Попаданка со стажем (СИ)

Кажется, жрец удивляется, но молчит.
В его руках свёрток.
– Следуй за мной, сестра.
Жрец разворачивается и уходит вглубь территории, не заботясь, иду я за ним или нет. Впрочем, он наверняка может слышать и мои шаги, и шуршание ползущей за мной ткани. Надо отдать жрецу должное, он не торопится и не создаёт мне трудностей намеренно.
Он просто приводит меня край жилой части территории, к покосившемуся, наполовину вросшему в землю домику, размерами напоминающими собачью будку.
– Сестра, вы можете переодеться внутри.
Свёртком в руках жреца оказывается грубая роба тёмно-серого цвета. Я принимаю её с благодарностью и захожу внутрь конуры. Стены без окон, свет проникает только через дверь. Потолок низкий, приходится пригибаться. Пол земляной, и лишь по центру постелена старая, пахнущая псиной, циновка.
Жрец прикрывает дверь, но оставленной щёлки достаточно, чтобы ориентироваться. Я сдираю с себя осточертевшее свадебное платье и натягиваю робу. Наверное, её следовало надеть на голое тело, я этот подвиг я оставлю другим. Я надеваю робу поверх нижней сорочки.
Свернув платье, я выхожу:
– Я готова, старший брат.
– Сестра, я впервые вижу настолько самоотверженную девушку. Позвольте выразить вам моё глубокое почтение, – жрец склоняется передо мной в поклоне. – Беспрерывная молитва день и ночь тяжела, но вы отважились молиться беспрерывно семь дней и семь ночей. Сестра, вы можете войти. Через семь дней я приду проводить вас на Небеса.
Эм….?
Из воспоминаний Нишаль я поняла, что во время беспрерывной молитвы меня не будут беспокоить, но я не думала, что реальность окажется настолько сурова…
Впрочем, так даже лучше.
Я опускаю руки позволяю скрученному свадебному платью упасть на землю и, прижав руки к груди, низко кланяюсь в ответ. Лёгким движением ноги я задвигаю платье в домик. Жрец замечает мой манёвр, но не спорит, за что я ему искренне благодарна.
Развернувшись, я присматриваюсь к двери. Замка с внешней стороны нет, но на стенах есть пазы для засова.
– Старший брат, могу ли я потревожить тебя просьбой?
– Говори, сестра. Если это в моих силах…
– Я боюсь. Я боюсь, что окажусь слаба и уступлю соблазну. Старший брат, не мог бы ты запереть за мной дверь?
– Сестра, пути назад не будет. Никто не посмеет нарушить твоё уединение. Твой зов о помощи некому будет услышать.
– Я готова, старший брат. Прошу.
– Да, сестра.
Я возвращаюсь в конуру, и жрец плотно закрывает за мной дверь. Крошечное помещение погружается во мрак. Я подношу к лицу руку, но не могу рассмотреть даже намёка на силуэт пальцев. Сплошная непроглядная чернота. Снаружи раздаётся скрежет, затем лёгкий щелчок – засов лёг, я надёжно заперта.
Разве кто-нибудь усомнится, что я внутри? Главное, не забыть вернуться к открытию.
Шаги стихают.
Я наклоняюсь, подбираю остатки свадебного наряда и перекладываю на циновку – сойдёт вместо временно подушки. Что же, приступим. Я потираю руки и, устроившись поудобнее, насколько это возможно, мысленно приказываю браслету появиться. Помещение озаряет призрачный свет голографического экрана. Я открываю каталог системы.
Экстренная коробка обеда за символический один карат мне не нужна, выбираю премиум-завтрак за восемь и за два карата – светлячок, описание обещает три часа ровного дневного света. Я подтверждаю покупку, караты списываются со счёта, а передо мной привычно возникает вращающаяся с бешеной скоростью чёрная воронка. Впрочем, в темноте её не рассмотреть, только разноцветные звёзды проносятся яркими чёрточками. Я протягиваю обе руки. Первым из воронки выпрыгивает шарик, размером с куриное яйцо. Я сразу же посылаю импульс активации, подбрасываю волшебное солнышко к потолку.
Другое дело!
Но вот полузаросшую решётку воздуховода лучше бы я и дальше не видела. Впрочем, надо признать, она работает, задохнуться мне не грозит.
Следом за светлячком из воронки выпадает внушительная коробка. Аромат сдобы щекочет ноздри. Я с удовольствием вздыхаю запах вкусностей, но начинаю всё же с воздушного омлета. Тончайшие кружевные блинчики щедро политы кленовым сиропом, тающем на языке с лёгкой кислинкой. Сочная ветчина с салатом из сладких кореньев тираса, растущего лишь в благословенных эльфийских лесах. Я выпиваю собранный пикси цветочный нектар, а завершаю завтрак крошечной порцией крепкого кофе.
 
На сытый желудок думается лучше. Я складываю грязную посуду в коробку, отодвигаю в сторону и сосредотачиваюсь на окружающем пространстве.
Я привыкла, что магия буквально бурлит вокруг меня. Пожалуй, теперь я понимаю, о чём говорил оператор. Моя душа была выдернута из мира с очень низким, почти нулевым магическим фоном. С каждым перерождением градус магии стремительно повышался, и, с одной стороны я очень быстро набирала силу, с другой стороны, душу обжигало, будто слабым раствором кислоты. Сейчас, когда магии вокруг значительно меньше, я ощущаю разницу, ощущаю невероятную лёгкость. Здесь мне хорошо, приятно. Но в то же время… Если сравнить резерв с ведром, то раньше я черпала из озера, а теперь должна наскрести из лужи на асфальте.
Я концентрируюсь и стягиваю к себе всю доступную магию. Энергия течёт по телу, и я привычно направляю её в район солнечного сплетения, восполняю резерв. Так мало? Мне не удалось восполнить утренние затраты даже на треть.
Пожалуй, стоит остановиться и больше магию пока не трогать – мало ли кто заметит дыру в магическом фоне? Уровень энергии быстро выровняется – закон сообщающихся сосудов в действии – но всё же…
Я обращаюсь к воспоминаниям Нишаль. Магией она никогда не интересовалась, ведь чтобы овладеть даже простым заклинанием, нужно быть достаточно упорной. Нишаль учиться не любила, и снова винить её в этом трудно. «Сестрёнка, это я, незаконнорожденная, должна корпеть над книгами и портить цвет лица, а ты единственная дочь губернатора, в будущем тебе достаточно оставить скучную работу слугам, не утруждайся, береги себя». Нишаль верила. Нет, кое-что полезное из её памяти я почерпнула. Например, что целителей ценят и уважают, и что оператор упоминал смерть второй дочери министра юстиции, но Нишаль ещё раньше слышала, будто сын министра тоже болен.
Хм… Уважаемый министр, готовьте ваши денежки, они мне очень нужны.
Планы у меня грандиозные, так что стоит поспешить. И вообще, я не собака, чтобы в будке сидеть. Я прикидываю, насколько мне хватит резерва… Тц, всё же невозможность быстро восстановиться заставляет меня чувствовать себя неприятно.
В поисковой строке каталога на виртуальной клавиатуре я вбиваю «заряженные накопители» и уточняю «ювелирная форма изделия». Ну и пару дополнительных параметров – мне нужно, чтобы у кристалла был постоянный контакт с кожей, и чтобы он был заточен именно на восстановление резерва мага, а не, допустим, на подпитку артефакта. Многоразовый? Нет, одноразовый – зарядить большой объём в этом мире довольно трудно, а выбрав одноразовый, существенно сэкономлю, всё равно на следующее перерождение с собой не утяну – привязка предметов слишком дорогая, тратиться ради сохранения рядовой побрякушки точно не стоит.
Открывшаяся чёрная воронка послушно выплёвывает серебряный ободок с овальным идеально-прозрачным камнем. Я поспешно надеваю браслет, убеждаюсь, что сидит он прочно. Вот, больше не чувствую себя голой.
А браслетик даже лучше, чем на картинке в каталоге. Почему модель не назвали «Луна в зимнем небе»? Дизайнеры любят обзывать свои изделия по-всякому.
Ну и последняя покупка – дешёвенький плащ с лёгким эффектом отвода глаз, который продержится всего час. Отвод глаз я сама обеспечу, так что максимальная экономия, я и так растратилась.
 
Караты мне начисляют за то, что я работаю фильтром – пропускаю через себя сырую энергию, часть пускаю на заклинания, часть впитывает душа, а часть отщипывает Система. До сих пор я придерживалась принципа, что расход должен быть меньше дохода хотя бы на треть, тогда на счету всегда будет приятная, вселяющая уверенность сумма. Но… Похоже, в этом мире придётся сделать исключение.