Белые медведи навсегда (ЛП)

  
Глава 13
 
Эрин вздохнула, когда тёплая вода хлынула на её ноющие конечности. Она ни за что бы не призналась в этом вслух, но после нескольких последних ночей с Ганнером она чувствовала себя немного разбитой и уставшей. Она не могла вспомнить, когда в последний раз делала так много упражнений! Но если бы другие упражнения были наполовину такими приятными, она бы уже пробовала участвовать в Олимпийских играх!
  
Это было не совсем то, что, по её мнению, имел в виду Ганнер, но прошлой ночью он поменял все замки на её дверях и окнах. Теперь она была защищена круче, чем Форт-Нокс.
Её домовладелец возразил и начал издавать звуки насчёт залога, но жуткий скунс-перевёртыш — да, скунс-перевёртыш, она никогда не догадалась бы — вскоре был подавлен взглядом Ганнера. Он мог отпугнуть кору дерева.
Это было на самом деле озадачивающим. Она могла видеть, что теоретически Ганнер был вроде как страшным, но для неё он был всего лишь большим плюшевым мишкой. Хм-м-м, ей было интересно, на что похож его настоящий белый медведь. Ей ещё предстояло встретиться с существом. Она подумала, позволит ли он ей погладить себя.
После смены замков они развлекались на диване, ели китайскую еду на вынос — ей действительно нужно научиться готовить, весь этот фаст-фуд не пошёл ей на пользу. А потом они вскоре перебрались в спальню. Ганнер провёл с ней всю ночь — снова.
Это было замечательно, но её немного раздражало то, что она не знала, к чему всё идёт. Он ясно дал понять, что не хочет, чтобы люди знали об этом на работе, и ладно, да, после первого беспокойства по поводу отказа она полностью согласилась с этим. Она не хотела, чтобы её называли офисной шлюхой! Ну, вообще-то, нимфоманка в ней была немного возбуждена этой идеей, но нет, она не хотела этого. «Конечно, эту роль уже взяла на себя Исида», — злобно подумала она. 
Эрин вскрикнула, инстинктивно прикрываясь, когда занавеска душа откинулась с удовольствием.
Ганнер, сверкая наготой, хищно ухмыльнулся ей — всеми зубами и страстными глазами. Она чуть не упала в обморок от его восхитительно обнажённого тела. Это действительно было несправедливо, что он был таким красивым от природы.
Он окинул взглядом её фигуру.
— Не нужно скромничать, я всё это уже видел.
— Но не при суровом дневном свете, — пробормотала она, прижимая губку к своей киске.
Ганнер прищёлкнул языком.
— О, детка, ты даже не представляешь, какая ты красивая, не так ли?
Эрин слегка смущённо покачала головой. Это не был вопрос, который ей задавали часто и даже не когда-либо.
— Хорошо.
Она моргнула, когда он вошёл в её маленький душ, тесня её.
— Что?
— Хорошо, я не хочу, чтобы ты знала, какая ты красивая. Как только ты поймёшь, кто знает, сколько времени пройдёт до того, как ты умчишься в закат с каким-нибудь мудаком-волком-перевёртышем или ещё хуже, проклятым кошаком. Возбуждённые ублюдки.
Эрин подумала о угрюмом Каттере и скользком Диасе и вздрогнула.
— Скорее всего, нет.
— Хм-м-м, ну, на всякий случай, я лучше не буду делать тебе слишком много комплиментов.
— Я не думаю, что в этом есть какая-то опасность, — пробормотала она, не обращая внимания на тепло, проникающее из его твёрдого тела в её.
Влага начала скапливаться между её ног, и, да, нимфоманка в ней официально проснулась и решила, что хочет повторить то, что было прошлой ночью. Эрин отругала её за ненасытность. Конечно, прошлой ночью с неё было достаточно!
— Привет, детка, — пробормотал он, прижимаясь к ней своим телом, прижимая Эрин к прохладной, выложенной плиткой стене; она вздрогнула, но вскоре согрелась под его горячей кожей. — Кроме шуток, я никогда не встречал более привлекательной женщины.
— Ой да ладно, — пробормотала она.
Ганнер положил палец ей под подбородок и поднял её голову, чтобы посмотрела на него.
— Думаешь, я шучу? — спросил он удивительно резким тоном.
Его глаза были тёмными, коричневыми лужами. О, его животное должно быть было близко к поверхности. Ой, это вызвало у неё электрическое возбуждение.
Эрин вздохнула, она не хотела рассказывать ему, что она на самом деле чувствовала, но не лгала. Однако другое дело — уклониться от правды.
— Я думаю, что мужчины скажут что угодно, чтобы получить то, что они хотят, — призналась она.
Ганнер нетерпеливо хмыкнул.
— Чёрт, Эрин, не относи меня к той же категории, что и все засранцы, с которыми ты встречалась до меня. Они даже не достойны целовать твои ноги.
— Ты их даже не знаешь.
Хотя втайне она была довольна и согласилась с таким мнением.
Он провёл руками по её бокам, дразня её кожу своим обманчиво мягким прикосновением.
— Я знаю, что для моей принцессы-экстрасенса никто не подходит.
— Принцесса, да?
— Ага.
Он серьёзно кивнул, прежде чем его рот скривился в ухмылке.
— Кроме того, мне не нужно льстить тебе, чтобы попасть в твои узкие трусики; я почти уверен, что мне нужно просто подмигнуть, и ты прыгнешь мне в объятия.
— Фу! Ты невероятен!
Ганнер нахохлился.
— Знаю, я почти уверен, что ты кричала это прошлой ночью. К настоящему времени, я полагаю, все остальные в здании знают.
Дважды фу!
Эрин игриво шлёпнула его, и он подтянул её вверх по своему телу, прижав к стене бёдрами, его мужественность пульсировала между ними. Она обвила его ногами, и он переплёл свои пальцы с её пальцами, прижимая её руки к стене.
— Я не думаю, что этот душ был создан для двоих, — сказала Эрин, покачивая бёдрами.
— Я уверен, что мы поместимся, — простонал Ганнер.
— Не тогда, когда один из двух огромен, — добавила она, когда его язык скользнул по её шее, вызывая дрожь в её чувствительном теле.
— Ты мне льстишь, принцесса.
— Я не совсем это имела в виду... хотя это правда.
Она упёрлась пятками в его тугие ягодицы, пытаясь притянуть его ещё ближе к себе. Он подчинился, прижавшись к ней. Черт, её возбуждение росло с угрожающей скоростью; она могла кончить только от этого.
— Разве я не утомил тебя прошлой ночью? — весело спросил он.
— Вряд ли, — выдохнула Эрин, прижимаясь к нему, потирая тугие соски о его грудь.
Его мужественность ещё больше увеличилась против неё. Глубокое рычание прокатилось по его груди. Ганнер отпустил одну её руку и так же быстро поймал её другой. Его свободная рука протянулась между ними, коснувшись клитора, прежде чем он выровнял их.
— Что ж, тогда я должен стараться изо всех сил, — прошептал он, входя в неё.
Он вошёл в неё до упора, и Эрин издала сдавленный стон, граничащий со вздохом. Да, это то, что ей нужно. Быть наполненной до невозможности этим мужчиной, этим медведем.
Ганнер на несколько мгновений замер со счастливым выражением лица.
— О, Эрин, ты потрясающая.
Ганнер наклонился, чтобы быстро поцеловать её, прежде чем начать свою приятную атаку на её тело. Он двигал бёдрами внутрь и наружу, толкаясь и врезаясь в её тело, безжалостно потираясь о её чувствительный комочек. Для неё это было почти чересчур; удовольствие, которое он без усилий извлекал из её тела, было почти непреодолимым.
Эрин всячески изворачивалась, пытаясь освободить руки из его стальной хватки, но Ганнер держал её крепко. Одна рука схватила её запястья; другая — мягкую плоть её бедра, и его бёдра прижали её к стене.
По мере приближения к оргазму, наслаждение пронизывало тело Эрин, ей нужно было прикоснуться к Ганнеру, ласкать его, показать ему, что она чувствует, попытаться вернуть ему некоторые из чудесных чувств, которые он пробуждал в ней.
  
Инстинкт взял верх, и она провела языком по его шее, посасывая и пробуя его на вкус. Он тихо зарычал и ускорил свои движения. «О, ему это нравится». Ободрённая, она начала кусать и царапать его плоть, и вскоре он звал её по имени с каждым толчком в её тело.