Нам здесь (не) жить (СИ)

— Нет, как раз они пока что стоят на месте. А вот объединённая армия вассальных королевств предала нас и сейчас идёт на Садеру. У тебя есть время до обеда, чтобы ознакомиться с последними новостями и предоставить мне черновой план сражения.
— Только тебе? А разве Сенату…
— Сенату ты представишь вечером. Когда я внесу в него все необходимые поправки.
Сын недовольно вскинул голову, но сразу её опустил. Такой порядок рассмотрения означал, что я ему не доверяю до конца. Но с другой стороны, а когда это императоры доверяли диктаторам?
  
— Припасов у них надолго не хватит, — рассуждал Зорзал. — Подвоз продовольствия наши купцы прекратили сразу же, как только варвары снялись с места. А жрёт такая орда — не меньше, чем столица. У них есть неделя на обычных пайках или две — на урезанных. В силу этого у них есть два возможных решения. Первое — разделиться на относительно небольшие армии — по десять-двадцать тысяч душ — и пойти грабить наших крестьян, одновременно окружая Садеру и перерезая нам пути сообщения. В этом случае я быстрыми вылазками разобью их поодиночке. Второе — собрать войска в бронированный кулак и попытаться разбить наши силы в генеральном сражении, после чего сразу идти брать город.
— И при соотношении сил три к одному они скорее всего выберут первый вариант. Тем более учитывая, что они пока не знают о том, что в городе все оставшиеся легионы.
— Узнают, — хищно ухмыльнувшись, пообещал Зорзал. — Но к тому времени отступать будет поздно. Даже если они попытаются развернуться, мы догоним. Но они не попытаются.
— Тогда по стратегии вопросов нет. Переходим к тактике. Как именно ты намерен выиграть это сражение?
Классическую тактику применения легиона Зорзал выучил раньше, чем научился толком читать и писать. Разворачивается в чистом поле стена щитов, ощетинившись пиками, и предлагает супостату попробовать её на прочность. Если враг предпочитает дальний бой — легионеры закрываются щитами, а изнутри строя работают наши лучники. Если же он увязает в ближнем бою, пытаясь опрокинуть наш строй, по нему внезапно (чем внезапнее, тем лучше, хотя полностью скрыть перемещение масс тяжёлой конницы слишком сложно) бьют с боков катафракты, «смыкая клещи». Легаты и центурионы выполняют эту часть сами, оно всё сто раз отработано едва ли не до уровня инстинктов. Хитрость, ум и интуиция главнокомандующего направлены совсем на другое — правильно выбрать момент для ввода в бой ауксилариев. Именно от этого одного приказа может зависеть победа или поражение. После того, как он отдан, от военачальника почти ничего не зависит — гоблины и огры слишком тупы, чтобы отдавать им сложные приказы прямо в бою. Поэтому сказать «ауксиларии, вперёд» — это как выбить чеку катапульты. Когда камень или бочка с горючим уже в полёте, их не поправишь и не отзовёшь. Но ДО отправки нужна и тяжёлая работа и тонкий расчёт.
Аналогия с катапультой продолжается и в том, что при всей капризности этот род войск совершенно незаменим. Как без катапульты не проломишь крепостную стену, так без огра или другого великана — стену щитов. Без гоблинов обойтись ещё худо-бедно можно, они не делают ничего такого, что не смог бы новобранец-человек после месяца обучения. Вот только плодятся они со скоростью, которая людям и не снилась, поэтому играют роль кровавой смазки в любой серьёзной военной машине. А без смазки — слишком неудобно, а порой и больно.
И вот это как раз и было главной бедой предстоящего плана битвы. Если бы сражались только люди против людей — выучка легионеров легко перекрыла бы силу и ярость варваров, как неоднократно перекрывала её в прошлом. Но когда у вас три тысячи огров, а у противника тридцать тысяч, железная стена щитов как-то даже без магии быстро превращается в бумажную. Беда даже не в том, что противник может проломить ваш строй в любой момент — беда в том, что он это может делать НЕОДНОКРАТНО. Да, каждый отдельный огр — одноразовое оружие, но когда их у вас достаточно много — ничего не мешает разделить эту орду на отряды поменьше и выпускать по мере надобности.
Поэтому мне было очень интересно, каким образом мой сын намерен с этой проблемой разобраться. Неплохой экзамен на зрелость, пока я решаю на порядок более сложные проблемы — с Бахарутом и с Нихоном.
— Когда они будут в дне перехода от Садеры, я выведу легионы за стены и за ночь разверну линию фортов. Утром они увидят нас и у них будет выбор — обогнуть нас и штурмовать город, либо попытаться прорваться сквозь форты. Во втором случае укреплённые позиции, включая противоогровые рвы и ямы-ловушки, компенсируют недостаток численности. В первом же — мы ударим им в бочину, прямо на марше, прежде чем они успеют построиться.
— При такой численности они могут сделать и то, и другое, — возразил я. — Оставить часть войск связать вас боем, а другую послать на штурм.
— Я оставлю один легион в городе для обороны стен, — неохотно согласился Зорзал. — А также всех гоблинов, они на стенах хороши. Городскому гарнизону не нужно побеждать варваров — достаточно продержаться несколько дней, а на это многочисленных войск при хороших стенах не нужно.
— Вы сильно разочаровали моего нанимателя, — заметил ходячий куст. — И бахарутского императора — тоже. Никто не любит неудачников, попадающих в неприятности по собственной глупости. Но вам ещё очень повезло, что господин Го Гин готов участвовать в любой хорошей драке. А где согласен он — там не против поучаствовать и его тролли — особенно если противниками будут люди. Господин Бафомет же слишком дружески относится к господину Го Гину, чтобы его отговаривать.
Только богам известно, чего мне стоило не кликнуть немедленно стражу и палачей. Ладно ещё, когда в таком тоне со мной говорил равный по титулу и могуществу император Бахарута, но чтобы какое-то, прости Двенадцать, растение!
— С точки зрения закона даже господин Бафомет остаётся подданным Империи Бахарут, — заметил генерал Карвен. — В отличие от Го Гина, который будучи правителем независимого государства, ничьим подданным быть не может. Союзнических обязательств у Королевства Троллей к Садере нет, поэтому в любом сражении он может участвовать лишь по собственному желанию. А вот Бахарут такие обязательства имеет.
— Вы действительно думаете, что для существ подобной силы записанное на бумаге подданство что-то значит? — иронично поднял бровь глава разведчиков Фрейвальдс. — Маг, способный к заклинаниям девятого круга… Ему достаточно пальцем шевельнуть, чтобы завтра на престолах Бахарута и Садеры сидели совершенно другие люди.
Увидеть распятие этого болтуна мне хотелось особенно! Если бы не его длинный язык, проблемы с вассальными королевствами сейчас бы вообще не стояло! Их войска полегли бы там же, где наши легионы…
Сам он, правда, утверждает, что все вассалы являются «не стоящей внимания» проблемой по сравнению с мотивацией Бафомета. Легко было бы расценивать это как простые западные суеверия… Но сам Зиркниф такую позицию своего наёмника разделял, что не позволяло от неё просто отмахнуться.
— Я не говорю, что бафолка можно или нужно заставить исполнять долг перед государем, — покачал головой Карвен. — Я говорю о том, что раз он сам выбрал подобную линию поведения, неважно сейчас, по каким причинам, то вряд ли так сразу от неё откажется. Поэтому необходимо в первую очередь прояснить его позицию, чему я надеюсь поспособствует присутствующий здесь господин Опунций. Просветите нас, пожалуйста, что намерен делать в сложившейся ситуации ваш… наниматель? И — если вам известно, конечно — как он это мотивирует.
  
— Мой наниматель, — спокойно сообщило растение, — крайне расстроен тем, что ему предоставили неполную информацию о противнике Империи Садера и её действиях в Завратье. Он расценивает это как нарушение союзнических обязательств не только по отношению к нему лично, но и ко всей Империи Бахарут. В связи с этим Бафомет намерен свернуть свою деятельность в Фалмарте до изначальной миссии — то есть защиты Садеры от «пятнистых». Только защиты и только от них. Если войска, расквартированные на Алнусе сейчас, перейдут в наступление, они будут остановлены. Это он гарантирует, но ничего более. Если Империя пожелает снова атаковать их — последствия за ваш счёт. Если Садеру атакуют любые другие вооружённые силы — разбирайтесь с ними сами, как умеете.