Одержимость Альфы (СИ)

Мешочек с деньгами привязываю на поясе, длинна шнурка позволяет и ухожу в противоположную сторону от выбранного мужчиной направления. Сейчас утро и у меня есть возможность осмотреться, и он прав посмотреть на конкурентов не помешает.
Похоже даться мне предстоит каждый день и это без регенерации так что нужно опасаться серьезных ранений. Сложно перестраиваться, когда всю жизнь имеешь что-то, а потом у тебя это забирают. Так словно с мясом выдергивают, но приходится подстраиваться и идти вперед.
Осматриваюсь по сторонам и понимаю, что поселение живет скромно по нашим меркам. Маленькие домики, хотя, скорее, даже халупы из непонятных материалов. Ограждение по кругу, видимо поблизости водятся хищники иной причины возводить забор, когда даже украсть нечего не вижу. Немного в отдалении вижу загон с сиомами.
Присмотревшись повнимательнее, замечаю дом вожака. Также халупа, но сделана добротно. Хотя не удивился бы если местные жили в палатках, но хоть какие-то, но дома. Решаю прогуляться и обозначить количество охраны и все же посмотреть на конкурентов. Но пройдясь по территории так, и не нахожу никого хоть отдаленно смахивающего на пришлого воина. Все местные и это заметно сразу.
И только возле самого ограждения именуемого забором или стеной от недоброжелателей замечаю ладьи, наполненные водой, а возле них мужчин. Они умываются и смывают с себя кровь, вот это именно те, кого я искал. Такие же пришлые воины пришедшие в поисках наживы.
Чем ближе подхожу, тем лучше слышится бранная речь и пошлые шуточки. Мужчина обсуждают бой и параллельно проведенные ночи с рабынями.
– А она глазки опустила в пол и расплакалась...
Долетает до меня часть разговора.
– А ты что?
– Поставил на колени и заставил сделать то ради чего их тут держат.
Услышав эти пересказы четко понял, что нужно готовиться к худшему. Если драться каждый день, то организм попросту не восстановится, но лучше так, чем один из этих самцом будет так обращаться с моей Хеленой.
Становлюсь рядом и смываю с себя грязь и кровь, а параллельно осматриваю оппонентов. Достаточно крепко слаженные мужчины их с разбегу не преодолеть, но и сдаваться не намерен. Мы успеваем перекинуться парочкой фраз, как до нас долетают крики женщин.
– Откуда ты такая взялась на мою голову, – кричит пожилая женщина.
Не поворачиваюсь, меня мало интересует ссоры местных.
– Не могу я сидеть в пещере. Лучше тяжкий труд, чем целый день ждать своей участи, – отвечает девушка с мелодичным голосом.
– Будет тебе труд. Ночью и днем. А ну пошла неблагодарная, – пуще прежнего кричит женщина.
Что-то заставляет обернуться и все же посмотреть кого она так проклинает. А когда вижу Хелену, то до глубины души поражаюсь, как ей удалось выбраться наружу и еще так быстро. Ведь просил сидеть тихо, а она не послушала. Явно специально нарывается на неприятности.
– Будешь прислуживать вожаку, а у него нрав тяжелый. В следующий раз будешь сидеть тихо и помалкивать.
А дальше на моих глазах разворачивается театральная игра. Даже не знаю аплодировать или отшлепать ее по попе за такую самодеятельность.
– Нет, только не к нему, я боюсь, – Хелена прикладывает руки к груди и округляет глаза, как будто сильно напугана.
Хороша чертовка. Добилась, чего хотела.
– Он с тебя всю спесь собьет, – продолжает напирать женщина, видя испуг ведьмочки.
– Пощадите, – почти плача умоляет Хелена.
Изворотливая. Чем больше выказывает страха, тем сильнее утверждается в своем решении пожилая женщина.
– Вперед пошла. Для начала приберешься в доме, а потом будешь прислуживать вожаку во время состязания, и чтобы помалкивала, а то он и изуродовать может.
Женщины уходят, а я так и остаюсь стоять на месте пораженный до глубины души.
  
Глава 5. Хелена
 
Привыкла рассчитывать исключительно на свои силы. Можно полагаться на другого человека, но гарантий, что он сделает все правильно и в срок, никаких. Еще в детстве меня приучили к тому, что нужно все делать собственными руками.
 
В ковене мне преподносили урок за уроком. Абсолютно всем было безразлично, что еще маленькая, что нет за спиной надежной защиты в виде матери, которая направит и подскажет. Мать умерла при родах, а отца вообще в глаза не видела, и все мои родные это ведьмы ковена. Хотя если говорить на чистоту, то лучше вообще без родных, чем такие.
Росла как сорняк, который каждый пытался выдернуть из почвы, чтобы донести одну простую истину, что я здесь никто и зовут меня никак. По мере взросления много было пролито слез, а в душе поселилось дичайшее непонимание за какие прегрешения со мной так поступают. Когда немного подросла и вступила в пору подросткового возраста, научилась держать удар.
Это были действенные уроки, на перспективу, чтобы не доверяла никому. И я не доверяла, всегда ждала удара в спину, и он прилетел именно тогда, когда нуждалась в поддержку. Когда моя магия начала пробуждаться. Не те маленькие крохи, с которыми рождается каждая ведьма, а сильная и полноценная магия.
Именно в тот момент на меня обратила внимание верховная, это и стало моей погибелью. С высоты своего опыта она смогла рассмотреть перспективы и начала потихоньку тянуть из ничего не понимающей девушки магию. А вместе с ней уходили мои жизненные силы, пока сверстницы учились колдовать и развивались, я пыталась уцепиться за те крохи, которые мне были подвластны, и с каждой неделей мне становилось все хуже.
Магия, которая должна была постепенно развиваться, будто стояла на месте, а наставницам было все равно, они выжимали на тренировках последние мои силы. И как результат к вечеру падала на кровать словно старуха, а не юная девушка.
Сейчас повзрослев и разобравшись в потоках магии понимаю, что они не могли не заметить, что со мной происходило. Что-то противоестественное, но они молчали. Видели и бездействовали. Молча смотрели, как по крупицам уплывает моя жизнь вместе с даром.
Нашу верховную боялись все без исключения и не перечили. Только по счастливой случайности одна из ведьм пощадила меня и объяснила, что именно происходит и помогла бежать. Это стало моим спасением. Чем больше находилась без воздействия пиявки верховной, тем лучше начинала себя чувствовать.
Не сразу, но получилось восстановиться и раскрыть свой потенциал, а сейчас снова на мели. Словно маленькая девочка, которая еще не познала всю прелесть колдовства. И это сотворили со мной духи ведьм, не думаю, что зелье, которое дала верховная ведьма Мораду настолько пагубно повлияло.
Она рассчитывала и дальше тянуть из меня силы и вообще не могла знать наперед, на ком оборотень испробует зелье.
Вся эта гнетущая атмосфера заточения и отчаяния унесла далеко в прошлое. Воспоминания мелькали в памяти и подкидывали самые ужасные моменты, но если тогда справилась, то и сейчас смогу.
Больше никому не позволю сломать себя.
Пусть меня считают рабыней, но это не означает что я ею являюсь.
Вот и сейчас наученная горьким опытом промолчала, когда оборотень просил, хотя нет, он не просил, он приказывал в свойственной ему манере не вмешиваться и помалкивать. Сидеть тихо и не нарываться на неприятности.
Но неприятности сами нас нашли, перевернули наши жизни и закинули в одну упряжку.
И с чего вдруг он решил, что стану ропотной ланью и буду слушать каждое его слово. На своих землях, в стае он закон, а здесь такой же подневольный человек, как и я. То, что у него больше поле для маневров не отменяет того факта, что мы тут чужие и нас могут выставить вон в лучшем случае.
Женщина привела меня в отдельную пещеру где содержались такие же рабыни. Стоит только посмотреть на девушек и становится понятно, надеждой здесь не пахнет. Они опустили руки и смирились со своей участью. Уверена, что беспрекословно выполняют все поручения и служат развлечением для мужчин.
Судя по забитости этих девушек, выведать хоть какую-нибудь информацию не выйдет. Скорее всего они и глаза бояться поднять от пола, значит нужно расшевелить старую надсмотрщицу.