Книжные хроники Анимант Крамб

Конечно, мистер Кент предполагал, что все, что мне остается делать в этой жизни, – это осматривать достопримечательности Лондона. Наверное, он был бы прав, если бы речь шла о любой другой девушке, но не обо мне.
– Я вынуждена разочаровать вас, мистер Кент. У меня не было на это времени, – призналась я, и мистер Кент удивленно взглянул на меня. Поначалу он даже не знал, что сказать, потому что, вероятно, это был не тот ответ, которого он ожидал. Он, возможно, распланировал весь диалог, а теперь был сбит с толку.
– И чем же вы занимались? – спросил он, и на его губах появилась неуверенная улыбка.
Я не была уверена в том, какова будет его реакция, если я скажу правду, но я точно знала, что в любом случае сделаю это.
– Я устроилась на работу. И трачу свое время на нее, – ответила я, наблюдая за его выражением лица и за тем, как у него на мгновение пропал дар речи. Его глаза в ужасе уставились на меня, а рот остался открытым.
– Ваши родители знают об этом? – пораженно уточнил он, и я задержала дыхание, не зная, стоит ли мне посмеяться над этим или глубоко оскорбиться.
– Это было идеей моего отца, – объяснила я настолько спокойно, насколько это было возможно, и все же сама услышала напряженность в своем голосе. Все же я приняла это за оскорбление, даже учитывая, что сама спровоцировала такую ответную реакцию.
– Уильям, не все считают, что единственный вклад женщины в общество – это рожать детей и молча улыбаться, – вдруг послышался голос, и я тут же повернула голову в его сторону. Мой живот отреагировал быстрее, чем мой разум. Потому что в нем начало приятно покалывать еще до того, как я осознанно сопоставила голос с его обладателем.
– Мистер Бойль, – поприветствовала я, едва узнавая свой голос, настолько восторженно он прозвучал. Как у влюбленной дурочки. Я испугалась самой себя.
– Я никогда не утверждал ничего подобного, Уинстон, – возмутился мистер Кент, и его лицо приобрело мрачное выражение.
Было очевидно, что они хорошо знали друг друга, и, судя по язвительным комментариям, у них были не очень хорошие отношения.
– Ах нет? Может, тогда тебе стоит воздержаться от оскорблений в сторону мисс Крамб, – сказал мистер Бойль, и я увидела, как они стоят друг напротив друга, молча обмениваясь взглядами.
Мистер Бойль выиграл, когда мистер Кент прикусил нижнюю губу и на мгновение закрыл глаза. Он снова их открыл, расправил плечи и повернулся ко мне.
– Прошу прощения, мисс Крамб. Я выбрал не совсем правильные слова, чтобы выразить свои мысли должным образом, – чрезвычайно формально начал извиняться он, и я кивнула ему. – Я лишь хотел отметить, насколько необычно для молодой девушки вашего положения заниматься подобными вещами.
– И вы не ошиблись в этом, – ответила я так, чтобы он понял, что я его прощаю. Ведь именно так поступает открытый миру взрослый человек, которым я считала себя. Только потому, что мистер Бойль стоял рядом с нами. – Две недели назад я не думала, что вдруг окажусь в Лондоне и буду заниматься целыми днями сортировкой книг.
Мистер Кент кивнул, улыбнулся и затем поморщился, словно у него внезапно заболел зуб.
– Мне жаль, мисс Крамб. Но я просто не могу этого понять. Зачем вы ходите на работу, если у вас есть возможность заняться более приятными делами? – поинтересовался он, и я задалась точно таким же вопросом.
Я могла бы остаться дома и читать книги. Несмотря на это, я здесь, и в понедельник снова пойду в библиотеку, и вновь буду чувствовать себя усталой.
Что мной движет? Почему я считаю эту работу такой важной?
Потому что она важна для меня. Сначала мысль о побеге привела меня в Лондон, потом гордость удержала меня здесь. Теперь, после того как я отказалась зависеть исключительно от мнения мистера Рида, я уже не понимала, зачем я все это делаю.
– Женщины тоже стремятся придать своей жизни смысл, Уильям, – сказал мистер Бойль, потому что я слишком долго тянула с ответом. – Я считаю мисс Крамб амбициозным и чрезвычайно любопытным человеком. А желание узнавать новое весьма трудно остановить, – произнес он, и я взглянула на него широко раскрытыми глазами.
 
Амбициозность и любопытство, сказал он, и, хотя мы совсем мало что знали друг о друге, он понимал меня даже лучше, чем я сама.
– Мистер Бойль прав, – подтвердила я, не в силах скрыть улыбку на губах. В животе начало покалывать все сильнее, а сердце забилось быстрее, хотя и для того и для другого повода не было.
– Да, как и всегда, – достаточно горько выдавил мистер Кент.
Его реакция удивила меня, и я вопросительно взглянула на него.
Мистер Кент фыркнул, тяжело сглотнул и не отрывал взгляда от мистера Бойля.
– Это только между Уинстоном Бойлем и мной, мисс Крамб. Я не хочу вас больше обременять этим. Прошу меня извинить, – коротко сказал он, сухо поклонился и ушел.
Это действительно раздражало, и я сразу же почувствовала необходимость как можно более подробно узнать о том, что произошло между ними.
Мой взгляд вернулся к мистеру Бойлю, которому эта ситуация казалась неприятной. Он посмотрел на меня и слегка прочистил горло.
– Простите, мисс Крамб, вас это, должно быть, напугало, – начал он извиняться, и я тут же прервала его, положив ему руку на плечо. Кончики моих пальцев слегка дернулись.
– Мистер Бойль, вы ведь знаете, что меня не так легко напугать. Мне даже любопытно, – призналась я и усмехнулась.
Мистер Бойль облегченно выдохнул и сделал шаг ко мне, так что мы стояли близко друг к другу у камина, как два близких человека, шепчущие друг другу секреты.
– Уильям Кент, мягко говоря, весьма зол на меня за то, что я расторг помолвку с его сестрой в прошлом году, – признался мистер Бойль, и я вздрогнула. Мой взгляд последовал за его и остановился на бедной, невзрачной девушке с бледным лицом, которую, как я думала, красота обошла стороной. Мистер Бойль был помолвлен? С ней?
Мистер Бойль, должно быть, уловил мое удивление, потому как сразу начал объяснять.
– Это был своего рода договор между нашими родителями, когда мы были еще детьми. Их целью всегда было объединение наших семей, а поскольку у меня нет братьев и сестер, а у Кентов только девочка, все было решено, как только родилась Ванесса. – Его голос был спокойным и пояснительным, и я внутренне немного расслабилась.
– И почему же она пошла против воли родителей? – спросила я почти шепотом, и мое сердце забилось в груди еще громче.
Мистер Бойль улыбнулся, и его губы так очаровательно изогнулись, что я на мгновение задержала на них взгляд.
– Ванесса милая девушка, и я ни в коем случае не хочу говорить о ней плохо, – сказал он, опуская лицо еще ближе к моему, чтобы никто, кроме меня, не мог услышать его слов. – Но я предпочитаю, чтобы девушка со мной была на равных, а не представляла собой немую куклу без собственного мнения из-за устаревших взглядов родителей на методы воспитания.
Мурашки поползли по моим рукам, когда я поняла, что он хотел этим сказать. Я глубоко вздохнула, задержала воздух, а затем посмотрела мистеру Бойлю в глаза, в которых медовым золотом плясали отблески каминного огня.
– Но я предлагаю перейти к более легкой теме разговора, чтобы я еще больше не вспотел, – пошутил мистер Бойль, не прерывая зрительного контакта.
– Если вам это поможет, – отозвалась я шутливым тоном, как будто именно он тот, кто только что потерял над собой контроль, а не я.
– Вполне, мисс Крамб. В конце концов, я еще должен рассказать вам о своем путешествии на дирижабле, – сказал он, указывая рукой на узкий диван, чтобы мы сели.
Я, как леди, взяла юбку двумя пальцами и слегка приподняла подол над полом, чтобы сделать шаг к сиденью. Мне казалось, что мои ноги парят в воздухе так же, как и подол моего платья, и на ватных ногах я села на маленький диван.
Мистер Бойль сел рядом со мной, представляя собой интересную смесь сдержанности и самоуверенности, и начал рассказывать мне о полете, прерываясь на мои бесчисленные вопросы.