Предел. Воплощение (СИ)
— Вау! — как не восхититься-то?
Ведь артефакт в пылу сражения по-настоящему может смертельно удивить противника. Да будь у нас подобное в сражении, то те твари, засевшие наверху, просто упали и разбились бы! Хотя, есть ещё важный момент, который и уточнил:
— А расстояние действия?
— Тут уже не настолько всё шикарно. Максимум — около четырёх метров, и тоже зависит от врага, — загрустил Светлый.
— Не-не-не, ты не прав! Единственный минус, который есть — это отсутствие у нас Ядер для зарядки, — ободрил товарища, после предложил: — Сколько там зарядов сейчас, получается?
— По одному на каждом.
— Недурно! Но всё одно — пользовать с умом надо, пока не решим проблему своего нищебродства.
— Ага, так что будет оружием последнего шанса, — озвучил своё решение Микт.
— Славно придумано, — похвалил его и предложил: — Идём дальше?
— Идём!
Вот теперь уже просто шли, не отвлекаясь на исследования. Оба получили интересные плюшки, а гневить богов бо́льшей жадностью не стали — ещё за прошлое не заплатили.
Шли, чтоб в какой-то момент, увидев очередную скамеечно-фонтанную композицию в середине улицы, не решить сделать привал — ноги гудели зверски.
И стоило лишь присесть, как вновь раздался рёв!
Только вот в сей раз оказался он совершенно иным. Сперва уже рефлекторно замерли, а после удивлённо переглянулись с Миктланом — эффекта привычного он не нёс. И звучал гораздо, гораздо тише, словно где-то в отдалении.
— Везде обман, однако! — произнёс я, глядя в сторону, куда держали путь, откуда и доносился новый рёв.
— Думаю, нам надо… — начал было Миктлан.
Я же бесцеремонно прервал его, вскакивая на ноги:
— Нам надо туда, ты совершенно прав! — и рванул в ту сторону, слыша за спиной проклятия и топот Светлого.
Пока бежали, звук то стихал, то раздавался с новой силой. И постепенно становилось понятно, что это даже не рёв, а скорее рык.
Он и в первый раз он казался странным, а все последующие лишь утвердили в одном предположении.
Звук издавал никак не зверь!
Конечно, я не так много в своей жизни сталкивался с звериными звуковыми эффектами, но всё же какое-то представление имелось, и слышимое никак не походило на них, что становилось ещё одной причиной торопиться.
Повезло, что бежать пришлось не очень долго — от силы пару минут, но выложились при том не хуже Адской Гончей, и оказались на месте.
Почти.
Потому как источник находился, если по прямой, то рукой подать, а если не рукой — то Предел знает, сколько до него. Выскочили мы на открытое пространство, но разделённое на две части чёрным провалом, словно здесь треснул мир напополам — до противоположной его стороны все метров тридцать, если не больше. И это если по прямой.
При взгляде налево края пропасти совсем не видать, терялась она во тьме, а вот справа в полумраке угадывались очертания зданий, подступавших к самому краю.
А прямо за провалом кипела битва. До боли похожая на ту, что недавно приключилась у нас. Там полчища пауков атаковали две с трудом различимые на таком расстоянии и при тусклом освещении фигуры. И стоило только их силуэты разглядеть, мелькавшие средь тварей, как вновь от них же раздался тот рык ярости, столь внезапно призвавший нас.
Переглянулись.
Кивнули друг другу.
Направились со всей возможной скоростью на противоположную сторону через правый обход.
* Адская Гончая: https://author.today/reader/433488/4310580
Глава 22. Слово
«Не завидуй чужим граблям — ты не знаешь, сколько крови их владелец пролил,
прежде чем научился на них наступать.»
Родимус Беспечный
И как ни старались побыстрее добраться на противоположную сторону, но путь оказался излишне извилист и тернист — в паре мест пропасть настолько близко подбиралась к стенам зданий, что будь мы чуть крупнее по комплекции, то не прошли бы никак. Только если возвращаться на квартал назад и делать бо́льший круг. Но время подобную рокировку выполнить никак не позволило бы — чем скорее окажемся на той стороне, тем быстрее сможем помочь неизвестным в неравном бою с ордой нечисти.
В итоге же, как ни старались, а добрых минут десять убить на преодоление неожиданного препятствия пришлось. Но всё получилось, преодолели. Правда, успели уже не к самому бою, лишь к его затухающим отголоскам. А он и впрямь вышел неравным. Паучки нарвались совершенно не на того противника — всю их орду размазало, перемололо и распотрошило в труху.
И среди всех этих груд мёртвых врагов стояла колоритно-контрастная парочка.
Те двое, которых уже видел во внутренней площади Академии.
Те двое, которых несколько раз даже вспоминал по ходу Испытания.
Шкаф и Круглый.
И у обоих в руках полупрозрачными всполохами горели Воплощения.
У Круглого — Перчатки, у Шкафа — Топоры. И если первые разглядеть толком не удавалось, то Топоры внушали. Их огромные лезвия весьма нетривиальной формы — что-то с чем-то! Само воплощение силы, мощи и красотищи.
Сами же ребята выглядели весьма потрёпанно. И я не столько об их одежде, сколько в целом о состоянии — осунувшиеся усталые лица, качающиеся без всякого ветра ссутуленные фигуры — и всё это даже про Шкафа, от которого подспудно ожидаешь выносливости и непоколебимости Неостановимого Быка.
И еле-еле на их форме выпускников удалось, наконец-то, рассмотреть и эмблему интерната.
Массивный ростовой щит из древесной коры в окружении многочисленных побегов зелёного плюща.
Интернат имени Астерона Неуязвимого.
Если память мне не изменяет, то в последней версии «Шёпота столовки» их обитель как раз заключила союз с моими «огненными» и миктлановскими «несокрушимыми». Что не может не радовать — нарваться на пусть и уставших, но противников, да ещё и с обретённым Воплощением — не хотелось бы. Мало ли что таким взбредёт в голову при виде нас, нулёвых. Но проверку на «свой-чужой» всё равно сейчас проведём!
Так что произнёс, развеивая затянувшуюся паузу после нашего появления, приглашая к диалогу:
— Сборная команда из «сжигающего» и «несокрушимого» приветствует «неуязвимых»!
— «Я стою, когда другие падают. Я шагаю вперёд, когда горы рушатся. Неуязвимость — это не доспех, это моя воля!», — прозвучало от Круглого в ответ.
Хо! Однако ребята сразу выкупили тему, невзирая на свою усталость и наш не менее потрёпанный вид. Доктрина, выданная Колобком, была верным ключом, так что в свою очередь продолжил:
— «Если тела врагов горят — значит, я уже прошёл. Осталось идти дальше».
А следом подключился и Миктлан:
— «Воплощение Чака — это обычная палка. Но когда он берёт её в руки, даже Короли Зверей прячутся».
После сего обмена любезностями теперь уже расслабленно кивнули друг другу, а у «неуязвимых» к тому же красочными искрами «растаяли» Воплощения… Красивое! И с исчезновением последних всполохов продолжил знакомство, приходя в себя от завораживающего:
— Меня Власт звать, а это — Миктлан, — махнул в сторону Светлого.
В ответ от Круглого прозвучало:
— Я — Кирон, а это Шка-а…
— Аркос, — внезапно прогудел детина, вклиниваясь в представление себя.
— а-ф?.. — явно растерянно всё же закончил Кирон, глядя на здоровяка. — А?
Похоже, новые знакомые не без сюрпризов в своих взаимоотношениях, хотя по прошлым картинам складывалось ощущение, что они достаточно близки, тем более что из одного заведения. И потому текущая ситуация даже несколько комичной показалась, что еле сдержался, чтоб не улыбнуться. Но превозмог — не повторил ошибки с Миктом. Расту над собой! Но, видимо, на физиономии что-то всё ж мелькнуло — Светлый больно подозрительно на меня покосился. Похоже, есть куда ещё расти.
— Раз на бой мы с помощью не успели, то, может, с разделкой помочь? — предложил, но видя непонимающие лица «неуязвимых», запоздало осознал, что сболтнул лишнего — не так давно и сам не в курсе был насчёт Ядер, если бы не Миктлан, так что оставалось лишь растерянно бросить взгляд в сторону источника этой самой информации, молчаливо взывая к помощи по разрешению допущенной оплошности.