Нам здесь (не) жить (СИ)
Как любой менеджер, в особенности японский менеджер, Сатору терпеть не мог брать на себя ответственность за опасные решения. «В любой непонятной ситуации ищи бумажку, которой можно прикрыть свою задницу» — без этого рефлекса на его должности удержаться было бы невозможно. Но любой менеджер также понимает, что у начальства этот рефлекс развит не хуже. При попытке предъявить Смиту претензии виноватым окажется руководство «Аинз Оал Гоун», а если напрямую попросить у него указаний, объяснив, что столкнулся с объектом высшего уровня допуска совершенно не нарочно — это почти равнозначно передаче руководства над гильдией администрации.
С другой стороны, он мог попытаться минимизировать последствия только своими силами, не ставя в известность никого из товарищей. Тогда, если что, и спрашивать будут только с Момонги лично.
— Кто из Зуранона ещё знает о существовании Корпуса Бездны?
— Никто, владыка. Я тщательно следил за этим, это было одной из моих обязанностей как их куратора.
— Хорошо. Ты должен позаботиться, чтобы это и дальше оставалось так. В свою очередь Корпус Бездны обязан пребывать в уверенности, что Зуранон по-прежнему исполняет роль прикрытия. Что ты им управляешь как обычно и ни под чьим контролем не находишься. И в Зураноне, и в Корпусе Бездны знать о моём существовании будете только вы двое — ты и Гертрауд. Я буду регулярно проверять вас, допрашивая под воздействием Доминирования. В промежутках, когда я буду вынужден Доминирование снять, я буду следить за вами при помощи дивинационной магии. Любая попытка выдать моё существование кому бы то ни было приведёт к вашему немедленному уничтожению. Всё понятно?
— Абсолютно, владыка.
Конечно, заморозить проблему — не значит её решить, но по крайней мере теперь у него было время на поиск более подходящего решения. Возможно, на торг со Смитом и компанией, или на консультацию у ТачМи, у Пунитто Моэ или у Нубо (без полного посвящения их в суть проблемы).
— Придумай повод созвать всех старших братьев Зуранона на общее совещание.
Изначально планировалось созвать и законтролить разом всех 12. Живых некромантов подчиняет Актёр Пандоры с помощью телепатии Табулы Смарагдины, мёртвых же Момонга Доминирует лично. Теперь вторую часть сценария приходилось исключить — Dominate Undead делало мертвецов полностью лояльными ему в настоящем, но не позволяло манипулировать памятью. А вот Пожиратели Мозгов это вполне проделать могли (с теми, у кого мозги были), так что восемь из двенадцати перейдут под управление Момонги, не видя его, ничего о нём не зная, и соответственно, не имея возможности рассказать.
Хотя, хотя… если позвать на усиление Хелло Ктулху, то можно будет и Гертрауд с Кунивелой воспоминания подредактировать. Раньше Сатору скорее харакири бы себе сделал, чем признался коллеге-личу в неспособности решить проблему самостоятельно. Но тут вопрос угрозы для всей гильдии, так что надо работать не красиво, а чисто.
Однако, когда после суток непрерывной работы с чужими мозгами крайне довольный собой (довольный-довольный, нечего притворяться — не так часто в прежней жизни удавалось принять ответственное решение, и чтобы за это не прилетело по голове) Момонга наконец вернулся на базу — всю его радость как ветром сдуло. ТачМи созывал общий сбор — как в самом начале, перед раздачей зон ответственности. Лич уже подумал, что песочить на собрании будут его — и всерьёз рассмотрел возможность прихватить Актёра и последовать примеру Перорончино с Люци★Фером, то есть уйти на вольные хлеба. Хотя бы на время, пока излишнюю самодеятельность не забудут и не простят.
Оказалось всё одновременно хуже и лучше, чем ожидалось.
* * *Плохая новость — «Аинз Оал Гоун» как-то незаметно по уши оказалась в неприятностях. Хорошая новость — Момонга и его подвиги на ниве приручения диких некромантов никакого отношения к этим неприятностям не имели. Во всяком случае пока.
Собственно пробуждение Шалтир Бладфоллен, даже в состоянии кровавого безумия, проблемой для Назарика не стало. Не будь здесь ТачМи — возможно, ей бы удалось прорваться на пару этажей вниз, всё-таки вампирша была очень сильна. Но ТачМи здесь был. С точки зрения игромеханики, Шалтир по сути была его отражением — оба специализировались на ближнем бою, оба владели святой магией, оба — тяжёлые рыцари, использующие доспехи и оружие Божественного класса, оба очень сильны и быстры… Вот только святая магия Шалтир очень плохо работала против паладина. А святая магия ТачМи против вампира — наоборот, хорошо. Если же добавить к этому уникальный класс Чемпиона Мира и Чемпионский доспех — это была не битва, а избиение. Другим игрокам даже вмешиваться не понадобилось — только стоять и смотреть, страхуя на случай неожиданностей. За одну минуту тридцать семь секунд Страж первых трёх этажей была убита, воскресла и была убита снова, на этот раз насовсем. Ну или по крайней мере, на сколь-либо длительный интервал времени.
Зато спустя ещё три минуты примчался Перорончино — и вот тогда начались НАСТОЯЩИЕ проблемы. Тёмный Феникс орал, что он бы успокоил своё творение одним словом, что ТачМи — фанатик и садист, любящий издеваться над маленькими девочками, которому только с газебо воевать! Немного успокоившись, он потребовал чтобы Шалтир была воскрешена за счёт гильдии — потому что у самого Перо таких денег на личном счету не было, а если бы и были, то он не стал бы их тратить на ликвидицию последствий чужих глупостей. Он также потребовал компенсации за одноразовый предмет воскрешения, который был потерян (точнее, использован) Шалти в этом бою.
ТачМи в другой ситуации пошёл бы на попятную, выплатил бы компенсацию и на этом всё бы закончилось. Как и Момонга, он очень не любил конфликты в гильдии. Но Перорончино также заявил, что после воскрешения заберёт своё творение с собой. Паладин прикинул степень опасности для жителей внешнего мира — и немедленно упёрся рогами, точнее антеннами. Он напомнил, что из старой гильдии Перо уже ушёл, а членом новой ещё не является, и разбрасываться её деньгами не вправе, особенно учитывая, что неизвестно, когда удастся пополнить их запас.
В дискуссию вступил Нубо, предложив компромисс — воскрешение за счёт гильдии, но Шалтир не запечатывается повторно, но и не покидает Назарик. Она остаётся на прежней должности — Стража первых трёх этажей и заодно — гарантии хорошего поведения Перо-куна. Альбедо, как Смотритель Стражей, вполне сможет за ней проследить, после того, как была «откорректирована» Табулой Смарагдиной.
— Только чтобы никто из вас не проболтался ей, что она «гарантия моего хорошего поведения», — буркнул лучник. — Иначе она покончит с собой, если хоть заподозрит, что является рычагом давления.
— Покончит, — подтвердил Табула Смарагдина. — Как и любой из них.
— Я прослежу, чтобы даже намёков на это не было, — пообещал Нубо.
Букубуку Тягама хотела запротестовать, во всяком случае что-то забулькала, но Херо-Херо коснулся её кончиком щупальца и она сразу же успокоенно осела обратно. Момонге стало тоскливо — было очевидно, что эти двое — вместе. В том самом смысле. А ведь ему нравилась Тягама, и он даже подумывал, что может рассчитывать на взаимность… Может и мог. Два года назад и в другом мире. Когда он был достаточно симпатичным молодым человеком, а не мёртвым костяком. Здесь и сейчас он мог рассчитывать в лучшем случае на френдзону.
— Минуточку, — вмешался Люци★Фер. — Не стоит ли нам сначала позаботиться, чтобы после воскрешения Шалтир нельзя было снова так легко ввергнуть в кровавую ярость проклятием Кхорна?
— Это не Кхорн-сенсей! — вмешался Воин Такэмикадзути. — Да, использовался его амулет, но такие интриги совершенно не в его стиле! Он всегда смотрит противнику прямо в лицо!
— Верю, — кивнул ТачМи. — Ещё по игре помню, он был злой противник, но честный. Но для текущей задачи это не так важно. Если кто-то воспользовался его силой без его разрешения… нужно тем более воскресить как можно быстрее этих приключенцев и допросить как можно подробнее. И найти меру противодействия…