Непристойно богатые вампиры. Второй обряд

Лисандр и Торен загораживали собой все остальное оружие, выставленное на всеобщее обозрение. Себастьян стоял в нескольких шагах, Бенедикт ― за его спиной, но они колебались. Подняв голову, я обнаружил мою пару рядом со мной, ― и именно она заставила их замешкаться.
Сила лилась из нее мерцающей аурой. Несмотря на свои размеры, она была готова к нападению, ее глаза метались по комнате.
Я пытался заговорить… пытался сказать ей, что со мной все будет в порядке, если кто-нибудь вытащит из меня этот чертов меч, но не смог. По количеству крови, хлынувшей с моих губ, я заподозрил, что у меня пробито легкое.
― Мы поможем ему, ― осторожно сказал Себастьян. Он придвинулся ближе, и Тея зарычала.
Вся комната замерла ― даже я, ― когда она прикрыла меня собой и ее рот скривился в злобном оскале.
― Тея. ― Ее имя ― это все, что я смог произнести, когда пунцовая кровь брызнула из моих губ. Я потянулся к ней, когда мир вокруг начал темнеть, и, когда она повернулась, я увидел ее клыки.
***
Я резко сел, вздрогнув от слабой боли в груди. Моя рука метнулась к месту ранения и нащупала чистую рубашку и синяк, которому, вероятно, потребуется еще несколько часов, чтобы зажить. В голове промелькнуло дерьмовое шоу, произошедшее ранее, и я вскочил с кровати с одной-единственной мыслью.
У Теи были клыки.
Я успел сделать два шага от края кровати, как тишину нарушило одно слово.
― Привет.
Повернувшись на голос, я чуть не рухнул от облегчения, обнаружив, что Тея сидит в льняном кресле у окна. Ее колени были подтянуты к подбородку, руки обхватывали ноги, и она обнимала себя в вечерних сумерках. Она не улыбнулась мне. Она даже не смотрела на меня.
― Как долго меня не было? ― спросил я, гадая, сколько времени она сидела здесь наедине со своими мыслями.
― Думаю, часов пять или шесть, ― пробормотала она, не отрывая глаз от неспокойного моря за окном.
Я не знал, что ей ответить. У меня было много вопросов, но вряд ли у Теи были ответы. Скорее всего, у нее было еще больше вопросов, чем у меня.
― Ты так думаешь? ― спросила она с недовольным фырканьем, и я понял, что, должно быть, вываливаю на нее все свои мысли. В ответ она кивнула. ― Это лучше, чем когда тебя не было, ― добавила она. ― Тогда ты был таким тихим. Как будто ты был…
Мертвым. Ей не нужно было произносить это слово. Оно было написано у нее на лице.
― Вампиров трудно убить, ― напомнил я ей. ― Не о чем было беспокоиться.
Изумрудные глаза гневно сверкнули в мою сторону. ― Себастьян сказал, что ты чуть не умер. ― Ее голос задрожал от обвинения. ― Ты потерял много крови, потому что они не смогли вытащить из тебя меч ― я не подпускала их к тебе.
Тея подавила рыдание, которое грозило снова разорвать меня на части. Тремя длинными шагами я добрался до нее.
― Я потерял много крови, потому что моя мать воткнула в меня меч, ― мягко поправил я ее, заключая в свои объятия. Она стала прижиматься к моей груди, но потом резко отстранилась. ― Все в порядке. Ты не причинишь мне вреда.
Но мои заверения вызвали только новые слезы. Я прижал ее к себе, устраиваясь в кресле. Тея зарылась лицом в мою шею и отпустила контроль. Несколько минут я позволял ей плакать, хотя каждая секунда была для меня пыткой. Когда рыдания затихли, я прижал палец к ее подбородку и поднял залитое слезами лицо.
― Расскажи мне, ― попросил я. Я не хотел предполагать, что из произошедшего больше всего ее расстроило. У меня был свой список, но я подозревал, что если мои претензии были направлены в основном к моей семье, то Тея, скорее всего, злилась на себя.
― Я думала, она убила тебя, ― прошептала она, опустив мокрые ресницы. Я успокаивающими движениями смахнул слезы с ее щек.
― Я здесь. Со мной все в порядке, ― повторил я, зная, что ей потребуется услышать это еще несколько раз, прежде, чем она в это поверит.
― Я могла убить ее, ― призналась Тея. Она попыталась отвернуться, но я удержал ее на месте и ждал продолжения ее признания.
― И что?
Она хрипло вдохнула, ее глаза закрылись. ― Я хотела убить ее.
 
Агония, с которой она говорила, грозила захлестнуть меня. Ее боль росла во мне, разрывая и царапая, и мне потребовалось усилие, чтобы ответить спокойно. ― Никто не стал бы винить тебя за это ― даже Сабина. ― Ее глаза моргнули, и она с недоверием посмотрела на меня. ― Я клянусь. Она знала, что делала. ― Даже если то, что она делала, было совершенно безумным. ― Она хотела запустить твои инстинкты.
Тея поморщилась и покачала головой. ― Ну, она сделала немного больше, чем это.
― Да, эм… ― Как я должен был спросить ее о том, что видел до того, как потерял сознание? Может, мне показалось…
― Тебе не показалось, ― прервала она мои мысли. ― Ты их видел. Все их видели. Она поднесла руку ко рту и осторожно прижала палец к губам. Через секунду она раздвинула их, обнажив два ряда нормальных человеческих зубов, но ее десны…
Над клыками, как раз там, где должны выступать клыки, были покрасневшие припухлости. Я не мог придумать, что сказать, и спрашивал себя, смог ли кто-нибудь утешить ее.
― Жаклин пыталась, ― ответила она на мои невысказанные мысли. Но в ее глазах блеснули слезы, когда она посмотрела на меня. ― Но никто не знал, что сказать. Не то чтобы я могла их винить.
― Тея, это не значит…
― Что? ― прервала она меня, всхлипнув. ― Мы знаем, что это значит. Джулиан, я вампир.
ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ
Тея
Мое заявление повисло в воздухе, ожидая, что кто-то из нас подхватит и разберется с ним. Я уже несколько часов сидела в темноте, ожидая, когда Джулиан проснется, и снова и снова повторяла эти слова в голове, пока изучала интерьер комнаты.
Я вампир.
Кровать королевского размера стояла почти по центру у дальней стены с видом на океан, но была чуть сдвинута влево.
Я вампир.
В тумбочке из букового дерева справа был сучок.
Я вампир.
Когда солнце опустилось за море, комната окрасилась в розовые оттенки, которые сохранялись даже сейчас, когда тени ночи пробирались сквозь стекло.
И я вампир.
Я открыла рот, чтобы произнести это снова, чтобы заставить его что-то ответить.
Но Джулиан опередил меня. ― Ты не вампир.
Я повернулась в его руках, чтобы получше рассмотреть его. Возможно, я ожидала ухмылки, подмигивания или какого-то намека на то, что он не собирается просто игнорировать тот факт, что несколько часов назад у меня появились клыки. Но никакой самоуверенной ухмылки не было ― даже намека на улыбку. Вместо этого его голубые глаза были того же холодного оттенка, что и море, за которым я наблюдала весь день.
― Что? ― пролепетала я. ― Ты же видел…
― Клыки, ― закончил он за меня, кивнув. ― Но это не значит, что ты вампир. Клыки есть и у других существ.
Если его целью было свести меня с ума, чтобы я забыла о сокрушительном откровении, которое настигло меня ранее, то это сработало. Я уставилась на него. ― Других существ?
― Можно утверждать, что у оборотней есть клыки… или очень большие зубы, ― уточнил он.
― Оборотни? ― задумчиво повторила я. ― Оборотни тоже существуют?
― В каждом мифе есть доля правды, ― сказал он, напомнив мне о том, что сказал, когда мы только познакомились. ― Честно говоря, я сомневаюсь, что мы вообще знаем, какие магические существа еще существуют. Некоторые вымерли. Другие…
Я подняла бровь, слишком пораженная, чтобы что-то ответить. Конечно, другие магические существа существовали. Не знаю, почему именно это меня удивило.
― Другие изменились. Стали не такими, как раньше.
― Они эволюционировали? ― спросила я.
― А ты думала, что эволюция касается только людей? ― Губы Джулиана дрогнули, когда он расслабился в кресле и притянул меня поближе. Случайный луч угасающего дневного света упал на его лицо, и на мгновение я была заворожена.
Он не принадлежал этому миру. Я знала это с первой ночи знакомства с ним. Я также знала, что не принадлежу его миру. Но какому миру я принадлежала?