Дебоширка против пятерки (СИ)

Глава 11.
Наблюдая за картиной за окном моей, в очередной раз, новой комнаты мне невольно вспомнились стихи И.Бунина: "Гаснет вечер, солнце скрылось... Лишь закат краснеет.. Счастлив тот, кому зарею Теплый ветер веет...»
Странное стихотворение, но как нельзя лучше описывало то, что я сейчас видела за окном. Линия горизонта была огненного цвета, чем выше, тем светлей, и, наконец, совсем белая, а дальше голубая... Тихая и спокойная картина, навевала покой и уют.
  
Солнце по всему небо разбросало свои лучи, окрашивая облака в причудливые оттенки. Зрелище было необыкновенное! Некоторые лучи падали и на золотой лес, и от этого его прекрасный цвет становился более насыщенным. Небо было разукрашено оранжевым, розовым и голубым цветом.
Наконец, солнце уже совсем скрылось за лесом, а его лучи все еще видны. Уже горизонт потерял немного цвета, но был все так же красив.... Этот необыкновенный закат я наблюдала долгое время! И это время пролетело как одно мгновение. Но миг сказки и уюта закончился и пора было возвращаться в реальность.
– Элеонора, я могу войти?
– Да Вирк, входи!
Я даже не повернулась, когда отворилась дверь. С момента, когда я очнулась в замке дракона, во мне что-то изменилось. Птичка словно растворилась во мне. Не знаю хорошо это или не очень.
Хорошо, я не чувствую в себе больше раздвоение личности. Плохо, знания, что мне успела передать она были не все. Но это и так хорошо, остальное я узнаю или обучусь сама.
– Вас просят спуститься к столу!
– Сильно просят?
– Очень настойчиво! Вам надо решить, что делать с мужчинами, которых забрали с острова!
– А я то тут причем?
Стражнику получилось меня расшевелить, и я возмущенно повернулась к нему. А у этого паразита блестели искры веселья в глазах.
– Говорят, сами спасли, сами и казните!
– Интересная логика. Ладно, веди меня на ковер!
– Почему на ковер?
– Не забивай себе голову, идем!
Замок дракона отличался от моего. Здесь было многолюдно, то тут, то там мелькали слуги или другие драконы. Они косились на меня и не знали то ли морщить нос, то ли кланяться мне. Но на моем пути никто не становился, и это меня вполне устраивало.
Добравшись наконец-то до нужной двери я остановилась, перебросила волосы назад и надела на лицо милую улыбку. Кивнула оборотню, и вошла в распахнутую дверь, в тронной зале меня ждал император во главе и десять мужчин стоящие перед ним на коленях.
– Интересные у Вас предпочтения, Ваше Величество!
Приблизилась к нему на достаточное расстояние и склонила голову в приветственном полупоклоне. Ну не знаю я их этикетов. Сам позвал, вот пусть и терпит мое невежество.
– Эля, мы же договорились, что вы будете меня называть Генри, – за его спиной поперхнулся воздухом седовласый мужчина.
– Я думаю, что эта не совсем та обстановка, когда можно переходить на личностные обращения. Ваши подчиненные неправильно поймут.
– Когда меня это волновало?
– Хватит нервничать, морщинки появятся, – ох, кажется я довела императора драконов до белого каления. – Генри, Вы меня для чего-то звали?
– Да, – нервные нынче мужчины пошли, я поморщилась от его рыка. – Вот эти, они принадлежат тебе!Если не нужны, казним их на рассвете.
– Но что мне с ними делать?
Самое интересное, мужчины молчали и не поднимали головы. Их запугали или что?
– Что с ними?
– Они растеряны, своего прошлого не помнят. Где их дом так же. Слишком долго пробыли на острове. У них нет смысла в жизни. Мне некогда с ними возиться, но казнить без тебя не мог. Ты, причина их спасения, вот и решай, что с ними делать!
Я задумалась, а надо ли оно мне! Но и позволить им умереть так же не могла! Что же мне с ними делать?
– Госпожа! Вы можете сделать их личной охраной. Это то что они умеют!
Может же думать, когда хочет. Благодарно одарив Вирка улыбкой, с энтузиазмом повернулась к все еще склоненным мужчинам.
– Ребятки, будете моими личными воинами. Огненная стража Элеоноры!
Заносчиво, но как звучало? Я даже голову выше подняла и мысленно нарисовала нимб над головой. Эх, мечты! Но вернемся к нашим баранам, тьфу ты, к магам.
– Молодец, лучше не придумаешь. Пусть принесут клятву верности и можно наконец-то поужинать!
Клятва... Не хотелось почему-то. В этом мире слова произнесенные с магией не могут быть безнаказанно быть нарушены. Но выбора не было. А эти паразиты не просто проговаривали слова верности, они клялись на собственной крови, мне с трудом удалось удержать лицо и не сбежать прочь отсюда.
– Ты не мог бы предоставить ребятам место, где можно было отдохнуть и привести себя в порядок. Да и покормить бы их! Мне нужны сильные мужчины, не зря же они теперь мои личные воины!
– Любой каприз!
Я усмехнулась и кинула взгляд Вирку, чтоб проследил за ребятами, приняла локоть дракона. За ужином можно будет обсудить, как дать весточку мужьям и узнать обстановку в стае.
В трапезную залу мы вошли рука об руку, и какое же было мое изумление, когда я обнаружила длинный зал полный других людей. Меня посадили во главе с одной стороны, а император уселся во главе с другой стороны. Мои руки сами по себе с силой сжали столовые приборы. Ну погоди драконище, долго от разговоров бегать у тебя не получиться.
Я молча ела и наблюдала за драконом, возле него по обе стороны сидели две представительные дамы и всеми способами пытались его привлечь, но казалось он поглощен своими мыслями, кивал невпопад и бросал на меня косые взгляды.
– Ваше Величество!
Я с интересом снова перевела взгляд в сторону дракона. Девушка с права уже почти весела на его руке, он раздраженно отдернул ее и встал. Наши взгляды пересеклись, я отсалютовала ему стаканом с соком и чуть не расхохоталась, когда он стремительно вылетел из залы.
Да, иногда чрезмерное поклонение может утомлять и раздражать. Допив фруктовый сок, я тихо удалилась следом за императором. И пусть прости меня Его Раздраженное Величество, но я намерена с Вами поговорить.
Толкнула тяжелую дверь в тронную залу, где на троне прикрыв глаза, сидел император. Сильный, властный, красивый! Но одиночеством веяло за версту от него.
  
– Генри!
– Эля? Ты хочешь уйти?
– Хочу.
Дракон скис, но спорить не стал, щелкнул пальцами и в тронную залу вошел Лестер. Я так была рада его видеть, что просто сорвалась с места и повисла на шее у обалдевшего мужчины, который некоторое время был в ступоре.