Нам здесь (не) жить (СИ)
Так, а вот это уже шухер. Если их летающие машины настолько же быстрее грифонов, насколько колёсные — быстрее лошадей, то от них и верхом не уйдёшь… особенно с пленниками. Вот тут я резко пожалел, что мы отпустили дракона с эльфийкой…
— Разделяйтесь и летите в разные стороны… — посоветовал Го Гин.
Он ещё не договорил, а я уже подвешивал выбранного пленника к своему гиппогрифу. Лишних минут на тёплые разговоры у меня не было. Жертвуешь собой — спасибо. Я не собирался делать эту жертву напрасной.
— Возьми тогда с собой предметы, которые одолжил Бафомет, — предложил Карвен. — Тебе они тогда будут нужнее.
— Нет, — покачал головой тролль. — У меня есть свой подарок от него, который я как раз собираюсь опробовать… А вам понадобится, если им окажется плевать на своих в машине и они погонятся за вами, не задержавшись тут.
Глава 55. Мы все глядим в Наполеоны; двуногих тварей миллионы для нас орудие одно
Дух войны
Скалится из тьмы
Входит в наши сны
Дух войны
И мы ему верны
Вот и всё
Мир объят огнём
Но не стихнет гром
Дух войны
Он требует ещё
Ещё!
Разрушенье — это страсть!
Всё равно, какая власть
Власть всегда пила чужую кровь!
И когда наступит крах
Солнце вспыхнет на штыках
И толпу на смерть погонит вновь
Время убивать
Время наступать
Время наступать и побеждать!
Ария, «Дух войны»
Когда две силы в неразумном бою
Сошлись, и гнев богов не остановить,
Кому-то нужно устоять на краю,
Найти сквозь хаос путеводную нить.
Я сразу понял нашей жизни секрет,
Здесь каждый увлечён какой-то игрой.
А в этих играх правил попросту нет.
И не понятно, кто злодей, кто герой.
По тонкой грани
Между судьбой и мечтой
Мы ходим сами
Или ведём за собой,
Но выбирая,
Всё или ничего,
Не потерять бы себя самого.
Рок-опера «Орфей», «По тонкой грани»
Рори Меркури:
Она ожидала, что архидемон ответит на выдвинутое обвинение всплеском гнева и разрушения — и была готова к такой реакции. Но рогатый лишь посмотрел на неё с иронией и… долей флирта. За девять веков жизни Рори научилась безупречно определять, когда мужчины её хотят — и люди, и нелюди. Бафомет в неё не влюбился и даже не посчитал важной добычей, стоящей усилий. Так, просто подумал мимоходом, что неплохо бы её финтифлюхнуть. Иронично, что Меркури его мнение в общем разделяла — действительно, было бы неплохо. Если бы только этот демон не разочаровал Эмроя-сама! Апостолам нельзя спать с теми, кто огорчает их богов. Конечно, отлучением такое мелкое нарушение не грозит, но ослабить может. А ей сейчас нужна вся сила… и ещё немножечко сверху.
— И чем же конкретно я прогневал богов? — поинтересовался козлоногий. — Или не я, а мои товарищи? Но вроде кроме меня тут никто ни с какими силами не заигрывал…
Если бы Рори не продумала весь разговор заранее, этот вопрос доставил бы ей довольно неприятную минуту. Потому что ответить прямо «ты мешаешь нам развязать кровопролитную войну, хотя должен был вывести её на новый уровень безумия и тем порадовать Эмроя» она не могла. Как только ты прямо признаёшься окружающим, что безумие является твоей целью, вся его прелесть тут же пропадает. Люди — странные существа. Они могут сотрудничать с теми, кто жаждет максимального количества смертей или страданий, но попробуй скажи, что тебе от них нужно сумасшедшее, иррациональное поведение — и от тебя мигом шарахнутся, как от прокажённого. Они так боятся неразумных действий, будто сами сотканы из здравого смысла и чистой логики. Ага, как же, как же. Почти в любом человеке дури предостаточно. Даже в императорах. ОСОБЕННО в императорах. Именно благодаря этому Эмрой-сама набрал такую мощь. Но они скорее бросятся на свои мечи (тоже не сильно умный поступок), чем эту дурь в себе признают и полюбят!
— Ранговая ма-ги-я! — пропела Апостол, трижды стукнув алебардой по рогам демона в качестве ударения на каждый слог. — Ранговая магия это вам не игрушки, чужаки! Боги Фалмарта не запрещают её как таковую, в принципе. Даже наши верующие иногда её используют. Это порой полезная штука. Двенадцать запретили только божественную ранговую магию, использующую силы иных богов, кроме Двенадцати. А также призывных существ, которых она использует — ангелов и демонов.
Она надеялась, что архидьяволу хватит мозгов правильно понять намёк. «Я знаю, кто ты такой на самом деле, и если ты не перестанешь портить мои планы — я смогу испортить твои».
— Но! — девочка подняла указующий перст. — Ни в коем случае не должна ранговая магия быть использована против пришельцев из-за Врат. Это хуже святотатства — это ошибка. Гибельная ошибка. Никто из Двенадцати Богов такого не желает!
Выкуси, рогатый! Пусть она придумала это всего несколько минут назад, а десять минут назад желала вовсе обратного — способов проверить её утверждение ни у кого из присутствующих, включая Бафомета, не было. Да это в принципе даже не ложь. Просто… Немного чересчур категоричное утверждение. Эмрой-сама против (ну и что, что ТЕПЕРЬ против, а раньше был за — об этом ведь её не спросят). Харди против (ну и что, что Рори алебарду класть хотела на её мнение). Остальные 10 тоже скорее всего уже против — а если нет, то скоро будут.
— И чем же она настолько… Гибельная? — Бафомет то ли осознанно подыграл ей, то ли позволил себя направить в нужную сторону. Оба варианта девушку устраивали.
— А вы подумайте немножко! Допустим, сейчас вы побеждаете «пятнистых» своими могучими заклинаниями. А что дальше будет? Или вы уходите обратно в Людоедские Земли, забрав эту магию с собой — и оставив Фалмарт таким же беззащитным, каким он был до вашего прихода. И через сто лет, когда новая Волна Бедствия откроет новые Врата, если новый враг окажется таким же сильным, как «пятнистые», а то и сильнее — нового Бафомета, чтобы дать им отпор, здесь не будет. Или… — Рори зло прищурилась, — вы остаётесь здесь и с вами остаётся ранговая магия. Как она осталась, будучи однажды принесённой на ваш континент! Тогда Двенадцать очень скоро — по историческим меркам — утратят свою мощь, как её утратили у вас Лорды-Драконы. Я не буду говорить, какими кровавыми и разрушительными войнами это обернётся. Война с «пятнистыми» тоже не будет ни маленькой, ни победоносной, так что возможно, только возможно, это будет приемлемый для смертных размен. Но без божественного покровительства перестанут работать Врата. А это значит что? Правильно, на Фалмарт обрушатся такие же Волны Бедствия, как на другие континенты.
— Ну и что? Мы успешно отбиваем их в западном полушарии, отобьём и здесь. Не такие они страшные, эти ваши Волны. Я уже имел с ними дело.
— В этом я сильно сомневаюсь, — презрительно усмехнулась Рори. — Вы понятия не имеете, что такое Волны Бедствия на самом деле, насколько опасны и гибельны они могут быть. То, с чем вы до сих пор имели дело — лишь лёгкая рябь на ткани мироздания, а впереди вас ожидает настоящий шторм. Но даже если предположить, что вы нечаянно окажетесь правы и ваша магия действительно сильнее всего, что вы и представить себе не можете… Вряд ли Двенадцать Богов такой исход обрадует. Что хорошего для них в потере паствы и возможности влиять на этот мир, даже если паства и мир уцелеют. Есть ли для заботливого хозяина разница — вырежут ли разбойники его скот и сожгут поместье или только заберут себе то и другое?
— Так значит, для ваших богов люди — просто скот, который по мере надобности доят и режут? — прищурился рогатый. Ага, зацепила!