Огни мёртвого города (СИ)

— Занятная история, — подал голос Иваныч. — Ясно всё с тобой. Но вот мне…
— Погоди! — перебил его Ильдар. — Я ещё не закончил.
— Слушаю.
— Дело вот какое. Я с вами не враждую, да и у вас, думаю ко мне претензий быть не должно. Поэтому предлагаю взаимовыгодную сделку.
— Какую же? — поинтересовался Славик.
— Ставлю на кон ту квартиру, что на Циолковской. Вот он, — Ильдар в который раз кивнул на Костю. — Он знает, где от неё ключи. Я же вас отведу туда, открою входную дверь и сейфы.
— И сколько там? — спросил Иваныч.
— Честно говоря — понятия не имею. Но деньги есть и не маленькие. Как минимум пол-лимона баксов. Это минимум. Плюс рубли и, может быть, какая-то другая валюта. Я не знаю, что у вас, партизан, за цели, но наверняка вам деньги нужны и пол-лимона баксов будет не лишними. Верно ведь?
— Вообще-то, — с сомнением проговорил Иваныч. — Пол-лимона — деньги не маленькие, но мы тут суммы и покрупнее уже видели.
— Это понятно, — кивнул Ильдар. — Вы тут, в городе, любые банки можете ошмонать. Но моё бабло всё равно — не мелочь. К тому же, не забывайте о простоте. Если отбросить опасность пути, то надо просто — подобрать у трупа ключи и пройти в квартиру. Если завтра утром выйти, то к обеду вернемся с баблом сюда.
Слушая его, Костя поражался ситуации, которая практически один в один копировала то, что час назад происходило в подвале для пыток. Тогда он пытался выжить, пудря мозги палачам. Сейчас же, то же самое делал этот тип. Однако, как ни крути, резон в словах Ильдара был. В той квартире, в отличие от выдуманной на ходу мифической тётки с миллионами, скорее всего, действительно были какие-то ценности.
— А твоя какая выгода? — спросил Иваныч, пристально глядя на пленника.
— Выгода простая. Отпускаете меня и даете немного баксов. Тысяч сто мне вполне хватит. К тому же, я вам, в придачу, дам ещё подробные адреса шести квартир и домов Шоты. Там, конечно, вам придется взломом заняться, но еще лимонов пять, а то и десять, только так подберёте. Интересно это вам?
— Интересно-то интересно, — сказал Иваныч. — Но вот, что это за квартиры такие, "золотые" у тебя тут? Зачем Шоте столько?
— Да ладно мужики! Вы чего? Такие квартиры есть у каждого уважающего себя рвача. На случай шухера они у каждого, кто с мозгами, есть. И у бандита и у крупного мента. Чтобы скрыться, подобрать документы, бабло, стволы. Можно там внешность сменить, побриться или перекраситься. Ну и "когти рвать". Или же отсидеться несколько дней. Вы чего, первый раз про такое слышите что ли?
Партизаны молчали.
— Вот, а Шота был весьма продуманный и поэтому у него адресов столько.
— А ты сам, — спросил Славик. — Что дальше делать собираешься?
— Бежать отсюда, в Ростов, а там дальше, к семье.
— Она где у тебя?
— В Казани.
— А зачем тебе в Ростов?
— Как зачем? Отсюда, до Казани почти тысяча километров, по прямой. Не пешком же мне идти. Тут и на машине не доедешь. Доберусь до безопасных мест, огляжусь, а потом и буду думать, как своих туда вытаскивать. Всё-таки, какие-то деньги будут.
В комнате воцарилось молчание, которой нарушил Иваныч.
— Понятно, — сказал он. — Предложение у тебя весьма интересное и, скорее всего, мы его примем. Но мне всё-таки надо с начальством посоветоваться. Сейчас, Ильдар, пойдем со мной.
Он кивнул Славику и они, вместе с пленником, поднялись на ноги.
— А ты побудь тут, — кивнул командир Константину.
После чего партизаны и Ильдар покинули комнату. Оставшись в комнате один, Костя призадумался.
"— С одной стороны, — думал парень, — дело вроде наладилось. В смысле, что я сейчас уже не в руках палачей, а среди друзей. Это хорошо!"
Но, в целом ситуация не очень радовала. Если раньше он болтался, словно щепка в унитазе, то сейчас попал в некое целеустремленное течение. Но вот куда оно его несет?
Вот работа эта со Славиком и Иванычем… Ну, вот сходят они в квартиру Ильдара, заберут там деньги? А дальше что? Опять вылазка в следующую квартиру? Вторую, третью… десятую? Всю жизнь, что ли, придется лазить и искать заначки, сделанные казнокрадами и прочими бандитами? Ведь бред же!
 
Ситуация аховая! Вот еда, к примеру. Пока что, тут, в лагере, используют пищу, оставшуюся "со старых времен". Но когда она кончится, тогда что? Ну, выгребем мы миллионы из тайников и что? Что мы на них сможем купить? Где Иваныч со Славиком собираются еду покупать?
И ведь и посоветоваться ни с кем! Дядя Юра в недосягаемых далях. А "коллеги"… Неясно, то ли они знают многое, то ли просто, как фанатики, сосредоточились на своей работе, чтобы не думать о происходящем в мире…
Тут же мозг парня кольнула страшная мысль. Он вспомнил про Никитича. Ведь старика взяли из-за него, и кто знает, может он до сих пор в той тюрьме? Кто знает, может сейчас, в суматохе, про этих пленников совсем забыли!
Костя вспомнил яму с липкими стенами и в возбуждении поднялся на ноги. Надо кому-нибудь сообщить про узников! Но кому?
Не в силах сдержаться, он открыл дверь, шагнул в коридор и остановился пораженный. Навстречу ему шел… Никитич.
Старик был одет в свой неизменный пиджак и спортивное трико. Увидев парня, Никитич кивнул и, словно изначально направлялся к нему, свернул, заходя в комнату.
Оглядев обстановку, он присел на стул, на котором во время допроса сидел Константин. Парень же, присел за стол напротив. Присаживаясь, он заметил, что у старика на поясе, под пиджаком видна кобура с пистолетом.
— Так что, Никитич, — спросил Костя. — Тебя в партизаны, что ли, взяли?
Старик усмехнулся в сторону.
— Да я в партизанах с первого дня.
— Это как? — не понял Костя.
Старик опять усмехнулся.
— Ну, конечно, сразу-то нас партизанами не называли. Мы там уже в первый день поняли, что дело дрянь, и к вечеру немного организовались. Поняли, что надо либо вместе держаться, либо сразу подыхать. Вот на второй день я с зданием на юг шел. В Советский район. Центр хорошо прошел, патрулей избежал. Вышел на железку на Голубинской, а на "строительном" меня патруль и тормознул. Вот там мы с тобой и встретились.
Из этого объяснения Костя понял, что тот вышел на железную дорогу в том месте, где он сам собирался с нее сходить, дабы обойти вокзал. Это всего в сотне метров от того места, где его и узколобого тормознули фээсбэшники.
— А потом что, Никитич? — сам, не зная зачем, спросил парень.
— А что, потом? — хмыкнул старик. — Потом в лагерь с тобой приехал. Ночью сбежал. До Спартановки добрался. Там, повезло, наших быстро нашел. Быстрова, Мельгунова и других. Получил задание. Опять в лагерь вернулся. Там направили в эти края. Тут вот с тобой спалился, но это я сам виноват, полез не оглядевшись. Хотел тебя к нам привлечь…
От рассказа старика у парня пошла кругом голова.
"— Вот тебе и старик, — думал он. — Пока я там по лагерю бродил, он, в своем драном трико, сбежал и до дяди Юры добрался. А я же ходил там, да всё прикидывал…"
У парня просто голова закружилась от происходящего и от осознания своей собственной никчемности.
— Ты-то как тут?.. Расскажи, — попросил старик.
— Да чего я? — досадливо откликнулся парень.
Очень сжато он описал свои приключения за последние несколько дней.
— Тоже, неплохо, — задумчиво протянул старик, когда Костя закончил рассказ. — И я вот, что скажу тебе, парень. Послушай меня внимательно. Продолжай в том же духе! Это я тебе "без дураков" говорю. Слушай, что начальство велит, и делай, как…
— Подожди, Никитич! — перебил его Константин. — Ты объясни мне, что тут вообще происходит? Ну, вот, взяли мы этот лагерь. А дальше что? Мы же тут какое-то дело делаем и как я понял, бежать ни в Ростов ни в Воронеж не собираемся. Так ведь? Тогда как мы тут дальше-то жить будем?
Старик некоторое время смотрел на парня, а потом медленно сказал:
— Ты хочешь, чтобы я тебе расклад объяснил?