Бал виновных (СИ)
***
Монтойя и Сиприано примчались в участок и стали искать отпечатки пальцев на оружии. Таковых не оказалось, впрочем, детектив этого и ожидал. Тогда он проверил, действительно ли из этого оружия был застрелен сеньор Йон, и пришел в настоящий ужас, смешанный с ликованием, когда получил положительный ответ. В его руках было то самое орудие убийства, которое он искал долгие недели. С помощью него было совершено, по меньшей мере, три преступления – ранение сеньора Лукаса на берегу, ранение сеньора Йона во время бала и недавняя жестокая расправа над ним же в лесу. Но какому безумцу могло принадлежать это дьявольское орудие?
Ответ один, – подумал детектив. – Лучший друг сеньора Йона. Молодой человек, который вызвал у меня сначала столько подозрений. Самая первая и самая безумная теория. Неужели она оказалась правдивой?
Больше Монтойя церемониться не желал. Ему нужно было все знать наверняка. Он получил ордер на обыск отеля, собрал группу агентов и отправился все выяснять.
Агенты завалились в комнату Ивана, выбив дверь, и стали рыскать там и переворачивать все с ног на голову. Самого Ивана внутри не было, так что обыск был проведен без препятствий. Однако никаких результатов этот обыск не принес, и Монтойя, прислонившись к стене, крепко задумался.
– Он же живет в этой комнате не так долго, – вслух размышлял он. – Раньше он жил в одной комнате с сеньором Йоном, так ведь?
– Да, детектив, – согласился Сиприано. – Я лично осматривал его комнату в прошлый раз, когда сеньор Йон лежал раненый после бала.
– Знаете, что еще странно? – пробормотал Монтойя, резко кое до чего додумавшись.
– Что?
– В вечер, когда убили дона Йона, Иван зашел через вход для обслуги, хотя вполне мог зайти через парадный. Почему?
– Чтобы его никто не увидел? – предположил Сиприано.
– Да бросьте, – фыркнул детектив. – Там-то его как раз увидело больше человек, чем если бы он зашел через парадный вход. Нет. Тут дело в другом. Через вход для обслуги ближе добираться до комнат персонала. Как нам и сказала Кармен, он пошел туда. Думаю, мы не там ищем.
– Вы хотите сказать, что он может прятать что-то в своей старой комнате?
– Именно! Все идем в его старую комнату! – скомандовал Монтойя.
Агенты с громким топотом пробежались по коридорам отеля и спустились вниз. В старой комнате Йона и Ивана уже жил один официант, который был принят на работу после того, как эти двое стали сеньорами. Этот самый официант сидел на кровати в одних штанах и натягивал носки, явно готовясь работать, но агенты подняли его на ноги и выставили прямо в таком виде в коридор. Официант даже не успел возмутиться, как в комнате все было переворошено.
Кровать, где раньше спал Иван, пустовала. На ней были лишь доски и аккуратно свернутый голый матрас. Все это тут же было убрано, а сама кровать сдвинута. Агенты перетрясли весь матрас, проверили все шкафы и тумбы, даже прошлись руками по стенам, словно одна из них могла выдвинуться и обнажить потайную комнату.
Но ничего не было. Ничего.
Монтойя устало облокотился на стол и снова стал думать. Но неожиданно заметил, что там, где раньше стояла кровать Ивана, пол подозрительно шевелится под весом бродящих туда-сюда агентов. Он всех растолкал, упал на колени и стал руками цеплять деревянные полосы. Ни одна не подцепилась, но детектив не отчаялся. Он вытащил из кармана складной ножик и стал колупать щели, чем вызвал удивление у присутствующих агентов и первозданный ужас у полуголого официанта, которому наверняка потом придется отчитываться за это перед доном Мигелем. Вскоре одна из полос пошатнулась. Монтойя как следует подцепил ее ножом и вытащил, обнаружив настоящий тайник.
– Вот ведь черт! – ахнул он, разглядев, что лежит на самом дне. – Сиприано!
Агент подскочил к детективу и вгляделся в небольшое углубление в полу. Там лежало несколько баночек с морфием, официантская бабочка с засохшими капельками крови, скомканная рубашка, выпачканная в земле, и… маска зайца.
– Все улики в сборе, – изрек детектив. – Давайте, доставайте все приспособления, снимем отпечатки пальцев немедленно.
Сиприано судорожно извлек из кармана коробочку и передал ее детективу. Спустя десять минут с баночек были сняты все отпечатки пальцев. В то время как детектив работал за столом, агент рассматривал маску зайца и окровавленную бабочку.
– И зачем нужно было прятать сломанную бабочку? – пробормотал Сиприано себе под нос, но детектив это услышал.
– Что вы сказали?! – воскликнул он.
– Да вот. – Сиприано протянул ему бабочку. – Ее бы на свалку и дело с концом.
– На бабочке сломана застежка, – сказал детектив, как следует ее рассмотрев.
Это не моя бабочка! – говорил Иван, когда детектив принес ему найденную на месте преступления бабочку. – На моей была сломана застежка!
Вот она, со сломанной застежкой. В крови и с другими уликами. Но чья на ней кровь? Кристины Ривас? Или Йона? И зачем нужно было подбрасывать другую бабочку на место преступления? Чтобы отвести подозрения? Или перевести их на кого-то другого?
Монтойя совсем запутался. Но теперь был уверен, что все эти улики, найденные в тайнике под старой кроватью Ивана, не сулят новоиспеченному сеньору ничего хорошего.
***
В участке детектив проверил, принадлежат ли снятые с баночек отпечатки Ивану. Как оказалось – да. Эти отпечатки были его, а значит, теперь у детектива было достаточно доказательств, чтобы получить ордер на арест Ивана.
Монтойя отправился к судье Раулю Альмагро, который моментально распорядился дать ему ордер на арест злосчастного убийцы, терроризировавшего семью Гарсиа столько недель.
– Неужели нужно было, чтобы погиб кто-то еще, чтобы вы наконец узнали, кто убийца? – сказал судья, смерив детектива презрительным взглядом.
Раулю Альмагро было не больше сорока лет. Он всегда одевался в серый костюм из блестящей ткани и свысока на всех смотрел. У Монтойи он не вызвал уважения, лишь отвращение – сноб снобом, который считает, что он лучше всех на этом свете, хотя сам толком ничего полезного и не сделал.
Но теперь, глядя на судью, Монтойя вдруг понял, что они с ним очень похожи. По крайней мере, были похожи. Он ведь сам был точно таким же снобом, который считал, что справится с любым делом на раз плюнуть. Он был слишком самоуверен, когда ехал в Камтадеру, и что из этого стало?
Хотя он и сразу заподозрил Ивана, в этом деле успело произойти столько всего, что эти подозрения совсем скоро забылись. Ведь и сеньор Йон, и сеньорита Альба – оба красноречиво убеждали, что он не может быть причастен к преступлениям. И Монтойя им поверил. Он всегда восхищался Альбой и всегда доверял ее мнению, поэтому в этом вопросе он просто не мог с ней не согласиться. И после он и правда перестал считать Ивана подозрительным – ну зачем ему нужно было убивать свою мать и своего брата? Зачем нужно было травить дона Игнасио? У него не было никаких мотивов.
Теперь же Монтойя видел его мотивы как никогда.
Иван стремился заполучить наследство. Каким-то образом он знал, что весь отель может принадлежать ему и каким-то образом узнал, что они с Йоном кузены, а потому стал избавляться от наследников один за другим.
С тремя агентами, среди которых был и Сиприано, детектив влетел в отель. Пришлось долго искать сеньора Ивана, прежде чем одна из горничных сообщила, что он сейчас находится в комнате сеньориты Альбы.
Монтойя распахнул дверь, даже не постучавшись, и обнаружил Ивана и Альбу, сидящих вместе прямо на полу и распивающих коньяк из одной бутылки. Эта картина так разозлила детектива, что он едва не накинулся на Ивана с кулаками. Однако он вовремя себя остановил. Его чувства уже повлияли на расследование, нельзя было, чтобы они повлияли на него снова.
– Арестуйте его! – скомандовал Монтойя. По его команде агенты подлетели к молодому человеку, подняли его на ноги и защелкнули на его руках наручники.