Резервация «Восток» (СИ)
— Вот так просто у меня будет возможность выбирать? — спросил я, памятуя об упомянутом императрицей выражении «жить или умереть», когда она анонсировала откровенный разговор.
— Избавиться от тебя я сейчас могу в любой момент, если ты на это намекаешь. Но получив ситуативную и весьма спорную прибыль, я не могу даже представить негативные последствия такого своего решения. Потому что пойти против воли набирающей силу богини… На дистанции стратегического планирования это может аукнуться очень страшными последствиями. А учитывая реальный вариант получить тебя в надежные союзники, с моей стороны это будет величайшей глупостью. Если же ты примешь решение и вернешься в Польшу, чтобы попробовать организовать новый поход на Москву… я приложу все наличные силы для того, чтобы тебя уничтожить, и эти силы у меня будут, поверь.
Некоторое время стояло молчание. Потом императрица поманила меня за собой, и мы вышли из кабинета. Молча прошли по многочисленным лестницам, поднимаясь обратно наверх, на обзорную галерею. Заговорила императрица только тогда, когда мы остановились, любуясь северным морем.
— Ты, наверное, очень хочешь задать мне вопрос.
— Да.
— Так задавай.
— Почему ты так уверена, что забрав силу и оказавшись у трона, я стану твоим надежным соратником, а не попытаюсь этот трон забрать, пользуясь своим происхождением?
— Откровенный вопрос. На который будет откровенный ответ, — улыбнулась императрица, которая никак не отреагировала, что я перешел на «ты».
Отвернувшись, Ольга помолчала немного, потом — не глядя мне в глаза, заговорила.
— Данная богами сила — это и слабость тоже. Если ты примешь дар богини, ты будешь ограничен в своих решениях и поступках. Богиня определенно не хочет, чтобы Япония превратилась в выжженную пустыню. Что неизбежно случится, если ты попробуешь занять трон Российской Империи. Просто потому, что в своей борьбе ты будешь опираться в первую очередь на обожествляющий тебя народ, среди которого как нигде сильны идеи расовой нетерпимости, национализма и собственной избранности. С таким набором весь мир не покорить, союзников — тем более таких, чтобы занять среди них главенствующую роль, ты просто не найдешь, а без союзников станешь просто кормом. В истории был всего один случай, когда страна в одиночку играла против всего мира — это была Россия, во время Крымской войны, и сумела тогда лишь свести матч вничью. Япония против всего мира? Смешно. У тебя может быть и будут некоторые успехи, но это обреченная на неудачу затея, в попытке захватить мир ты захлебнешься уже в Китае, даже на Австралию инерции разгона вряд ли хватит. Поэтому уверена, если ты используешь силу богини для подобной попытки, богиня же тебя и уничтожит. Если же ты откажешься от божественного дара, тебя скорее всего убью я. Просто потому что ты — реальная угроза моему существованию. Если ты мне не надежный союзник, то ты автоматически становишься моим врагом, даже не противником. Полагаю, нам с тобой обоим не нужен мир, в котором не будет России. А я — ты это и так понимаешь, но, наверное, нужно сказать вслух: я не могу представить Россию, в которой не будет меня. И не сомневайся, я готова залить все кровью так же щедро, как это сделал наш государь почти сто лет назад. Так предельно откровенно?
— Да.
— Вот и хорошо. Пойдем обратно, угощу тебя обедом, — подала мне руку императрица и через пару мгновений мы вновь оказались в картинной галерее выпускниц рядом с портретом Саюми Кодзимы.
— Нам туда, стол уже накрыт, — показала мне направление Ольга. Она встала так, что мне не оставалось ничего другого как выставить локоть. Императрица взяла меня под руку, и мы вместе направились в сторону обеда.
«Шеф, шеф, прием, вы здесь?»
«Да»
«Шеф, что это было? Меня как будто заархивировали, замуровали, заморозили! Я чуть с ума не сошла — билась как муха об стекло, пока вы тут три часа без движения стояли!»
«Альбин, не кричи».
«Я не кричу!»
«Три часа? Ты уверена?» — зацепился я за ее слова. По ощущениям, мы не больше получаса с императрицей разговаривали.
«Двадцать семь минут», — сбавив тон, нехотя признала Альбина.
«Расслабься и не паникуй, все под контролем»
«Точно?»
«Точно»
«Уверены, шеф? Точно все хорошо?»
Я только вздохнул.
Все просто тип-топ, Томии, как однажды сказал один широко известный в России моего старого мира киногерой.
Глава 4
Солнце клонилось к закату, просторный рабочий кабинет освещали яркие лучи багрянца. Императрица Ольга сидела за столом, откинувшись на спинку кресла и закрыв глаза.
— Боже, как же я устала, — пробормотала она едва слышно.
За спиной императрицы стояла удивительно красивая высокая девушка с волосами цвета воронова крыла и подсвеченными ультрамариновым отблеском глазами. Анастасия Юсупова, известная как Королева Юга и главная соперница Ольги в борьбе за трон Российской Империи. Анастасия сейчас массировала плечи расслабившейся императрице.
— Настя, если бы ты знала, как меня это все заколебало, — честно призналась Ольга, пользуясь редкой минутой доступной слабости. — Это просто какой-то пи…
— Ваше императорское величество, вам не следует выражаться таким образом на людях, это может сказаться на репутации, — прервала Анастасия Ольгу на полуслове.
— Что мне, интересно, надо сделать, чтобы это сказалось перед тобой на моей репутации? — со смешком произнесла императрица, не открывая глаз.
Анастасия, хотя Ольга и не видела ее лица, тоже улыбнулась. С самого рождения они обе волей родителей шли к тому, чтобы занять трон Российской Империи, обе в качестве инструмента кукловодов. Но сложилось так, что волею высшей сущности они из соперниц превратились в соратниц. Став при этом гораздо ближе чем сестры — обменявшись памятью и получив нерушимую и постоянную эмоциональную привязку.
— Здесь не только я, — произнесла Анастасия.
Ольга открыла глаза, понимая, что во время массажа впала в полудрему и не заметила появление третьего в комнате.
— Я ничего не слышал, — произнес Сергей Александрович Николаев, президент Российской Конфедерации, усаживаясь напротив государыни императрицы, подданным которой являлся.
Ольга зажмурилась, стряхивая накатившую усталость и выпрямилась в кресле. Когда Анастасия также присела за стол, Ольга подробно рассказала обоим обо всех недавних событиях.
Анастасия и Сергей Александрович слушали молча, без уточняющих вопросов — Ольга, являясь лучшим в мире магом-менталистом и без этого предугадывала моменты, вызывающие у слушателей неясность. После того как она закончила, некоторое время за столом висело молчание.
Обе королевы — и Юга, и Севера, с ожиданием смотрели на президента, ожидая от него мнения — для них он обладал непререкаемым авторитетом. Обе не только в разное время были его ученицами, но и были обязаны ему жизнью и своим нынешним самостоятельным положением.
Сергей Александрович думал недолго, и вскоре не скрывая эмоций дернул губой с глубоким вздохом.
— Корона подчинения, — уверенно произнес он, после чего пояснил: — Во время одной из операций в Инферно, шесть лет назад, был уничтожен готовящий вторжение на Землю король-демон. Один из них. Модест тогда был в составе экспедиционного отряда, именно он подобрал с тела уничтоженного инфернала его черную корону, и он же после участвовал, а потом и возглавлял рабочую группу для ее изучения. Сделанные им через несколько лет выводы официально подтвердили первичное предположение в том, что корона — средство подчинения демонов. Но если взять как гипотезу предположение, что корона подчинения была предназначена не только для подчинения демонов, но в первую очередь для подчинения короля демонов?
— Тогда все становится на свои места и выглядит очевидным, — кивнула Ольга.
— Теперь уже да, — кивнул президент, не скрывая досады разочарования.
— Хорошо быть умным раньше, как моя жена потом, — в сердцах высказалась Анастасия.