Если мы когда-нибудь встретимся вновь (ЛП)

— Что именно? — Она прижалась к нему плотнее, чтобы убедиться, что он настоящий.
— Играешь с кулоном, когда о чем-то глубоко задумалась. Или нервничаешь. Или злишься. Или грустишь. — Блейк коснулся пальцами серебряной подвески. — Ты вроде не нервничаешь и не злишься, по крайней мере, я на это надеюсь. Так что выкладывай, о чем думаешь.
Фарра накрыла его руку своей.
— Это ожерелье подарил мне отец.
  
При воспоминании о том дне глаза защипало. Папа заехал за ней на их еженедельный обед в In-N-Out. Они всегда ходили туда, потому что сидеть в обычном ресторане было слишком неловко. К её удивлению, он вручил ей подарок сразу после того, как они расправились с бургерами.
— Он купил его на моё пятнадцатилетие. До праздника было еще несколько недель, но он сказал, что не может ждать. Хотел, чтобы оно было у меня пораньше. Это было еще до того, как я застала маму плачущей, и я… — Губы Фарры задрожали. Блейк обнял её крепче и поцеловал в плечо. — Как ни странно, оно меня утешает. Когда оно на мне, кажется, что папа рядом, и я могу сказать ему всё то, что не успела, пока он был жив.
Блейк долго молчал, а потом выдал:
— То есть ты хочешь сказать, что твой отец наблюдал за всем тем, что мы тут сейчас вытворяли?
— Блейк!
— Прости, прости. — Он уткнулся лицом в её волосы. — Вечно я шучу в самые неподходящие моменты.
На губах появилась улыбка. Блейк всегда умел разрядить обстановку.
— Всё нормально. Мне нравятся твои дурацкие шутки. В большинстве случаев.
— Зря ты это сказала, детка. Теперь меня не остановить.
— Ты же великий Блейк Райан. Разве тебя вообще можно остановить?
Он тихо рассмеялся.
— Подловила. Но ты так и не ответила. О чем ты думала на самом деле? Ты замолкаешь только тогда, когда уходишь в себя.
Фарра повернулась к нему лицом. Он был так близко, что она видела каждую веснушку на его носу.
— Я думала о том, как мне повезло встретить тебя.
Его глаза потемнели, став глубокого сапфирового цвета.
— Удача тут ни при чем. — Он заправил прядь волос ей за ухо. — Мы здесь, потому что так и должно быть.
— Ты правда в это веришь?
Фарре очень хотелось в это верить. Если это судьба, то она не могла свести их только для того, чтобы разлучить. Судьба — единственное, что сильнее времени.
— Правда верю.
Фарра позволила его уверенности захлестнуть себя. Она поцеловала его — долгим, медленным поцелуем, в котором страсть нарастала с каждой секундой. Тела сплелись, и она вскрикнула, жаждая этой последней, самой глубокой близости.
— Ты уверена? — прошептал Блейк. Она чувствовала его жар всем телом. Желание стало почти болезненным.
— Да. — Она чувствовала, что просто умрет, если это не случится сейчас. — У меня в ящике есть презервативы. На всякий случай.
Этого было достаточно. Послышался шорох открываемого ящика и треск фольги. Блейк вернулся к ней, осыпая поцелуями и ласками, пока она в нетерпении не впилась ногтями в его спину. Всё её существо было охвачено пламенем. Она могла думать только об одном: Блейк внутри неё.
И наконец, это случилось. Он вошел в неё одним плавным, глубоким движением. Фарра выгнулась навстречу, издав тихий стон, в котором смешались боль и восторг.
Блейк замер.
— Ты в порядке?
— Да. — Она крепко сжала его руки. — Не останавливайся.
Фарра стиснула зубы, когда он снова двинулся. Сначала толчки были медленными; он был таким крупным, что ей потребовалось время, чтобы привыкнуть. Но вскоре мышцы расслабились, боль ушла, сменившись ощущением настолько полным, что перехватило дыхание. Он заполнил её целиком, не оставив места ни для чего другого. Был только Блейк.
Она двигала бедрами в такт, тихо шипя, когда он ласкал её. Фарра не могла поверить, что это происходит. Секс. Но это было нечто большее. Это поглощало разум, сердце и душу. Всё было обнажено перед парнем в её объятиях.
Блейк застонал. Его движения стали быстрее и жестче. Она тянулась вслед за ним всё выше и выше, отчаянно желая снова оказаться на вершине, зная, что на этот раз она будет там не одна.
— Фарра.
— Да? — Она обхватила его ногами, притягивая глубже, пока он не коснулся той самой точки, от которой у неё вырвался судорожный вздох.
— Я люблю тебя.
Говорят, не стоит верить признаниям мужчины во время секса. Что гормоны туманят мозг и заставляют говорить то, чего они не чувствуют на самом деле. Может, для кого-то это и так, но Фарре было плевать на других. Она видела это в его глазах. Завеса спала, и в голубой глубине его взгляда она видела отражение их обоих. Каждое чувство, каждое решение — тысячи лет и миллионы случайностей должны были совпасть, чтобы они оказались здесь в эту секунду.
Она видела всё. И теперь, побывав среди звезд, как она могла не верить в судьбу? Как могла не верить в любовь?
— Я тоже тебя люблю.
Улыбка Блейка могла бы заставить солнце спрятаться от стыда. Чтобы подтвердить свои слова, они вкладывали друг в друга все силы, ускоряя темп и стремясь к пределу.
Фарра первой сорвалась в пропасть наслаждения; Блейк последовал за ней мгновение спустя. Их крики смешались, пока дыхание не перехватило окончательно, и они обессиленно рухнули в объятия друг друга.
Глава 22
Ветер щипал Блейка за щеки, нос и уши. Остались ли у него вообще уши? Он не мог сказать наверняка — тело совершенно онемело.
Он горько пожалел о своем решении в последний раз прогуляться по Тяньцзифану перед окончанием семестра. Этот богемный квартал был одним из любимых мест Блейка в городе: лабиринт переулков, лавочек, галерей и ресторанчиков идеально подходил для того, чтобы скоротать вечер… если только на дворе не зима.
Им стоило пойти в лазертаг, как предлагал Люк. Там бы они точно не замерзли.
— Пойдем куда-нибудь внутрь, — Фарра сжала его руку. — Ты же ледяной.
— Я в порядке. — От дыхания Блейка в холодном воздухе шел пар.
— Говорил я, надо было идти в лазертаг. Говорил я, надень шапку. — Люк покачивался с пятки на носок. Его собственная вязаная шапка плотно сидела на голове, вот же засранец. — Я всегда прав.
— Ты не говорил мне надевать шапку.
— Ну, я бы сказал, если бы знал, что ты этого не сделаешь.
— А как же традиция баловать именинника? — проворчал Блейк.
— Ты сам сказал, что хочешь чего-то скромного. Никаких подарков, никакой вечеринки, — напомнила Кортни.
— Это не значит, что я хочу, чтобы вы все на меня нападали.
— Я на твоей стороне, — Фарра поцеловала его в щеку. — Всегда.
Волна нежности затопила Блейка, согревая замерзшую кожу. Он повернул голову, чтобы ответить ей настоящим поцелуем. Друзья тут же застонали и начали притворно изображать тошноту.
— От вас двоих зубы сводит, — заявила Крис. — Сначала Корт и Лео, потом Лив и Сэмми, а теперь еще и вы. В этой компании только я осталась в здравом уме.
Она переключила внимание на редкую вывеску «Visa» на одном из лотков. Даже в таком туристическом месте, как Тяньцзифан, балом правили наличные. — О, они принимают карты? — Она бросила Блейку темно-синюю шапку, которую тот поймал на лету. — И не говори, что я тебе ничего не дарила.
— Э-э, спасибо.
Крис набрала целую горсть украшений и протянула карту продавцу, который выглядел так, будто не верил своей удаче. Обычно Крис и близко не подошла бы к бижутерии из поддельного серебра, но Блейк подозревал, что она всё еще пытается отомстить отцу за брак с «Рыжим монстром» — так она называла свою будущую мачеху.
Терминал пискнул. Продавец нахмурился.
— Ваша карта отклонена. — Он вернул карту Крис с заметно поубавившимся энтузиазмом.
  
— Это невозможно. Попробуйте еще раз. — Крис сунула ему карту обратно.
Снова отказ.
— Попробуйте эту. — Она достала из кошелька другую карту.
Тоже отказ.
— Всё нормально, — вмешался Блейк. — Я сам заплачу за шапку.