Индийский лекарь (СИ)

Сомневаюсь, что заместитель главного врача лично осматривал хоть одного из этих пациентов. Он просто предварительно посмотрел в медицинские карточки пациентов и провёл такой вот мини-экзамен среди нас.
Но тот, кто поставил диагноз острый панкреатит последнему пациенту, совершил грубую ошибку.
На осмотр пациента мне предоставили от силы полторы минуты. Это слишком мало, и только благодаря своему опыту и силе я смог обнаружить правильный диагноз.
  
Возможно, что предыдущий врач решил так поступить, основываясь на постановке достаточно банального диагноза. Болит живот, тошнота и диарея — значит, панкреатит.
Тем более диагноз поставлен уже доктором из их больницы. А у них здесь работают только хорошие специалисты. Но ведь и они могут совершить ошибку. От этого мало кто застрахован, к сожалению.
Ведь на это могло повлиять банальное переутомление на работе. Ужасное состояние, когда уже не работает совсем голова, и врач делает свою работу на скорую руку. Ведь уже были пациенты с подобными жалобами. В итоге в медицинской карте фигурирует неправильный диагноз. Более того, это приводит ещё и к неправильному лечению.
Теперь я уверен наверняка, пульсация чакры намекает на состояние, которое в перспективе приведёт к смерти пациента. Ведь впервые я увидел это отклонение в сфере, когда принимал пациента с прободной язвенной болезнью.
Смерти пациента я не допущу. Подниму всю больницу на уши, но своего добьюсь. Если не получится договориться с этим высокомерным заместителем главного врача, тогда попытаюсь дозвониться до заведующего терапевтического отделения. Дойду до главного врача. Да что угодно. Так просто не сдамся.
— Я настоятельно рекомендую, чтобы этому мужчине сделали все необходимые исследования, чтобы исключить аневризму брюшной аорты, — оставшись в палате, спокойно заявил я.
— Вы никак не можете смириться с тем, что ошиблись? — усмехнулся Чатурведи. — Вам просто не хватает опыта. У вас есть хорошие задатки, но нужно ещё лет пять поработать, прежде чем претендовать на место в нашей больнице. Поэтому покиньте, пожалуйста, отделение. Вам отказано в рабочем месте.
С ним бесполезно разговаривать по-хорошему. Он просто меня не слышит. Так упивается этой небольшой недопобедой, словно нашел лекарство от онкологических заболеваний раньше своего конкурента и теперь лишь осталось получить Нобелевскую премию.
Стоп. У меня есть идея. Я внимательно начал смотреть на состояние чакр в теле заместителя главного врача. Мне сразу же бросилась в глаза чакра Манипура. Жёлтая сфера сильно превышала допустимые значения по размерам.
А ведь именно это чакра из той листовки, что я изучал, наиболее сильно привлекла моё внимание в своё время. Люди с увеличенной манипурой очень надменны, циничны, жаждут власти, часто используют тяжёлые обороты речи в разговоре, да и вообще люди не особо приятные, мягко говоря.
Чатурведи очень хорошо подходит под это описание. Я это успел понять за наше короткое знакомство. Надо воспользоваться его слабой стороной. Они очень восприимчивы к критике в свой адрес. Что ж, попробуем.
— Вот вы работаете заместителем главного врача, а достаточно ли у вас компетенции, чтобы проводить подобные экзамены для кандидатов на трудоустройство в вашу больницу? — ухмыльнувшись, поинтересовался я.
У заместителя главного врача чуть глаза на лоб не вылезли от подобного вопроса.
— Что вы имеете ввиду? — сурово спросил Чатурведи.
Он уже не пытается выгнать меня из отделения — хороший сигнал. Нужно дальше гнуть свою линию в этом направлении. Не хочется манипулировать людьми, пользуясь видением чакр, но на кону стоит жизнь человека. Здесь любые средства хороши.
— Вы хотя бы одного из этих пациентов осматривали самостоятельно? — спросил я. — Сильно сомневаюсь. Скорее всего просто предварительно пробежались глазами по медицинским карточкам и побежали устраивать опрос. Ведь в большей степени вы занимаетесь бумажной и управленческой работой. Наверное и забыли уже, как это делается.
Лицо заместителя главного врача резко изменилось. Таким разгневанным я его ещё не видел. Если бы не врачебная этика, он бы накинулся на меня с кулаками. Оставшийся кандидат выглядел не менее удивлённым моим словам.
— Так к чему ты клонишь? — не удержался и нарушил субординацию Чатурведи.
— К тому, что вы некомпетентны проводить проверку при трудоустройстве, — пожал я плечами. — Ведь если я попрошу вас осмотреть этого мужчину повторно самостоятельно, то вы ничего не обнаружите. И боитесь этого.
Лицо заместителя главного врача покраснело от злости. Такого ответа от меня он явно не ожидал. Хорошо на него надавил. Но теперь я точно понимал, что взаимосвязь между чакрами и определенными паттернами поведения у людей была. Всё как по методичке.
— Дайте мне фонендоскоп, — обратился Чатурведи к моему конкуренту. Обычно этот инструмент у каждого врача свой личный, но заместитель, видимо, оставил свой в кабинете.
Получив желаемое, заместитель главного врача принялся тщательно осматривать пациента. Надеюсь, что те вещи, которые я успел наговорить, не соответствуют правде. Иначе он действительно ничего не сможет обнаружить.
Прошло пять минут. Я внимательно наблюдал со стороны, как Чатурведи с помощью фонендоскопа пытается выслушать систолический шум над аневризмой. Позже он попытался найти опухолевидное выпячивание слева от позвоночника.
Я видел, как меняется его лицо. С каждым шагом по пути к постановке правильного диагноза он мрачнел. Он понимал, что я смог обыграть его, ведь я был прав. А человеку с увеличенной в размерах манипурой предельно сложно признаться в собственной неправоте. Но ведь и отправить на тот свет пациента он тоже не мог.
Наконец, заместитель главного врача закончил осмотр.
— Держите, — сухо произнес Чатурведи и протянул фонендоскоп в руки владельца.
— Теперь я могу идти в отдел кадров? — наивно поинтересовался мой конкурент. — Просто в других больницах трудоустройство происходило иначе.
— Увы, вы нам не подходите, — безэмоционально ответил заместитель главного врача. — До свидания!
Чатурведи молча прошел мимо меня и вышел из палаты. Растерянный конкурент пару минут посмотрел ему вслед, и тоже отправился на выход.
Получилось. Теперь можно не переживать, что пациенту окажут всю необходимую помощь. Заместитель сам убедился в том, что у больного была аневризма брюшной аорты.
Теперь мне можно не беспокоиться по поводу его судьбы. Всё необходимое лечение будет назначено в кратчайшие сроки.
Учитывая, что я наговорил, то вряд ли меня возьмут сюда на работу. Ну и ладно, главное, что с пациентом теперь будет всё в порядке.
Я вышел из палаты и ко мне подошла медсестра, которая ранее сидела на посту.
— Поздравляю вас с успешной сдачей! — улыбаясь, сказала девушка. — Меня просили вам передать, что вы можете идти в отдел кадров заполнять документы на трудоустройство.
Неожиданно.
— Благодарю, а не подскажите, как мне туда попасть? — уточнил я.
Больница была приличных размеров. Заблудиться здесь проще простого.
— Спуститесь на второй этаж, а потом налево, — объяснила медсестра. — После того как закончите, поднимайтесь обратно. Я покажу вам ваш кабинет и познакомлю с медсестрой, с которой вы будете работать.
— Хорошо, разберусь! — улыбнулся я.
В прошлой больнице о медсестре я мог только мечтать. Да, вполне справлялся без чужой помощи, но ведь это тоже самое, что работать за двоих.
Сам распечатай, сам выпиши — на это тоже уходит много времени. Особенно когда нужно выписать все необходимые анализы для госпитализации в онкологический или кардиологический стационар.
  
Я снова сел в лифт и спустился на второй этаж. У меня получилось достаточно быстро найти отдел кадров. Он находился по соседству с бухгалтерией, юристом и другими специалистами, не имеющими медицинского образования.
На удивление меня очень быстро оформили. Зачастую возня с документами может растянуться на целую неделю. Сдать все анализы, пройти осмотр у психиатра, что не состоишь на учете.