Бей ниже пояса, бей наповал

Ответа не последовало. Джонни схватился за ручку и хотел было потрясти ее, чтобы произвести побольше шуму, но дверь вдруг открылась. Джонни помедлил и, кинув взгляд на Сэма, решительно шагнул в номер.
И остановился как вкопанный. Да так неожиданно, что сзади на него налетел Сэм.
— Какого… — начал было он, но, посмотрев туда, куда уставился Джонни, издал дикий вопль.
Джонни, пятясь, вышел из комнаты и рванул вниз по лестнице. Сэм обогнал его. Когда Джонни спустился на первый этаж и направился к портье, Сэм уже стоял у входа в отель.
— Вы нашли его? — спросил портье.
Джонни кивнул и сказал:
— Вызовите полицию.
— А я думал, вы как раз из полиции, — протянул портье. — С ним что-то случилось?
— Случилось, — подтвердил Джонни, — он мертв…
Разговор с лейтенантом Таргом вышел не из приятных. Конечно, он не стал подозревать их в убийстве Кэссиди. Во-первых, — и служащий отеля это подтвердил, — они не успели бы совершить убийство. Во-вторых, когда прибыл медицинский эксперт, кровь уже свернулась. Смерть, по его оценке, наступила за два часа до обнаружения тела.
Но более всего лейтенанту не понравились явный интерес Джонни и Сэма к произошедшим убийствам, их связи с потерпевшими, а также тот факт, что Сэм прошлым вечером узнал человека со шрамом, но не сообщил об этом в полицию.
Последнее обстоятельство особенно рассердило лейтенанта Тарга, и он устроил Сэму взбучку. Побранив заодно и Джонни, он, однако, отпустил обоих парней восвояси, но строго пригрозил:
— Мне платят за то, что я служу полицейским. Моя работа — расследовать убийства. Если я еще раз услышу, что вы вмешиваетесь в мою работу, я посажу вас в камеру и забуду ее номер. Понятно, Флетчер?
— Понятно, — ответил Джонни.
Уже на улице Сэм сказал:
— Теперь мы хотя бы не будем ловить преступников.
Джонни не ответил. Молча они перешли на другую сторону улицы. Потом Сэм схватил Джонни за рукав:
— Почему ты не отвечаешь мне, Джонни?
Джонни опять промолчал. У Сэма вырвался стон отчаяния, но что было делать.
Также молча они вошли в отель «На Сорок пятой». Увидев их, Эдди Миллер вскочил с места и, щелкнув каблуками, вытянулся по струнке.
— Приветствую вас, мистер Флетчер! — гаркнул он.
— Как дела, Эдди? — поздоровался с ним Джонни.
— Мистер Флетчер, весь отель только и говорит, как вы выудили деньги у скряги Пибоди! Я буду рассказывать о вас моим внукам!
Джонни ухмыльнулся и подмигнул Эдди Миллеру. Потом отсалютовал ему, и Джонни и Сэм вошли в открывшийся перед ними лифт.
Все время, пока они поднимались на восьмой этаж, лифтер, так же как и Эдди Миллер, стоял перед ними по стойке «смирно», а когда двери открылись, восхищенно поблагодарил Джонни:
— Спасибо за оказанную честь, мистер Флетчер!
Джонни вставил ключ в замочную скважину номера 821 и с удивлением обнаружил, что дверь не заперта. Он оглянулся и, убедившись, что Сэм рядом, отворил дверь.
В дальнем углу комнаты, прямо напротив двери, в кресле восседал Морис Гамильтон.
— Здорово, ребята, — приветствовал он вошедших.
— Кто впустил тебя в номер? — возмутился Джонни.
— Горничная, — сказал Гамильтон. — Она тоже ставит на лошадей. Может быть, ты не слыхал, что я принимаю ставки?
— Я слышал, что ты платишь не по правилам, — бросил Джонни. — На своей шкуре убедился.
— Обычно жалуются только проигравшие, — заметил букмекер Мори, — тебе-то что жаловаться, ты же выиграл.
— Ты тут же, на месте, отыграл у меня эти деньги, — сказал Джонни, — какой же здесь выигрыш?
— Выиграл он, — сказал Мори, показав на Сэма.
— И что из этого?
Мори поднялся с кресла.
— Игра моя и правила мои. Никто не выигрывает без моего согласия.
— Ого! — удивленно воскликнул Джонни. — Посмотри на него, Сэм.
— Слушай внимательно, — сказал Мори. — Сейчас ты отдашь обратно то, что выиграл.
— Эти сорок долларов теперь мои! — возмутился Сэм. — Хочешь отнять — попробуй!
— К черту твои сорок долларов! Оставь их себе. У тебя есть кое-что еще.
— Песня?! — воскликнул Джонни Флетчер.
 
— Она самая, — улыбнулся Мори. — Я искал ее здесь, но не нашел.
— Мы не прячем здесь наши ценности, — резко ответил Джонни. — Текст песни хранится в сейфе отделения «Чейс нэшнл бэнк» на Уолл-стрит.
— Ладно, Флетчер, — сказал Мори. — О тебе говорят, что ты шутник. Хорошо, могу посмеяться над твоей шуткой. Ха-ха-ха! Теперь к делу. Мне нужен оригинал песни.
— Ага, значит, ты слышал, как Вилли Воллер говорил, что песня тянет на полмиллиона… — догадался Джонни.
— Парень был пьян.
— Допустим, что он слегка преувеличивал и песня не стоит таких денег. Тогда сколько, тысяч сто?
Мори перевел взгляд с Джонни на Сэма, а затем обратно.
— Ты можешь зайти слишком далеко, если будешь продолжать паясничать.
— А кто паясничает? — спросил Джонни. — Сэм выиграл права на песню, и выиграл честно…
— Вот именно! — подхватил Сэм. — Я ставил сорок долларов.
— Твоя правда, приятель, — сказал Мори и, вынув из кармана толстую пачку купюр, отделил от нее две достоинством по двадцать долларов. — Вот твои сорок долларов, и забудем об этом. Теперь отдавай песню, и дело в шляпе.
Джонни отрицательно покачал головой.
— Могу дать ценный совет, — продолжал Мори, — Сизокрылая Чайка пришла вчера четвертой. Заезд состоится сегодня вечером. Если поставите на нее у другого букмекера, выиграете кучу денег. Идет?
— Нет, — не согласился Джонни.
Мори опять поглядел сначала на Сэма, затем на Джонни.
— Мы не согласны, — заявил Джонни.
— Мы не согласны, — повторил Сэм Крэгг и добавил: — И вообще, мне эта песенка понравилась.
Букмекер шумно вздохнул.
— Парни, — спокойно сказал он, — вы ребята ловкие и с головой и знаете, что мое занятие — принимать ставки на лошадей.
— А Пибоди об этом знает? — спросил Джонни.
— Пибоди? — презрительно произнес Мори. — Да кто он такой?
— Управляющий отелем, — подсказал Сэм.
— Знаю, что управляющий. Он всего-навсего мелкая сошка. Говорю вам, мое дело — небольшой легальный бизнес. Знаете, что это означает?
— Конечно, — ответил Сэм, — принимаете у игроков ставки на лошадей.
Мори уже с трудом сдерживался.
— Все знают, что в этом городе никто не устраивает тотализатор без необходимой поддержки. И вы об этом знаете, и я. Надо платить по долгам.
— Сколько? — спросил Джонни.
— Хватит шутить. Объясняю по-простому. Мои ребята не любят неприятностей, но такова их работа. Если вы мне задолжали, я напоминаю, что надо платить. А если вы не платите, я звоню своим ребятам. И вот тогда вы платите наверняка, понятно?
— Понятно, — сказал Джонни, — но ты, наверно, спутал лошадей и игру в кости.
— Что здесь, что там: проиграл — плати.
— Сэм не проиграл, он выиграл.
— Он выиграл не то, что ему полагалось. А теперь лучше отдавайте песню, и закончим дело.
— А если не отдадим?
— Я же объяснил. К вам пожалуют гости.
— Пусть приходят, — согласился Джонни.
Букмекер Мори покачал головой:
— Подумайте, ребята. Я подожду до… — он посмотрел на свои часы, — до двенадцати дня. Буду у себя в номере.
— Хорошо, — сказал Джонни. — Вот и сиди жди.
Морис Гамильтон вышел из их номера, закрыв за собой дверь. Сэм Крэгг тут же затараторил что-то, но Джонни знаком приказал ему замолчать. Подскочив к двери, он рывком открыл ее. У порога стоял букмекер Мори.
— Кто подслушивает через замочную скважину, — заметил Джонни, — узнает о себе много нового и интересного.
Морис Гамильтон покачал головой и отправился в сторону лифта.
Джонни закрыл дверь и, выждав несколько мгновений, обернулся к Сэму. Сэм стоял у кровати. Его лицо выражало недоумение и страх.
— Джонни, кто придет в гости?
Джонни пожал плечами:
— Хорошо, попробую тебе объяснить. Скажем, ты задолжал букмекеру…
— Я не задолжал!