Игры мажоров. "Сотый" лицей (СИ)

— Наконец я вас нашел, — бросает он хмуро, входит в гараж и обводит нас тяжелым взглядом. — Скажите честно, вы совсем охренели?
  
Глава 20
 
Никита
— Зачем пришел? — этот недобитый чемпион Каменский смотрит исподлобья, а я выхватываю взглядом Машу.
Фух, успел… Мышка выглядит растерянной и испуганной. Еще бы, после того задания, которое выкатили ей эти ублюдки, она еще и неплохо держится.
Я голосовал против, в уставе Игры четко написано, что задания не должны быть связаны с криминалом. И если раньше одного голоса «против» было достаточно, чтобы задание отменить, то вчера я узнал, что теперь решение принимается простым большинством голосов.
Самым тупым, что только можно предпринять в этой ситуации — пустить Машу одну за руль. Судя по виду Каменского с Голиком, они как раз это и собираются сделать.
— Вы совсем охренели? — сердито спрашиваю, окидывая грозным взглядом всех троих. — Вы всерьез решили позволить ей одной в этом участвовать?
— Мы не можем ее отговорить, — Голик кажется самым вменяемым. — Если получится у тебя, мы только рады будем.
— Ты ее попробуй удержи, — бубнит Каменский, отворачиваясь, а у меня руки чешутся вломить ему с ноги.
За то, что в бассейне тянулся своими лапищами к моей Мышке. Брался там, где я его сразу бы убил, если б он рискнул просто так дотронуться. Но он ее из воды тянул. Хотя и без него могли обойтись, Анвар бы вытащил, он на пару сек всего опоздал.
До сих пор она у меня перед глазами стоит в футболке, прилипшей к телу, с мокрыми распущенными волосами. Глазами огромными блестящими. Там все парни наши запали, слюной умылись, когда ее такой увидели.
Я сам умылся. До сих пор бомбит, Милку готов был в бассейне утопить. Но она все равно девушка, хоть и стерва. Еще и бывшая. Потому и не тронул, только цепочку с кулоном с шеи сорвал и в бассейн выбросил.
Это я ей их подарил после того, как мы встречаться начали. Я тогда на нее неслабо запал, потому что, не знал, что с девушкой может быть по-другому. Как с Мышкой. Когда просто смотрю на нее и улетаю. Когда мы в машине целуемся, и она мои руки от своих коленок отводит.
Не доверяет. Не понимает, что я на нее молиться готов, и не трону пока она сама не разрешит. У нас все с ней будет, обязательно, я подожду, сколько нужно…
— А ты? — тихо спрашивает Маша. — Ты же позволил. Потому что ты учредитель, Никита, я знаю…
Подхожу к ней и притягиваю к себе, не стесняясь. Голик мне не соперник, а Каменский если запал на Мышку, пусть утрется.
— Нет, — говорю, — я не голосовал за это задание, Маша, я против был, но они поменяли условия. А в учредители я из-за тебя пошел. Прогу в телефон ты залила?
Она вздергивает подбородок, а я обнимаю за шею и в волосы целую. Макса передергивает, Голик отводит глаза. Пускай завидуют оба.
— Ничего вы так не узнаете, — говорю парням, — у них там защита взрослая стоит, я сам надеялся, что взломать получится хоть кого-то.
— Так ты специально из-за меня в Игру пошел? — Машка смотрит изумленно, и я мысленно желаю Каменскому с Голиком исчезнуть, а нас оставить в этом гараже вдвоем.
— Там же взнос нехилый? — то ли спрашивает, то ли утверждает Голик.
— Да, немало. Пришлось у отца взять, — отвечаю, не отрываясь от Мышки. Ее глаза загораются, она смотрит на меня с восторгом и страхом одновременно.
— Ты ему все рассказал?
— Нет, конечно. Я уже все вернул, Мышь. Я же делал ставки, а ты отлично справлялась без меня, — улыбаюсь, глядя в ее блестящие глаза. Они сейчас кажутся просто бездонными.
— Ты… Первое задание… Ты специально меня разозлил? — шепчет она, а я готов оплатить Каменскому и Голику такси, только бы они не стояли и не пялились на нас. Ладно, пускай хотя бы просто стоят и разглядывают стенку. Молча.
— Тогда делаем так, — говорю, разворачивая Мышку спиной к себе. — Голик, ты разблокируешь машину. Я заберусь первым и залягу рядом на переднем сиденье, а потом Маша запускает стрим. Садится за руль и перегоняет автомобиль в соседний переулок. Я ее страхую, потом мы вместе уходим.
 
— Я не умею водить, — поворачивает голову Мышка, ее волосы щекочут лицо.
— Сейчас будем учиться. Ты быстро научишься, на автомате легко ездить, а руль с гидроприводом, он сам крутится. 
Маша прижимается ко мне всем телом, а мне уже трудно стоять. Но я держу, не отпускаю. Я буду терпеть столько, сколько нужно, все равно она моя, остальное — вопрос времени.
— Давайте тогда поминутно пропишем наши действия, — подносит руку к переносице Голик, только сейчас замечаю, что он без очков. И меня осеняет.
Кажется, это выход. Улучаю минуту, когда Каменский нас не слышит, отправляю Машу в машину, а сам подхожу к Голику.
— Слушай, Сева, — кажется, я впервые обращаюсь к нему по имени. Но Голик рили норм, а то, что он аут, мне как раз побоку. — У тебя кто-то из знакомых работает в лаборатории или в клинике, я не путаю?
— Брат, — кивает Голик, — старший. Тебе зачем?
— Мне нужно сделать тест ДНК. Только так, чтобы ничего не светить.
  
Глава 20.1
 
Маша
Мы сидим в машине Топольского и ждем. Мы — это я, Макс и Севка. Севка с ноутбуком, на который скачана программа-декодер, я с планшетом и телефоном. Зачем приехал Макс, я не знаю, мы с ним об этом не говорим.
Он просто пришел к «Пасторали» в назначенное время, поздоровался с парнями и сел в машину. Мне показалось, Топольский глянул на него не слишком приветливо, но я слишком взвинчена, чтобы концентрировать на этом внимание.
Я так в жизни еще не боялась. Все время кажется, обязательно где-то протуплю, не сумею сориентироваться и все испорчу. Если бы не Никита, я бы от паники точно начала еще больше волноваться, и точно бы все завалила.
— Я здесь, Маша, с тобой, — Никита как чувствует, берет мою руку, сжимает в ладони и кладет себе на колено.
В меня будто вливается его спокойствие. В самом деле, что со мной может случиться плохого, если рядом Никита?
— Мы уже все по несколько раз проговорили, — звучит сзади хмурый голос Макса, — не стоит слишком затягивать.
— Маша, ты готова? — Никита заглядывает в глаза. — Если да, то начинаем.
Каменский прав, тянуть дальше нет смысла. Киваю, не разрывая зрительный контакт с Топольским. Он порывисто на мгновенье прижимается к моим губам, машет рукой Голику и открывает дверцу машины.
— Я погнал. Давай, Севас.
Голик в ответ поднимает ладонь и вглядывается в экран. Я поворачиваюсь к нему, чтобы посмотреть, как работает прога. Мне надо будет повторить все это на камеру.
Машина Топольского припаркована между домами рядом с «Пасторалью», отсюда хорошо просматривается переулок и автомобиль, который мне нужно перегнать. На нем парни остановили выбор потому, что владелец оставил его достаточно далеко от парковки ресторана, а значит есть шанс, что охрана нас не заметит.
На улице темно, я снова наплела маме, что готовлю с Алькой презентацию. В последнее время я стала часто ей врать, а ведь она этого совсем не заслуживает. Кто угодно, только не мама.
Испытываю острое желание очутиться сейчас на нашей кухне. Чтобы мама рассказывала мне про своих восьмиклассников, а я слушала и чесала за ушком Кошмарика, свернувшегося клубком у меня на коленях.
Нам бы только разоблачить учредителей, и все. Больше я никогда не солгу маме, обещаю.
— Маш, не спи, — слышу над ухом голос Севки, — Топольский уже в машине.
Я снова все проворонила. Пока я терзалась муками совести, Сева отключил в автомобиле сигнализацию, и со стороны домов туда занырнул Никита.
Парни долго спорили, будет ли установлено за нами внешнее наблюдение и пришли к выводу, что нет. Иначе с меня бы не стали требовать стрим. Но все равно Никита решил соблюдать осторожность и лишний раз не мелькать.
В руке вибрирует телефон — это Топольский дает отмашку. Выбираюсь из машины, становлюсь так, чтобы не было видно ни ее, ни ребят. И запускаю стрим.