Сепаратист (СИ)

— Да нет, ты все правильно делал. Мы тоже не развлекаться едем, и тащить с собой изнеженную девчонку — идея не из лучших. Просто я рассчитывал, что ты обаяешь ее своей смазливой физиономией и аристократическими манерами и откажешь как-нибудь помягче.
— Тогда, повторюсь, нужно было предупреждать. Или отправил бы ее к Доменико. Вот уж он бы в грязь лицом не ударил. А я, извини, в высшем обществе не вращался.
— Не заводись, я тебя ни в чем не виню. Собственно, я и отправлял ее к мальчишке, но девочка непременно хотела познакомиться с главным героем памплонского восстания. Ладно, как получилось — так получилось. Не полная же она дура, чтобы в самом деле путешествовать в одиночку. Пересидит, пока все не наладится, ничего страшного… — Подытожил старик, и перешел к тому, за чем, собственно, пришел — выяснить степень готовности к походу. А я поставил себе зарубку в памяти — поинтересоваться как-нибудь у Доменико, с каких пор я стал «главным героем памплонского восстания». Глупо делать скромный вид — у нас все получилось благодаря моим усилиям в том числе. Непонятно только, когда мое участие стало достоянием широкой общественности. Ладно среди боевой части повстанцев, но почему так считают даже те, кто к повстанцам никакого отношения не имеет?
В дорогу отправились, как водится, рано утром, по холодку. К путешествию команда в этот раз подготовилась не в пример лучше, чем обычно: кроме запасов продовольствия у нас были две палатки на случай ночевки на природе, спальные мешки, а, главное — удобная армейская форма на всю компанию. Без знаков различия, конечно. Где уж Рубио ухитрился ее раздобыть — неизвестно, должно быть, нашлось несколько комплектов в загашниках жандармерии, а может, еще где-нибудь нашли. В любом случае, это очень кстати. Гражданская одежда — это хорошо, но не слишком удобно в некоторых ситуациях. Впрочем, ее мы тоже не забыли, правда, тут нам с Керой пришлось растрясти набранные ранее трофеи, благо в Памплоне нашлась лавка готовой одежды, и владелец не слишком ломил цены в связи с последними событиями.
Локомобиль тоже был модифицирован для более комфортного путешествия десятка разумных — подчиненные Доменико расстарались для любимого начальника, установили в кузове мягкие сиденья вдоль бортов и даже о подголовниках не забыли. Кроме того, мою идею с тентом творчески доработали. Совсем отказываться от него не стали — все какая-то защита от ветра и холода. По зимней погоде совсем не лишнее. Однако теперь там были проделаны легко откидывающиеся клапаны, так что в случае опасности можно стрелять и вести наблюдение, не боясь задохнуться от пороховых газов. Вдоль бортов, где-то по грудь стоящему человеку поставили тонкие стальные листы — защита так себе, но от револьверной пули поможет. Мне понравилось, в общем — выглядит аккуратно и внушительно. Даже угрожающе, особенно сзади, откуда хорошо видно стволы картечницы. Жаль, не вышло установить пулемет так, чтобы можно было вести огонь по направлению движения. Слишком сложная работа, да и не факт, что полезная. На ходу вообще стрелять не рекомендуется — точность никакая. Если только будем от кого-то улепетывать, но там сильно целиться и не придется. Так что решили оставить все как есть.
— Командир, а расскажите, как вы до Памплоны добирались? И откуда? А то никто толком и не знает, — спросил Ремус. — Первый час дороги парень все больше смотрел по сторонам, а теперь видимо надоело, и он заскучал. Доменико, когда узнал, какого возраста бойцы встречаются в моем отряде, был шокирован. Спрашивал, не боюсь ли я за парня, и не лучше ли отправить его на обучение — благо, среди прочего, школу уже тоже начали возрождать. Однако я уже достаточно узнал мальчишку, чтобы понять — в школе он надолго не задержится. Не тот характер. При всей внешней легкомысленности, жандармов и чистых Ремус ненавидит люто, так что непременно присоединится к какой-нибудь из команд, не нытьем так катаньем. Или того хуже, отправится на «охоту» в одиночку. А в таком случае, пусть уж лучше он остается с нами. Во-первых, как ни смешно, он чуть ли не самый надежный член отряда, кроме Керы. Я оценил тот случай, когда он рванул к Доменико, надеясь меня спасти от «ареста». А то, что стрелять особо не умеет, и вообще не солдат — так у нас таких и нет. Научится еще, так что пусть уж лучше будет под присмотром. Вот он, пользуясь командирским расположением, устроился на переднем сидении, между Доменико и Керой. Я, как лучший водитель, был за рулем, а старик устроил себе лежанку в кузове и теперь отсыпался, не обращая внимания на болтовню остальных бойцов.
 
Рассказывать не хотелось, но стало и в самом деле скучновато, к тому же меня начало клонить в сон от монотонности дороги, так что пришлось размять язык. Описывал не слишком подробно, но и углы сглаживать не старался — парень уже и без того навидался всякого, вряд ли просто словами я смогу повредить «хрупкой детской психике».
Однако завершить рассказ так и не удалось. Я как раз вспоминал, как мы покупали одежду в похоронном агентстве, когда Кера вдруг насторожилась:
— Стреляют.
Я ничего такого не слышал, но не доверять способностям богини оснований нет, так что я, затормозив локомобиль, просто уточнил:
— Направление и как далеко?
— Там, — Кера махнула рукой куда-то вперед и вправо. — Примерно две мили.
Далеко. Не удивительно, что я не услышал. Тронул остановившуюся было машину и принялся рассуждать вслух:
— Это не на нашей дороге, если не ошибаюсь. Наша как раз… да, вон уже поворот налево, а стреляют, как ты говоришь правее…
Дело в том, что в сторону Бургаса от Памплоны есть две дороги, которые сохраняют общее направление. Иногда они сходятся, иногда отдаляются друг от друга, и окончательно сливаются уже в Васконе. Та, по которой отправились мы — новая, ее построили недавно, когда эти места стали более населенными. Она довольно сильно петляет, так чтобы пройти через как можно большее количество поселков и деревень. Старая, еще постройки первой республики дорога же идет прямиком на Васкону. Мы специально выбрали новую дорогу. И из соображений безопасности — тут гораздо больше ответвлений, в случае серьезной опасности будет легко уйти на проселочные дороги и там затеряться, и по «политическим» причинам. Нужно понемногу объяснять народу, что власть сменилась — так почему бы и не сейчас, тем более, все равно по дороге.
— Просто уедем? — спросил Ремус. Парень аж подпрыгивал от нетерпения на сиденье, ему явно было жутко интересно, кто там в кого стреляет, и наверняка хотелось всех плохих прибить, а всех хороших спасти. Разум и осторожность действительно проехать мимо, и не лезть в чужие дела, но тут загвоздка — дела-то как раз наши. Нужно наводить порядок на подконтрольных территориях. Стукнул пару раз в стенку кабины, дождался, пока в окошке появится лицо старика — он и так уже проснулся, когда мы остановились. Описал ситуацию.
— И? Ты меня спрашиваешь, что делать? — поднял бровь старый легионер. — У кого-то случилась амнезия, и он забыл, что командир отряда — он, а я только пассажир?
— Советы-то пассажирам можно давать, или ты теперь будешь загадочного сфинкса изображать? — парировал я. — понятно, что надо вмешаться, я думал, ты подскажешь, как это сделать таким образом, чтобы никого не пристрелили. Из наших, в смысле.
— Нет уж, малыш. — Ухмыльнулся Рубио. — Учись сам. А то так и будешь вечно исполнителем, как вон Северин. Золото же, а не боец, вот только так и не научился принимать решения самостоятельно. Ничего, думаю, зная, что из-за твоей ошибки может погибнуть десяток разумных, ты не станешь творить откровенных глупостей!
С этими словами старик демонстративно задвинул окошко, разделяющее кабину и кузов. Вот же зараза!
— Суровый у тебя учитель, — покачал головой Доменико. — Даже завидно! Может, будь у меня такой, я бы не натворил всех этих глупостей.
— Угу… Только сейчас от этого не легче… — согласился я. — Так, Ева, покажи еще раз направление? Там все еще стреляют?
— Уже нет, — пожала плечами богиня. — Там. — Она еще раз махнула рукой.