Если мы когда-нибудь встретимся вновь (ЛП)

— Он сдастся. Он всегда сдается, — подбодрила её Кортни.
— Ты его единственная дочь, — добавила Оливия. — Очевидно, что ты для него важнее какой-то подружки.
— Ха! Скажите это ему. Она полностью промыла ему мозги. Строит из себя такую экономную и ответственную! А у самой сумок Birkin штук двадцать, — губа Крис задрожала. Она стиснула зубы и гордо откинула волосы за плечо. — Всё нормально. Когда я вернусь домой на лето, я покажу отцу, какая она жалкая охотница за деньгами. Свадьбы не будет. Не пока я жива.
  
— Скажи, если понадобится помощь, — подал голос Люк. — Мы можем, ну не знаю, нарыть на неё какой-нибудь компромат в сети.
Судя по лицам друзей, Блейк был не единственным, кто удивился. Крис и Люк обычно препирались чаще, чем старая супружеская пара.
Крис через силу рассмеялась.
— Спасибо, но я сама справлюсь.
— Мы что, попали в «Сумеречную зону»? — Сэмми театрально схватился за сердце. — Вы что, ведете себя как друзья?
— Ну да, конечно!
— Мечтай больше!
Крис и Люк выкрикнули это одновременно. Они смущенно переглянулись, а остальные так и покатились со смеху.
— Мы всегда были друзьями. Все мы. Неважно, сколько мы ворчим друг на друга, — Кортни сжала руки Крис и Люка. — На самом деле, мы даже больше чем друзья. Мы семья. И нет никого, с кем бы я хотела встретить Лунный Новый год больше, чем с вами.
Ребята посмотрели друг на друга. Девять студентов из разных уголков Штатов, сведенных вместе судьбой или обстоятельствами. Они были абсолютно разными. Встреться они где-нибудь, кроме Шанхая, — никогда бы и не заговорили. И всё же вот они здесь.
Семья.
В таком безумном и изменчивом месте, как Шанхай, они стали друг для друга единственной константой. Теми, кто всегда прикроет спину. Вместе они преодолевали культурный шок и отрывались на ночных тусовках — этот город сделал их единым целым, и эту связь понимали только они.
Несмотря на холодный воздух, Блейку стало тепло. Этого почти хватило, чтобы забыть о том кошмаре, в который превратилась его жизнь.
Пронзительный свист заставил толпу умолкнуть. Тысячи голов одновременно повернулись вверх. Спустя мгновение ночное небо взорвалось ослепительным каскадом огней.
Фейерверк расцвечивал темное полотно яркими брызгами: сияющее золото, нежная зелень, глубокий алый и все мыслимые оттенки между ними. Как только гас один залп, тут же расцветал другой, сплетаясь в бесконечный причудливый танец, от которого у зрителей внизу перехватывало дыхание.
Блейк оторвал взгляд от неба и посмотрел на Фарру. Отсветы огней пробегали по её лицу; глаза сияли от восторга, а на губах играла улыбка, полная благоговения.
Если бы он мог загадать одно желание на всю оставшуюся жизнь, он бы пожелал, чтобы Фарра всегда была так счастлива, как в этот момент. Всегда.
Блейк обнял её сзади за талию и прижался щекой к её щеке.
— С Лунным Новым годом, малышка.
Фарра уютно устроилась в его объятиях.
— С Лунным Новым годом, Блейк.
Больше никто не произнес ни слова. Они просто стояли рядом, наслаждаясь моментом, и смотрели, как огни расцвечивают небеса так ярко, что ночь превратилась в день.
Начало нового года.
Глава 25
Февраль в Шанхае был беспросветным. Радость от китайского Нового года быстро сменилась дождями, холодом и сыростью. Учеба стала вдвое сложнее, а нагрузка — вдвое тяжелее, чем в прошлом семестре. Крис всё глубже проваливалась в депрессию из-за отца и заблокированных кредиток, а Блейк вел себя странно.
Временами он был прежним — дерзким, обаятельным, готовым в любой момент улыбнуться или отпустить шуточку. В другие дни он становился мрачным и замкнутым, будто его мысли витали за миллионы миль отсюда. Стоило Фарре попытаться выяснить, что не так, как он тут же менял тему или отвлекал её сексом.
Что ж, она позволяла себя отвлечь. Но не сегодня. Сегодня она была твердо настроена во всем разобраться.
Шаг первый: подкупить Блейка едой. Свежеиспеченные черничные маффины Сэмми пахли так соблазнительно, что Фарра едва не съела их сама.
Нет, нельзя.
Нужно оставить их для Блейка. Как говорится, кратчайший путь к мужским тайнам лежит через его желудок. Ну, или как-то так.
Прежде чем идти к нему, Фарра заскочила в женское крыло общежития, чтобы переодеться во что-то более интригующее, чем леггинсы и футболка. Проходя мимо комнаты Кортни, она замерла, услышав на повышенных тонах голос Лео:
— Не могу поверить, что ты скрывала это от меня всё это время!
Глаза Фарры округлились. Она никогда раньше не слышала, чтобы Лео кричал — даже когда Люк пролил соевый соус на его любимый шарф.
Фарра крепче сжала пакет с маффинами. Лекция Блейка по современной истории Китая должна была вот-вот закончиться, но жгучее любопытство заставило её подойти ближе к двери. Сквозь тонкие стены было слышно каждое слово.
— Да ничего такого не случилось! — Кортни явно пошла в атаку. — Мы поцеловались всего раз, но мы с Нардо друзья. И точка.
Фарре потребовалось мгновение, чтобы осознать услышанное. Осознав, она ахнула. Кортни мутила с Нардо? 
Что. За. Бред?
Кто вообще посмотрит на Нардо, когда у тебя есть Лео?
Кортни и Лео, видимо, услышали её возглас, потому что за стеной внезапно стихло. «Черт».
Не успела Фарра сбежать, как дверь распахнулась и на пороге появился разъяренный Лео. За его спиной стояла Кортни и смотрела на подругу огромными глазами.
— Привет, — выдавила Фарра, приподнимая пакет. — Я тут маффины принесла.
— А я уже ухожу, — Лео прошел мимо, едва не задев её плечом. — Приятного аппетита.
Кортни скрестила руки на груди, даже не попытавшись его остановить.
— Что, черт возьми, произошло? — спросила Фарра, когда Лео скрылся из виду. В голове не укладывалось. Лео и Кортни были фундаментом их компании. «Пара номер один», даже если сами они твердили, что не встречаются. Их отношения были самой сутью их жизни в Шанхае.
— Мы поссорились.
— Да ладно? Серьёзно?
Кортни сердито зыркнула на неё. — Хватит сарказма, ладно?
— Прости, — Фарра вошла в комнату и закрыла дверь. — Так... я краем уха слышала что-то про Нардо?
К чести Кортни, она даже не смутилась от того, что Фарра подслушивала. Она лишь опустила взгляд и принялась ковырять носком туфли пол. — Мы целовались на Вечеринке Полнолуния.
Фарра снова ахнула. Обалдеть. Память тут же подкинула картинки той ночи. Всё было как в тумане — музыка, алкоголь, танцы под звездами, — но она припомнила, что Кортни с Нардо куда-то пропадали. Тогда это не казалось чем-то важным, но теперь...
— А я-то думала, вы просто в туалете застряли!
— Там была огромная очередь! И мы не спали. Просто поцеловались.
Фарра потерла висок. Вопросов было столько, что она не знала, за какой хвататься. — Но зачем ты вообще его поцеловала?
Из всей их группы Нардо был последним, с кем Кортни могла бы изменить Лео (да и вообще измена была на неё не похожа). Нардо — претенциозный, невыносимый и даже не особо симпатичный, если только ты не фанатка стиля «хипстер-преппи». А Лео был умным, добрым, красивым и, честно говоря, лучше по всем статьям.
— Не знаю.
— Корт...
Кортни вздохнула. — Я была пьяная и злая на Лео из-за нашей утренней ссоры. А Нардо смотрел на меня так... будто он никогда бы не сказал мне тех гадостей, что наговорил Лео. Поцелуй просто случился. Это паршивое оправдание, но это правда. — Она снова понурилась. — Это было один раз. У нас не было тайного романа всё это время. Мы с Нардо не нравимся друг другу в этом плане. Поцелуй это только подтвердил.
  
В душе Фарры боролись противоречивые чувства. Одна её часть понимала, что Кортни поступила подло. Измена была единственным, чего она никогда бы не простила в отношениях. И дело не в физике, а в доверии. Стоит его один раз разрушить, и восстановить всё будет почти невозможно.