Нам здесь (не) жить (СИ)

Вернее, не совсем. Таков был его ИЗНАЧАЛЬНЫЙ план. А сейчас по ряду причин (среди которых и Рори, но не только она) оборона от чужаков из Врат стала для него делом глубоко личным, и он вполне может задержаться на Фалмарте подольше.
— Я могу поговорить с ним? — вопрос Молт задал максимально нейтральным тоном, слишком сдержанным и скромным для императора.
— Я покажу вам, как настроить Зеркало на его дворец, — дружелюбно ответило растение. Видимо, в этом дуэте оно играло роль доброго стражника, а Бафомет — злого. Кнут и пряник.
  
В этот момент дворец снова содрогнулся. Боги метнули с небес вторую падающую звезду, но выставленный рогатым барьер опять устоял.
— Как я понимаю, это можно считать объявлением войны? — мило поинтересовался Бафомет.
— Можно, — ехидно ответила Рори, при этом даже формально не соврав. Считать им действительно никто и ничего не запрещал. Всё Двенадцать Богов были сторонниками свободы мысли.
— Но нет смысла, — опять влез со своим высокоценным мнением дендроид. — Поскольку, как леди верно заметила, контратаковать мы не можем — проще считать это стихийным бедствием. Когда с неба льёт дождь, разумные люди берут зонтик, а не объявляют войну тучам. Вопрос в другом — если мы покинем дворец, атака переместится вслед за нами? Или нам нужно оставаться тут, чтобы защищать императора и сенат?
— Я могу это выяснить, — неохотно сказала Рори, — только дайте мне пять минут на медитацию, чтобы узнать волю богов точнее.
— О, благодарю. Пять минут мы здесь точно пробудем, можете не торопиться.
* * *
Она даже преувеличила свои потребности — на то, чтобы прояснить ситуацию, вознесясь разумом на первые небеса, у неё не ушло и полутора минут.
— Так, — сказала девушка, вставая из позы лотоса. Ей ужасно не хотелось говорить правду, но это было её обязанностью как жрицы. — Во-первых, за императора и двор вы можете не волноваться. Идите куда хотите. Падающая звезда — чисто духовное божественное оружие и поражает оно только духовных существ. Ни дворцу, ни людям в нём от её падения ничего бы не было, даже если бы она достигла цели. Во-вторых, никто из Двенадцати её намеренно не бросал, так что состояния войны пока нет — хотя скоро будет, если вы продолжите вести себя подобным образом в гостях. Пока что вы столкнулись лишь с установленным богами законом — не имеющим собственной воли. Вроде натяжного арбалета, который стреляет, когда вы наступаете на верёвку.
— И на какую конкретно верёвку мы наступили? — уточнил дендроид.
— Падающая звезда, — с удовольствием сообщила Рори, — наказание для тех духовных существ, которые пытаются получить не предназначенные им небесные знания.
Жаль, что император Молт в теологии разбирался не лучше, чем свинья в апельсинах — и поэтому сути откровения понять не мог. А вот император Бахарута, хотелось надеяться, знаком с понятием саммона, слышал об ангелах и демонах — и задумается, кто же из этих двоих является духовным существом, что на него сработала защита. Хотя скорее подумает всё-таки на дерево — оно ведь призывное.
— Вот оно что! Понятно. Что ж, я уже догадываюсь, какая ошибка привела к срабатыванию этой системы, и постараюсь впредь такого не допустить, — по голосу растения совершенно невозможно было определить, всерьёз оно говорит или издевается.
Внезапно Рори осенила гениальная идея. Она слишком зациклилась на том, что резню во славу Эмроя-сама должны устроить либо «пятнистые» по садерцам, либо Бафомет по «пятнистым». Но армий-то вокруг Садеры больше двух! Почему бы не сделать реальностью кошмар Молта о восстании провинций? Если уж гости из Бахарута так любезно сохранили в неприкосновенности армию вассалов, не позволив ей убиться об Алнус… Если на стене висит меч, им должны кого-то зарубить. Ну или на худой конец заколоть.
А самое замечательное — что никаких активных действий ей для этого предпринимать не надо. Ни с кем не потребуется сражаться (парочка отрубленных голов не в счёт — ни с кем из тех, кто способен оказать сопротивление Апостолу). Никого не понадобится убеждать, соревнуясь в остроумии и искусстве лжи (которое Рори как честная эмроитка презирала — а потому не могла достичь в нём особых высот). Даже безумие ни на кого насылать не надо… Пока что, во всяком случае.
Ей только понадобится проследить, чтобы сведения о первых боях на Алнусе и их настоящих результатах дошли до варварских королей.
— Могу я участвовать в вашей операции по захвату «пятнистых»? — с милой кокетливой улыбкой обратилась она к архидемону.
  
Глава 56. Трудно казаться смелою, трудно смирить гордыню
 
В замке чужом, в Королевской Гавани,
Птица певчая живет.
Поймана львом в сердце клетки каменном
Песни дивные поет.
Лев молодой и в грехах не кается,
Он по-львиному жесток.
Птичка поет, чтобы льву понравиться,
Но навис над нею рок.
Птичка, птичка,
В золотой клетке,
Что же ты ждешь — венец или нож?
Лети, птичка, с ветки на ветку,
Жаль, что ты мне уже никогда не споешь.
Айрэ и Саруман, «Санса»
Отдельным назначением, приказом специальным,
Под покровом ночи прямо в тыл к врагу
Я ухожу в разведку с мудаками
И с этим ничего поделать не могу
Товарищам скажите, пускай расскажут маме:
С самого начала всё пошло не так, —
Отправили меня в разведку с мудаками
Мне всё равно, куда — в Сайгон или в Ирак.
…
Ты спросишь — зачем же я злой?
Я шепну тебе: «Отойди!»
Мудак — он не враг, и не свой.
Но в разведке милее враги
…
В крови у них мохито, а в душах — Мураками.
Для них Хемингуэй — книжонка, вот и всё.
Под смертною звездою с мудаками
Я стою, сбывается проклятие моё…
«Ундервуд», «Разведка с мудаками»
Пина Ко Лада:
Меня, если подумать, никогда не готовили к тому, что я буду править целой империей. Пусть как консорт, но императрица. В нормальной ситуации, без Волн Бедствий и божественных вмешательств, ожидалось, что я выйду замуж за кого-нибудь из вассалов, рожу ему детей и стану образцовой хозяйкой небольшого двора, лезущей в большую политику очень постольку-поскольку. Шея для головы мужа.
Альтернативой, которая мне казалась более реалистичной ещё полгода назад, было вообще не выйти замуж, а остаться в летописях одной из скандальных принцесс, которые лезли играть в игрушки для мальчиков. Отец, похоже, так до сих пор и считает, что я подражаю актрисам, игравшим Апостолов в героических драмах.
А тут я стала — с одной стороны — будущим консортом правителя мировой державы. С другой стороны, от меня одновременно требовали быть и умелой, и при этом не показывать слишком явно, что я не просто раскрашенная кукла, едва ли не больше, чем дома. Мой дражайший будущий супруг занял место в результате государственного переворота, цепляется за него когтями и зубами, и если женщина будет слишком много себе позволять — легко отправится на плаху. Спасало разве что-то, что людей, выросших вне свойственной жителям Людоедских Земель способности усиливаться, тут за достойных противников никто не считал. Но это то же самое «что женщина мне сделает» из дома, только в другом ракурсе. И домашние научения про женскую слабость годились тут в полной мере. Правда, Зиркниф эту игру тоже рано или поздно раскусит — но до этого момента следовало стать для него достаточно ценной фигурой, чтобы меня не так легко было пустить в размен. Не уровня Флудера Парадина, конечно, но сделать так, чтобы ко мне привыкли. Даже как к любимому питомцу. С Зиркнифом и его паранойей, правда, будет сложно, но и выигрыш, если отец собрался сдержать слово, высок.