Резервация «Восток» (СИ)
Гэндзи хотел было сказать в очередной раз, что он согласен принять участие в матче, но осекся под взглядом главы рода и клана.
— Гэндзи, я тебе уже говорил: ты должен научиться приостанавливаться. Нельзя бежать по дороге жизни столь быстро, так ты можешь упустить много важного.
Юноша под строгим взглядом главы клана поклонился в очередной раз, после чего внимательно посмотрел на главу рода, ожидая продолжения.
— Если ты так и будешь пытаться меня перебить, то так и не узнаешь, для чего именно я тебя сюда позвал. А сделал я это для того, чтобы рассказать о том, что семнадцать лет назад русский царь под взором Аматерасу в храме Исэ обещал мне, что ты станешь императором. Это тот самый путь мира, который он мне предлагал: ручной император, фигурка как в кукольном театре. Владеющий только тем, до чего ему разрешает дотянуться кукловод. Но тайно встречался я не только с русским царем, десять лет назад мы беседовали с английским королем. Он не обещал мне ничего, но кроме ранее утерянного Небесного меча дал мне все инструменты и знания, чтобы я мог сделать наш род императорской фамилией.
Не сразу Гэндзи понял и осознал сказанное. Но когда понял — не смог сохранить бесстрастное выражение лица.
— Путь, который показал мне английский король, предполагает войну. По итогам которой мы можем обрести и армию, и контроль над своей землей, и суверенитет, избавившись от внешнего управления кукловодов. Если ты принимаешь путь мира и хочешь попробовать стать императором — что мне было обещано и эти обещания до сих пор в силе, их гарантом выступает президент Российской Конфедерации, ты будешь заключен на три недели под стражу в цитадели. После матча — если невероятным образом Рейдзи Александров в нем выживет, ты сможешь сбежать из цитадели, отречься от рода и сообщить о нашем сегодняшнем разговоре русской царице или президенту. Если же ты готов пойти вместе со мной по пути к свободе, то тебе нужно будет пойти и самому убить Рейдзи Александрова. Три клона, которые будут участвовать в матче, превосходят способностями не только этих трех гайдзинов, но и три сотни таких гайдзинов вместе с самим Таро Судзуки, тебе будет нужно лишь нажать на спуск в нужный момент. При этом тебе нужно знать: я, как глава рода, поддержу любой твой выбор. Обдумай до вечера все, что услышал от меня, место к этому располагает, — широким жестом обвел вокруг себя Ичиро, неспешно поднимаясь. — Когда сделаешь свой выбор, я жду тебя в цитадели. Решение за тобой.
— Мне не нужно времени на решение, Ичиро-сама, — без промедления поднялся с со своего места и Гэндзи.
Глава 11
Дверь закрылась, и Гэндзи Маэда наконец остался в одиночестве.
Покинувшие комнату распорядитель арены и целитель проводили все необходимые процедуры по проверке активированных браслетов негаторов магии и Сферы жизни. И только сейчас, когда он остался в комнате один, Гэндзи позволил себе поморщиться: ощущением пустоты тянуло так, как тянет голодом пустой желудок. Только от действия браслетов-негаторов подобные ощущения были по всему телу. Неприятно.
Блокировка дара и способностей Гэндзи совершенно не нравилась, но таковы правила участия в смертельном матче. Поэтому он принимал неудобства стоически.
Подождав, пока усилившиеся ощущения тянущей пустоты после проверок целителя немного угаснут, Гэндзи начал одеваться. За это время дискомфорт почти исчез, осталось только ощущение инородной тяжести в спине и шее.
Впрочем, не обращать на это внимание он уже научился — браслеты-негаторы и Сферу жизни ему поставили два дня назад, успел привыкнуть. Все еще периодически морщась, Гэндзи — надев приготовленный для участия в матче костюм, подошел к зеркалу. Морщился он теперь, правда, не от вызываемого браслетами-негаторами дискомфорта, а совершенно от другого: раньше ему нравилась школьная форма, сейчас вызывала отвращение.
«Только война даст нам возможность получить свою армию, контроль над своей землей и свободу воли, иначе называемую суверенитетом», — вспомнил Гэндзи слова главы клана Ичиро, глядя в свое отражение.
На нем сейчас была японская школьная форма, мужской вариант — под названием гакуран, созданный по образу и подобию западных военных мундиров. Черные штаны, черный китель с воротником стойкой, белая рубашка; на верхние пуговицы Гэндзи китель и рубашку не застегивал, а наоборот максимально растянул ворот, чтобы выглядеть как можно более небрежно. Глядя на себя в зеркало, он сейчас думал о том, что если с самого детства нация слепо подражает культуре инородцев, о каком суверенитете духа может идти речь?
Кулаки юноши невольно сжались, но усилием воли он заставил себя успокоиться. Осталось совсем немного до момента истины, эмоции лучше приберечь на потом. Резко выдохнув, Гэндзи повернулся к столу. На котором лежал последний элемент наряда для участия в смертельном матче — черная маска с рогами и гримасой демонического оскала. Маска была с густым париком жестких волос, так что закрывала голову Гэндзи полностью, сохраняя инкогнито.
Последний раз взглянув в зеркало, Гэндзи надел на себя маску. Поле зрения сразу сузилось до размеров прорезей для глаз. Несколько секунд потребовалось на настройку встроенного визора, после чего взору вновь вернулся полный обзор. Подхватив со стола дробовик, Гэндзи подошел к двери и замер в ожидании. Через полминуты комната погрузилась в полумрак, а чуть погодя контур двери замигал желтым отсветом: участникам предлагалось подготовиться к выходу.
Как только желтый свет контура сменился зеленым, юноша — резко толкнув плечом дверь, вышел из номера. Сделал два шага, остановился у ограждения галереи, обозревая пространство вокруг.
— До-о-обрый вечер уважаемые гости! Сегодня я имею честь приветствовать вас на закрытом смертельном матче нашей Грязной, очень грязной лиги, если вы понимаете, о чем я…
Гэндзи прекрасно понимал, о чем именно сейчас говорит ведущая — больше похожая на шлюху из заведения средней руки в Кабуки-тё. Грязь в Грязной лиге, на его взгляд, заключалась совсем не в стремлении к похоти, что пыталась сейчас продемонстрировать кривляющаяся женщина. Грязная лига изначально не подразумевала честных условий соревнований — на то она и грязная, потому что преимущество в ней можно попробовать купить.
Ведущая говорила что-то еще, но Гэндзи больше не слушал ее противный мерзкий голос — не обращая на него внимания, как не обращают внимания на звучащие объявления на вокзалах и в аэропортах. Он теперь внимательно осматривался по сторонам.
Смертельный матч проходил в пригородном гостиничном комплексе — это было двухэтажное квадратное здание со внутренним двором под открытым небом, вокруг которого раскинулся сад с многочисленными беседками, скоплениями валунов и горбатыми мостиками через журчащие ручьи.
Идеальная площадка для командного поединка — который можно затянуть, сразу после начала покинув здание и рассредоточившись по обширному парку, либо же решить все сразу, даже не покидая стены гостиницы и без оглядки на присутствующих здесь гостей. Их здесь собралось немало: внутренний двор здания, сейчас превращенный в площадку ресторана, занимало девять длинных столов. За ними располагались зрители — около трех десятков, и все они уже готовились наблюдать смертельный матч, которых привлек к себе столь широкий ажиотаж.
Перед самым началом командного поединка, ограждая внутренний двор от остальной территории гостиничного комплекса, поднимутся прозрачные стены, создавая защитный короб для гостей. Которые таким образом смогут либо наблюдать поединок вживую — если схватка будет происходить на открытых галереях первого и второго этажей, либо на экранах, если действие переместится в парк.
Гэндзи один раз уже был здесь, в этом гостиничном комплексе. Только на мероприятии не Грязной, а Синей лиги — специализирующейся на гладиаторских поединках, и был здесь в качестве зрителя, а не участника. Тогда происходило все наоборот: зрители собирались на галереях, а гладиаторы сражались с монстрами во внутреннем дворе.