Сепаратист (СИ)

— Лучше потерпи немного. Кожа сгорела довольно сильно, но проблем не должно быть, если не занести грязь, — объяснил я больному.
— Командир, вы так и не рассказали, что там было, в храме. Я помню только как жгло, а потом голос требовал умереть. Страшно было… Мне казалось, я в самом деле вот-вот умру. — Парень только отмахнулся от моих утешений. Вообще, покладистый пациент. Надо терпеть — значит, будет терпеть. Его, похоже, сильнее боли мучило любопытство.
— Ну, а что ты хотел? Я здорово разозлил чистого, вот он и пытался заставить меня умереть. А поскольку ты был рядом, то и до тебя отголоски дошли.
— А я не боюсь, — вдруг высказался парень. — Хороший бог так поступать не станет, как он с тем городом поступил!
Да, некоторыми подробностями происшедшего на площади Васконы я с ребятами все же поделился, а Доменико еще добавил. В общем-то рассказали все как было, только про истинную природу Керы умолчали. Ремус, что характерно, при парнях спрашивать ничего не стал, хотя слушал нашу беседу там, возле церкви, и наверняка о чем-то догадывался. Впрочем, Ремус — не единственный, кому не терпелось пообщаться. Как только я закончил ко мне подсел Марк. Судя по лицу, разговор должен был получиться серьезный, возможно, даже тяжелый, но не сложилось. Не успел подчиненный раскрыть рот, как окошко, разделявшее кабину и кузов открылось. Кера нашла меня глазами и коротко бросила:
— Впереди умирают.
Прекрасно. Впереди у нас только поселок. Сил на волнение просто не оставалось, так что я спокойно прокомментировал:
— Приготовьтесь к бою. Попроси Доменико ускориться.
Колеса, которые мы смогли найти, были меньшего диаметра, чем штатные для нашего локомобиля. Совсем немного, но сильно с таким креном не разгонишься. Тем не менее, кузен все-таки постарался — нас ощутимо затрясло, но грузовик слегка ускорился. Вряд ли мы выдавали больше тридцати миль в час, скорее даже меньше. Высунувшись наружу из бойницы, я упорно пытался разглядеть хоть что-то впереди. Тщетно, конечно же. До поселка оставалось миль десять, на таком расстоянии невозможно даже услышать звуки боя — если, конечно, там бой.
Что могло случиться? Очередная шайка бандитов? Уверен, Рубио справится, тем более, у него двое молодых помощников. Ну и жители деревни вряд ли станут молча терпеть. С другой стороны, их могут захватить врасплох… Выстрелы стали слышны, когда до поселка оставалась где-то миля, и их количество и частота никак не ассоциировались с бандой грабителей. Больше походило на настоящий бой. Я метнулся к кабине, застучал в окошко:
— Доменико, тормози!
Впрочем, тот и сам уже сбросил скорость.
— Ты тоже слышишь? Кажется, там, впереди, довольно многолюдно.
— Да. Езжай потихоньку. Не будем врываться, как студент на вечеринку.
Деревенька, в которой мы остановились, расположилась немного в низине. Перед последним подъемом я попросил брата притормозить и выскочил из машины.
— Выбираемся, парни, — крикнул я. — Дальше пока пешком. Доменико, ты остаешься за рулем. И развернись сразу!
Стреляют совсем близко. Кажется, что стоит перевалить холм — и встретимся с воюющими.
— Мы с Керой на разведку, вы разойдитесь, не стоит светиться на дороге. Ремус, вставай к пулемету, я знаю, ты уже научился им пользоваться.
Мальчишка, хоть и выглядит — краше в гроб кладут, но присутствия духа не теряет, из грузовика выскочил вместе со всеми, и явно не намерен показывать слабость. Пусть уж лучше у пулемета постоит, тем более остальные особого желания осваивать незнакомую технику не демонстрируют.
Перед самым подъемом сошли с дороги. Места здесь безлесные, каменистые. Спрятаться особенно негде, но все же лучше, чем выйти к сражающимся прямо по дороге. Если бы не спешка, я бы и вовсе предпочел оставшиеся до перевала метров сто проползти, а так просто семенил пригнувшись.
— Мне тоже нужно скрючиться? — полюбопытствовала богиня.
— Можешь не скрючиваться, — милостиво разрешил я. — Если умеешь сделать так, что тебя не будет видно.
— Нас и так не будет видно, — подняла брови девушка. — Вы, смертные, так далеко не видите, если специально не смотрите.
 
— То есть ты знаешь, что поблизости врагов нет?!
— Конечно! — удивилась богиня. — Стреляют далеко, я же слышу.
Сказать хотелось многое, но я сдержался. Уже не скрываясь, взбежал на перевал, и принялся разглядывать поселок. До ближайших домов было около полутора тысяч футов — с такого расстояния мало разглядишь подробностей. Пара неподвижных тел посреди единственной улицы, облачка дыма от сгоревшего пороха. Больше всего стреляют возле противоположного от нас края, но кто и в кого, понять не удается. Стрелки в военной форме, но знаков различия отсюда не видно. Регулярная армия нагрянула? Бойцы из Бургоса? Или сюда каким-то образом занесло наших, памплонцев? Противников определить тем более невозможно — я их просто не вижу. Судя по всему, они в меньшинстве, и прячутся в зарослях, которые начинаются сразу за южной границей поселка.
— Можешь что-нибудь сказать о том, кто с кем воюет? — наученный горьким опытом, решил спросить у Керы.
— Кто-то зол и хочет убивать, другим страшно, — пожала плечами богиня. — Я плохо чувствую. Еще мертвые. Шестьдесят семь… уже шестьдесят восемь.
Пока она говорила, стрельба вроде бы затихла, но после очередного выстрела разгорелась вновь. Я вернулся на несколько шагов назад, и махнул ребятам.
— Поднимайтесь. И скажите Доменико, чтобы тоже ехал сюда, только пусть сдает задом.
— Зачем? — тихо спросила Кера. — Было бы весело пройтись пулеметом по всем без разбора, но я не верю, что это твоя идея.
— Ты права, — кивнул я. — Нужно спуститься, и поймать языка.
Через минуту весь отряд присоединился к нам.
— Нужен пленный, — согласился со мной Доменико. — Что будем делать?
— Пойдем мы с Евой, но хотелось бы, чтобы нас кто-нибудь прикрывал. Здесь удобное место, но слишком далеко — парни стреляют пока плохо, и толку от такого прикрытия не будет. Так что мы спустимся вместе с ними футов на семьсот-восемьсот, потом они залягут, а мы пойдем в поселок и захватим кого-нибудь из этих. Узнаем, кто они.
— А я?
— Ты на локомобиле здесь. Если за нами будет погоня, вы с Ремусом поддержите нас из картечницы.
Доменико недовольно поджал губы, но спорить не стал. Управлять локомобилем умеем только мы с ним, так что больше здесь оставить некого. Других комментариев не последовало, так что мы принялись осторожно спускаться. Очень неприятно, что местность с севера от поселка такая пустынная — мы сейчас у тех, прячется в домах как на ладони, взбреди им в голову смотреть в нашу сторону. Однако неизвестный противник умело удерживает их внимание. И я уже догадываюсь, кто это может быть — скорее всего, старик. Судя по манере «один выстрел — один труп». Очень вероятно, что вместе с ним — те двое парней, которых мы оставили охранять домину Петру. А, значит, стрелки в форме скорее всего нам не друзья. Но убедиться наверняка все-таки нужно.
До середины спуска пробирались очень осторожно, низко пригнувшись, как бы мне ни хотелось побыстрее выяснить, что происходит. Чем ближе мы подходили к поселку, тем больше деталей боя было заметно. Я уже видел, что неизвестные бойцы в форме заняли несколько крайних домов, и не очень-то стремятся выходить наружу. Кто-то пытается командовать, то и дело срываясь на ругань, но бойцы переходить в решительную атаку не спешат. Судя по телам на улице, те, с кем воюют «гости» спуску им не дают. Однако убитые есть не только со стороны непонятных пришельцев — я вижу на улицах тела местных жителей. Кто их убил? Солдаты? Или те, с кем они воюют?
— Парни, останьтесь здесь, — велю я ребятам, — вот эта гряда вроде удобная, можно залечь, и видно из-за нее достаточно. Если нас заметят — прикроете. Только не подстрелите нас случайно!
— Командир, может, не нужно только вдвоем-то идти? — осторожно интересуется Марк. — Мало ли?
— Ерунда, — отмахнулся я. Думаю, Ева бы и сама справилась. Вы знаете, как она сильна. Я с ней только для подстраховки, чтобы в спину не подстрелили!