Огни мёртвого города (СИ)

Эти мысли, вернувшие ему "ориентацию в пространстве" подействовали на парня магическим образом.
Если несколько минут назад, его неожиданно сильно потряс увиденный труп старичка-боровичка, и словно пришибло, то сейчас, мозг вдруг энергично заработал.
"— Хватит тупить! — зло подумал парень. — Увидел трупак знакомый и расчувствовался, размяк… А может это коррупционер какой, пилил бюджет, и теперь за своим наворованным баблом лез, а я тут по нему слезы лью… Хватит! Надо о себе подумать, чтобы также не прилечь тут".
Сразу же пришла мысль, что, несмотря на кажущееся спокойствие вокруг, в любой момент можно лишиться жизни.
Однако Костя, силой воли прогнал эти мысли и запретил себе думать о плохом. Он еще раз осмотрелся, и увиденное, странным образом вселило в него уверенность. Это немного знакомое, ранее им пройденное место, словно вернуло ему "почву под ногами".
Настроение резко улучшилось. Парень сидел и просто наслаждался жизнью. Его всё радовало. И знакомая местность, и рельсы, и низкие облачка, закрывающие небо, и даже дебильный сталкер рядом.
"— Отсюда, куда хочешь можно дойти, — думал Костя оглядываясь. — Хочешь — назад домой. А хочешь, вон электролиния, иди вдоль нее и придёшь назад, к Трубе".
Только сейчас до него дошло, что Труба, рядом с которой находится аванпост ходоков, это и есть та самая труба, которую он видел перед задержанием фээсбэшниками несколько дней назад.
"— А может ну этого Митю и ну этого Геннадия с Олегычем? — деловито подумал он. — Что, если рвануть сейчас по железной дороге на север, к дяде Юре?"
Поразмыслив немного, Костя с досадой констатировал, что его стремление к дяде, довольно сильно устарело.
"— Нет, — досадливо морщась, думал парень. — Дядя Юра — это не то, что я. Он там зря сидеть столько дней не будет. Два дня назад, когда я шёл по этим рельсам — тогда ещё вероятность была ну очень высокая, застать его дома. А сейчас, когда такие дела в городе творятся… Тут вроде более-менее тихо, но кто знает, что на севере города делается? По слухам, в северных районах настоящие бои между партизанами и китайцами идут. Кто знает, что там, на улицах, творится?.. Нет! Надо как-то самому выкручиваться!"
Повернув голову и посмотрев на напарника-босса, Костя увидел, что тот сидит и смотрит на него с дурацкой улыбкой.
"— Дебилушка, — лениво подумал парень, отворачиваясь. — Ну, ничего, понаблюдаю за ним. Скорее всего, он, и правда, шизик конченный. Сейчас сходим, возьмём, что надо, и я выложу Олегычу про него отчет. Потом ещё дело какое-то крупное и хорошо бы с Олегычем и Геннадием убраться из города".
Конечно, Костя понимал, что эти Олегыч с Геннадием вполне могут расплатиться пулей в затылок, но альтернативных вариантов пока не имелось.
"— Эх! — с досадой подумал он. — Был бы сейчас напарник толковый, то можно было бы посоветоваться, серьёзно обсудить ситуацию. А то и взять сейчас в квартире бабки и свалить вдвоём из города. Но что тут обсудишь с этим сталкером?".
Взглянув на напарника, Костя все-таки решился и спросил:
— Слушай, Митя, а что там слышно про выход из города? Ну… Там… До Ростова трудно добраться?
— А тебе зачем это знать, сталкер? — ухмыльнулся Митя.
— Ну, вообще… Сколько денег надо, чтобы в Ростов попасть? И вообще, реально это?
— Сталкер, — ворчливо откликнулся напарник. — Пойми ты! Весь мир теперь — это Зона, а мы в ней сталкеры. Только те, кто познал Зону и выживут, а остальные сдохнут. Понятно тебе?
— Понятно, — кивнул Костя.
Ему и правда, стало понятно, что никакой серьёзный разговор с этим шизиком не возможен.
"— Ладно, — решил он. — Буду пока ориентироваться на Олегыча — делать, что он велит. Жалко от дяди Юры отказываться, но и правда, вероятность, что он сейчас на месте — околонулевая. Буду держаться Геннадия с Олегычем…"
Минут через десять послышался тихий гул. Шел он с левой стороны, с улицы, ведущей к Волге. Именно оттуда тогда ехала колонна автобусов.
 
— Ложись! — тихо вскрикнул Митя.
Ходоки залегли на щебенке между железнодорожными путями.
Через несколько секунд Костя понял — едет машина. И не маленькая.
Шум доносился с левой стороны, от центра города. Явно машина не поехала, как колонна, под мост, а повернула в их сторону.
Парень напрягся в испуге. В голове мелькнуло, что если машина остановится напротив них, то надо резко бежать на другую сторону и далее, за трамвайную линию.
Вот шум приблизился, машина проехала вдоль насыпи, шум удалялся.
Митя поднял голову, Костя, перевел дух, и тоже выглянул, и тут же рука товарища пригнула его голову вниз, но парень успел заметить как на перекрестке справа, между крайней правой пятиэтажкой и электроподстанцией, по улице в сторону Волги поехал белый броневик. Вроде бы шестиколесный. В глаза бросилась большая белая надпись на борту — UN. Сверху торчали то ли мигалки, то ли синие каски.
— Это миротворцы? — спросил Костя.
— Дураки это, — презрительно бросил Митя.
Он быстро поднялся на ноги и, не отряхиваясь, двинулся вперед. Костя поспешил следом.
С противоположной стороны насыпи, её склон выложен квадратными бетонными плитами. Спустившись по ним, ходоки перебежали трехполосную асфальтовую дорогу, прошли мимо стальной высоковольтной опоры и вошли во двор, пройдя в проём между правой и центральной пятиэтажками.
Во дворе, впереди и левее, Костя увидел детский садик — двухэтажное здание, обложенное серыми блоками, стоявшее в середине довольно большого дворика, окруженного стальным забором. Митя направился было прямо, по дорожке вдоль правой стороны садика, но дойдя до угла забора, вдруг замер, посмотрев на Костю странным взглядом.
— Смотри, сталкер, — показал он вперед.
Глядя туда, Костя не заметил ничего странного. Справа от садика, торцом к нему, виднелись две пятиэтажки. Здания стояли параллельно, одно за другим. Торцами они смотрели на садик, а другие их концы выходили на ту улицу, по которой к Волге уехал броневик. Расстояние между зданиями — метров тридцать. Между их торцами и оградой садика не было автодороги. Просто небольшое пространство в десяток метров. Там виднелась тропинка. На территории садика росли деревья. Снаружи ограды — пусто. Костя заметил, что за виднеющимся впереди дальним углом садика стоят несколько бетонных гаражей. Одним словом — ничего страшного.
— И чего? — не понял Костя.
— Зона не такая простая, сталкер, — светясь от удовольствия, говорил Митя. — Вроде бы путь открыт, а знаешь, сколько сталкеров так себе головы свернули? Нет, сталкер, я тут не пойду. Я Зону понимаю и чувствую — ловушка там. Лучше обойти, чтобы в какую дрянь не вляпаться.
Он двинулся вдоль ограды детского садика в левую сторону, по всей видимости, намереваясь сделать крюк, обойдя "плохое место".
Костя не сомневался, что этот болван сейчас процитировал очередную фразу из "Пикника на обочине" и просто ради хохмы не пошел по кратчайшему пути.
Не пререкаясь, парень двинулся следом.
"— С одной стороны, — размышлял он, — этот Митя тот ещё идиот, помешанный на "Пикнике на обочине". Но с другой… Вон он как отреагировал на вертолёт. Плюс броневик этот. Явно он знал, что машина появится, поэтому и ждал. Всё-таки непонятно, что это за хрен? С одной стороны дурак дураком, а с другой… Кто знает, может он и правда "ходок от бога". В обычное время жил себе, как простой неудачник, а сейчас, когда кризис, то он в этих опасностях, как рыба в воде, так что даже такие серьёзные мужики, как Олегыч, диву даются!".
Митя же впереди не шёл, словно парил над землей, изредка оглядываясь и одаривая Костю глупой улыбкой.
"— Нет, — решил Костя. — Мы ещё ведь, считай, в начале пути только. Как сделаем дело, вернёмся, тогда я и буду выводы на счет этого сталкера делать. А пока, буду наблюдать, и собирать информацию. В конце концов, у него оружия нет, поэтому на обратном пути можно забрать себе баблишко, "сделать ручкой" этому дурику и двинуть по железной дороге на север, к дяде Юре, или же в другую сторону — на Ростов".