Любовь с Перчинкой (СИ)

— Вы только сильно не серчайте на меня. Я признаю свою ошибку. Дураком был. — начинаю я.
— Да говори ты уже! Хватит кота за яйца тянуть!
— Мы поспорили на Виолетту. Но это было до того, как я влюбился в неё. — признался ему я.
— Как это поспорили? Разве так можно? — возмутился дедушка.
​​​​​- Да, я повел себя, как идиот! Но сейчас я действительно её люблю и осознаю свою ошибку.
— А если бы не влюбился? Что тогда? — задаёт вопросы дедушка, а я замолчал, не знаю, что ответить. — Стыдно!
— Дедушка, я… — начинаю я, но меня перебивают.
— Помолчи. Как можно играть с честью девушки? — недоумевает дедушка и делает затяг.
— Я исправлю свою ошибку. Если Виолетта меня не простит, моя жизнь не будет иметь смысл.
— Такие вещи очень сложно исправлять. Разбитое сердце сложно исцелить.
— Я знаю, Виолетта любит меня. Значит простит.
— Она простит, если поверит. Но поверит ли? — спрашивает и с укором смотрит на меня.
— Что мне делать, дедушка? Что делать, чтобы не потерять Виолетту?
— Дай ей время, ей надо всё обдумать и понять, и дай бог она простит тебя. Я видел любовь в её глазах, как и в твоих. Всё изменится. Всё у вас будет хорошо. — отвечает дедушка и обнял меня.
Долго задерживаться мы не стали, быстро попили чаю и поехали обратно. Конечно нас отпускать по темноте не хотели, но мы уговорили их силясь на то, что нам завтра на учёбу.
Вот завтра мы с тобой и поговорим Виолетта, учёбу уж ты точно пропускать не будешь.
Ох, как же я заблуждался…
37. Виолетта
Погружаюсь в себя, вспоминаю все наши счастливые дни и рассматриваю наши фотографии. Сама же делаю себе больно, но остановиться не могу. За что ты так со мной, Алекс??
Когда утром услышала его голос, сердце болью отозвалось и быстро стало стучать, рвалось к нему. Это только от голоса его, что же будет, когда мы встретимся с ним. Смогу ли я держать планку равнодушия?
Он ищет меня, радоваться этому или нет, я не знаю. Он мне наверное писал и звонил, но я его отправила в черный список. От погружения в себя меня отвлекает звонок, не сразу соображаю откуда трель. Потом понимаю, звонят в дверь. Неужели нашел уже меня? Да ну, бред.
Шаркаю к двери, смотрю в глазок, а там стоят мои девчонки. Невольно улыбаюсь и открываю дверь.
— Встречай группу поддержки! Лечить тебя будем! — прям с порога кричат девчонки.
У Ксю в руках бутылка вина, а у Марины и Иры тортик, фруктики и сок. Пропускаю их отойдя немного. Они закрывают дверь, раздеваются и мы идём в зал.
— А квартирка то миленькая. Мне нравится. — говорит Ксю и рассматривает её.
— Да, мне тоже нравится. Вы располагайтесь, сейчас принесу фужеры, тарелочки и штопор. — говорю и ухожу на кухню.
Да, хозяйка оставила всю свою посуду, что очень кстати. В кухню входит Маришка и с пакетом фруктов.
— Помыть надо. И разложим на тарелочку. — говорит и приступает к работе.
Пока мы возимся на кухне, девчонки включили музыку и подпевают. Да, с ними любую грусть, как рукой снимет. Мы заходим в зал, девчонки уже подвинули журнальный столик к дивану и ждут нас.
Передаю Ксю штопор и она приступает к открытию бутылки. А мы разрезаем тортик и раскладываем по тарелочкам. Когда с открытием бутылки было покончено, Ксю начинает разливать вино. Так как Марина и Ира не пьют, то им она налила чуть-чуть, чисто чтобы поддержать, а нам полные фужеры.
Пьём и чихвостим красивыми эпитетами парней. Ох, наверное они там заикались уже. Хи-хи.
— Никогда не прощу Алекса. Никогда. — говорю облокотившись на диван.
— Виолет, а что делать будешь? Ты же не просидишь в этой квартире всю жизнь. В универе вы так или иначе встретитесь. Как скрывать свои чувства собираешься? — задаёт вопросы Ксю.
— В универе людей много, постараюсь не замечать. И в этом ключе…Все чувства убью, чтобы больше никогда и ни к кому ничего не чувствовать… — ответила и слеза скатилась по щеке.
​​​​- А получится ли? Ты же его любишь. — говорит Маришка.
— Я действительно любила Алекса, девчат. И больше никого так не полюблю… Алекс не был достоин этой любви… Я докажу, что могу забыть Алекса. Докажу, что могу жить без него. — зло говорю я.
  
— Мы с девчонками на твоей стороне и поддержим любой твой выбор. — отвечает Иришка и они обнимают меня.
— А вы то простите своих парней? — задаю вопрос и смотрю на Ксю и Маришку.
— Мы расстались со Стасом. Не прошу ему этого. Не верю ему, где гарантия, что они и на нас не поспорили. Сегодня ещё с шикарным букетом красных роз припёрся, козёл, когда тебя искали. — отвечает Ксю и делает глоток вина.
— Выкинула букет? — в шоке спрашиваю.
— Я ему обратно в сучила. Но он оставил его возле двери. Выкинуть жалко стало, цветы же не виноваты, что кто их покупал, мудак конченый. — ответила и хихикнула.
— Мне Влад сказал, что изначально против был этого спора, но друзья есть друзья, поддержал так сказать. — грустно сказала Маришка.
— Честно, вот Владу я верю. Он единственный адекватный в этой компашке. Так что сильно не серчай на него. Да и не только на Влада, но и на Стаса. Во всем виноват Алекс, если бы он не захотел, то и не было бы никакого спора. — говорю и выпиваю залпом остатки вина в фужере.
— Ничего проучите их. Будут думать потом сперва, чтобы что-то сделать. Ценить научатся. — говорит Иришка и в знак согласия мы кивнули головой.
Девчонки ещё посидели у меня немного, потом разошлись по домам, это мне завтра не в универ, а им то надо завтра рано вставать. Девчонки сказали, что каждый день будут после пар ко мне забегать, рассказывать какая атмосфера в универе будет.
Спустя пару дней пришлось идти в магазин, продукты которые родители привезли вместе со мной закончились. Хоть мне и кушать особо не хотелось, но всё же желудок иногда жалобно требовал еды.
Посмотрела в зеркало и ахнула, под глазами синяки, губы сухие и синие, щеки впали и я похудела на пару килограмм, а всё это из-за того, что я тосковала до боли.
Чтобы хоть как-то скрыть синяки, нанесла тоналки и консилер, тушью накрасила ресницы и нанесла блеск для губ. Ну вот, привела себя в более менее нормальный вид и пошла в магазин.
Возвращаясь уже с магазина и я стала доставать ключи от домофона, как вдруг слышу до боли знакомы голос. Сердце делает кульбит и меня начинает трясти.
​​​​​- Виолетта. — медленно поворачиваю голову и вижу Алекса, он направляется ко мне. Как он узнал, где я нахожусь? Девчонки рассказали или родители??
— Алекс? — удивляюсь я.
— Мы должны поговорить. Убежав из дома, вопросы не решают. — говорит Алекс и смотрит на меня пристально. Он тоже изменился щеки впали, исхудал, так же как и у меня огромные синяки под глазами.
— Нам не о чем с тобой разговаривать. Как ты вообще узнал, где я живу?! — задаю вопрос и отворачиваюсь, от его пронзительного взгляда, мурашки пробежали.
— Следил за подругами твоими. Они партизанки ничего не хотели говорить! — возмущается он.
— И правильно делали! Тебе не зачем знать!
— Виолет, я хочу всё объяснить. Прости меня, дурака! Я виноват перед тобой. Я жить не могу без тебя! Возвращайся домой.
— Хватит! Не хочу слышать! Уходи! Хватит рвать мне душу. Не ты ли желал, чтобы я исчезла? Вот настал этот момент, Алекс, поздравляю! — говорю и хлопаю в ладоши.
— Почему ты переворачиваешь всё вверх ногами?! Это всё было до того, как я влюбился в тебя. Весь этот спор не имеет значения для меня, слышишь?! Вспомни, как мы были счастливы и ты хочешь сейчас всё это перечеркнуть? — он протягивает ко мне руку, но я уворачиваясь.
— Уходи! Я не верю не единому твоему слову! Я хочу забыть тебя. — разворачиваюсь и хочу уйти, но Алекс разворачивает меня к себе и держит.
— Хорошо, не хочешь слышать и видеть меня. Я согласен не пересекаться дома с тобой. Но просто будь дома! Я так спокоен буду и родители.
— Нет! Я попробую жить так, как-будто не было последних месяцев в моей жизни! — перехожу на крик.