаем работать, посмотри, легкораненые есть? Отправь их с Алёшей.
Ольга привычно начала обработку ран, шила, останавливала кровотечение… «Последний день, завтра домой на отдых, а там посмотрим. Надо отдохнуть от этого ада». Алёша уехал, прихватив с собой нескольких легкораненых. Спустя час послышались выстрелы, стрелял боец, стоявший на входе в блиндаж.
– Так, что мы тут имеем? – глумливо улыбались укры, ворвавшиеся в блиндаж. – Сколько красоток, знатно погуляем. Микола, стань у входа. Не беспокойся, и тебе достанется! Выдь наружу, чтобы не сорвали кайф.
– Как вы смеете, здесь больные, медперсонал, покиньте помещение, – закричал Василёк, его голос потонул в диком смехе, раздались выстрелы, грудь прошила автоматная очередь. Синие очи Василька последний раз взглянули на этот мир и закрылись.
– Так, кто тут лишний? Отзовись! – кричали отморозки, стреляя в раненых. – И ты, старая, нам не нужна! – И баба Маня тяжело осела на пол. На груди растекались красные разводы крови от выстрелов. Ольга накладывала последний шов на рану, когда в операционную ворвались укры.
– Ишь ты какая! Докторшу оставим командиру.
И они, схватив Ольгу, привязали её к столбу, подпирающему потолок. Через некоторое время в соседней комнате послышались стоны, всхлипы, крики девушек, которых насиловали.
– Так, а теперь меняемся, всех попробуем, не беспокойтесь, – измывались они над ними. Микола бросил пост и по пути к ним подбежал к Ольге, схватил её за грудь и больно сжал. Ольга едва сдержалась от боли, глядя в щербатое лицо подонка. Но он бросил её и побежал в соседнюю комнату.
– Мы так не договаривались, чуть что – так Микола, Микола!
Зазвучала брань – это одна из девушек укусила и расцарапала насильника. Послышались удары: девушку зверски избивали. Ольга, крепко привязанная к столбу, вдруг неожиданно для себя мысленно послала призыв: «Франческа, помоги мне, Франческа!» Ей показалось, или она действительно услышала это: «Иду, иду!» Через несколько минут в блиндаже материализовалась Франческа. Она быстро развязала Ольгу, та, схватив автомат, брошенный у двери Миколой, ворвалась в соседнюю комнату и расстреляла банду упырей. Франческа помогла ей привести в чувство потерявших сознание девушек. В блиндаж вбежал начальник ПМП. Оценив обстановку, принял решение отправить всех в госпиталь. Оказалось, что это был прорыв небольшой диверсионной группы, все уничтожены.
Так тягостно закончился последний день Ольги на СВО.
Получив в штабе полка документы о завершении службы, Ольга была свободна. Можно было ехать домой. Она навестила девушек, находившихся на реабилитации в госпитале, простилась и поспешила к Франческе. Наконец-то они обнялись, и Ольга могла поблагодарить ту за спасение. «Как ты меня услышала? Я столько раз пыталась связаться с тобой – всё было бесполезно!» Франческа рассказала ей, как нашла в пыльном чулане замка большое зеркало в серебряной раме с вензелем. Зеркало принадлежало её бабушке. Она как раз рассматривала вензель и сравнивала его с тем, что на серебряном зеркальце, которое бросила ей Катерина, когда она была на костре. Та созналась, что нашла его в большом замке и оно ей настолько понравилось, что она носила его с собой. Когда Франческа провела пальцем по вензелю, амальгама внезапно задрожала, и ей открылась Ольга, привязанная к столбу. И она услышала её зов. Она поняла, что два зеркала – это портал, связывающий два замка, им и пользовалась её бабушка. А дальше всё просто: она воспользовалась кристаллом и зеркалом. Франческа думает, что зеркало показало ей Ольгу потому, что та в этот момент думала о ней.
– Пора домой! Давай традиционно, на самолёте, – предложила Ольга.
– Ну уж нет, у меня только неделя, больше я не смогу задержаться в этом мире.
И она, достав заветный кристалл и зеркало из наплечной сумки, обняла Ольгу. Через минуту они стояли на зелёной лужайке у дома Ольги.
– Я хочу, чтобы ты забыла хотя бы на время этот последний тяжёлый день и побыла со мной той Ольгой, которую я знала. Ведьма я или нет?
И Франческа бросила в воздух незатейливое заклинание.
Заглянув в пустой холодильник, ведьма достала прозрачный кристалл и связалась со своей верной служанкой Катериной. За то время, что они расстались с Ольгой, та подружилась с гномами. После обвала в горах образовался подземный проход, выходивший на территорию замка Франчески. Гномы подарили ей ещё один кристалл для срочных сообщений, и с помощью его и зеркала можно было транспортировать неодушевлённые объекты, что она сейчас и сделала. Через два часа они сидели за столом под раскидистой яблоней. На столе на красивой скатерти стояла ваза с фруктами из солнечной Италии, бутылка охлаждённого белого вина из Тосканы. На огромном блюде лежал жареный ягнёнок в пряных травах. Две красивые женщины пили вино, смеялись и радовались жизни. Две женщины, две сестры, и одновременно они видели друг в друге второе «я» в разный период воплощения.
– Что ты решила? – спросила Франческа.
– Вернусь к Александру на остров. Он – моя жизнь, моя судьба, моя любовь! Без него это всего лишь скитания по мирам. На войне я поняла, насколько хрупка жизнь. И прожить её без любви я не хочу. И если мне суждено умереть, то только рядом с любимым!
– Я так и знала и привезла тебе кристалл, выпросила у гномов. Он работает только в одном направлении.
Оранжево-жёлтый кристалл у неё на ладони засверкал в лучах солнца.
– Ты понимаешь, что, если вернёшься туда, это путь в один конец, не только для тебя, но и для меня. Ведь ты – это и есть я.
– Возможно, да, а возможно, и нет! Я верю, что когда-нибудь я вернусь! Ты вернёшься!
Глава пятая. Александр
Куда бы ты ни собирался,
ты всегда странствуешь
во внешние отражения
внутреннего тебя.
Неделя с Франческой пролетела быстро, в постоянных разговорах обо всём на свете. Такого полного единения во всех предположениях, догадках, обсуждениях истин Ольга не наблюдала на протяжении всей своей жизни. Да и чему тут было удивляться, это как будто ведёшь разговоры сама с собой. Но Франческа заскучала по своему замку, занятиям магией и заторопилась домой. Она, как могла, сглаживала неприятные воспоминания Ольги о последнем дне на СВО, но всё было тщетно. Та часто просыпалась ночью и вскрикивала во сне. Она никак не могла забыть свою беспомощность, когда, привязанная к столбу, ничем не могла помочь девушкам. Если бы чуть раньше она позвала Франческу и та бы прибыла сразу, может, ничего бы не случилось. И как ни уговаривала её Франческа, что всё в жизни предопределено, Ольга не могла освободиться от тяжёлого осадка на сердце. Наступил момент прощания, Франческа обняла её: