"Фантастика 2025-182". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Арчи только покачал головой. Что они могли противопоставить озверевшим от их выходки орканам? Его взгляд снова упал на остов глайдера, сколько раз он уже на него смотрел, и ведь знал, что когда-то он пригодится, и неужели вот прямо сейчас?
- Командор, - Арчи решил сначала проконсультироваться, - каким топливом заправляются малые атмосферные глайдеры?
- В основном жидким топливом на основе сырья с газовых гигантов, - Командор не стал спрашивать, зачем это нужно Арчи, - но на открытом воздухе оно быстро испаряется.
- А если смешать его с гидравлическим маслом? – Мысли арчи метались как бешенные зверки, - тогда долго будет испаряться?
- Тогда немного продержится, но опасность продолжит представлять, - Кеп отсалютовал Арчи, - правильно мыслишь! Действуй!
- Ап, за мной, бегом!
Арчи кинулся к глайдеру, инстинктивно он понимал, где у него топливный бак, но ему не хватит силы, чтобы его извлечь. Генерал правильно говорил – на воздухе слишком летучее вещество, и поэтому глайдеры не заправляли, а заряжали как будто батарейками, и вот такой топливный бак Арчи и нужен! Вместе с Апом Арчи смог сдвинуть остов глайдера и освободить один из баков или баллонов с топливом. То, что топливо ещё внутри Арчи почему-то не сомневался, и вытащив бак он кинулся в домик, где были канистры с маслом. Арчи делал всё как во сне, и потому сейчас он выбежал с канистрой, подхватил тяжеленный баллон с топливом и кинулся с ним к карнизу.
- Сделай факел!
Арчи кричал на бегу, понимая, что Ап всё сделает как надо. Подбежав к карнизу, Арчи был в шоке от увиденного, что первые Орканы уже приставили маленькие «лестницы» и уже лезут по ним. Парой резких движений он остудил пыл героев, заодно свалив добрый десяток вниз. Как он и ожидал – это лишь раззадорило нападающих, и они с новым ожесточением полезли наверх! Парень своим мечом срубил верхнюю часть баллона и из него пошёл густой пар, тогда Арчи откинул крышку канистры и налил масла в баллон с топливом, это несколько замедлило реакцию, а при дальнейшем доливе масла пар почти перестал идти.
- Ну что, угощайтесь, братцы! – Арчи со всей своей злостью опрокинул баллон и вылил литров сто (как только дотащил) топлива на головы нападающих, их импровизированные лестницы, на толпу внизу…
- Факел!!! – бешенным голосом заорал Арчи, он понимал, что если не зажечь сейчас, то уже через пару минут будет поздно.
Но Ап на тои Ап, что всё сделал правильно, ну или почти правильно. Но факел (головня из костра) попал куда надо – в самую гущу событий. И как оно хренануло, как оно шандорахнуло… Вот бы кому-то хоть на минуту задуматься, а что будет, если сто литров сверхлетучей жидкости вылить с высоты двадцати метров, а потом кинуть туда источник огня? Правильно! Получится термобарический взрыв! И он получился! Арчи с сотоварищи повезло, что инициирующей вспышкой их откинуло вглубь пещеры, причём Ап улетел туда вообще скоростным экспрессом. Дело в том, что Арчи просто вылил баллон вниз, оставив корпус лежать на камнях, но ведь он не полностью его вылил, там по любому что-то, да осталось, а верный Ап бросая факел, оказался ну вот прямо перед этим самым баллоном.
И когда жахнуло, баллон превратился в реактивный снаряд, со всей своей радостью полетевший в светлые дали. Точнее вглубь пещеры под пологим углом. Ап, же, зацепился комбезом за баллон, и стал первым в этом мире воздухоплавателем, и испытателем реактивной техники. Правда комбез оказался не таким уж и качественным, и вовремя разорвался, потому Ап не стал украшением на стене в виде красивой кляксы, а благополучно свалился на крышу любовного гнёздышка Арчи. Сам же чудо пиротехник приземлился недалеко от входа в пещеру, и продолжил движение подметая элегантным костюмом пол пещеры, от чего красота в течение нескольких секунд превратилась в лохмотья.
Красотка Вики тоже не избежала участи первооткрывателя, потому она исполнила роль воланчика для бадминтона, используя свой симпатичный зад в качестве амортизатора при приземлении. Причём её красивое платье (сзади) стало больше чёрным, чем небесно-голубым, а чудесная шубка из белой (сзади) стала такого непонятного цвета, что определение – хер знает какого цвета, будет самым правильным. А спереди… Спереди мечта поэта! Шубка стала просто кожанкой, ибо волосы не выдержали напора и сгорели к чертям собачьим, лицо и руки были все красные и в волдырях (для наннитов это полная ерунда), а платье… представьте себе танцовщицу варьете, где сзади пушистый шлейф, а спереди одно бельё. Представили, а вот теперь представьте, что платье теперь просто шлейф, а белья отродясь не было. И всё это вываляно в грязи.
- Арчи, я же тебя предупрежда… - голос Архангела оборвался на полуслове, - ты вообще живой? Мне тебе ещё голову оторвать нужно!
- Я.. кх-кх, жи.. кхе, вой, кхе, - арчи встал на четвереньки и пополз на знакомый голос, потому, как роговица у него оказалась обожжена и он почти ни чего не видел, - Это ты Рафаил? Добей меня, пожалуйста.
- Э нет, такого счастья я тебе не дам, - Рафаил засмеялся, глядя на гопкомпанию оборванцев, - ты как термобарический взрыв такой мощности учудил?
- Я.. кхе, не кхе-знал, кхе…Кхе.. так вый… кхе… само… - Арчи улёгся на камни обожжённым животом и ждал когда архангел исполнит свою месть, - добей, говорю…
- Ну ты и дебил, - Архангел посмотрел на результаты взрыва, - но орканов тут больше нет, то ли испугались, то ли сгорели все..
- Ты как умудрился-то? – Рафаил желал знать, как такое могло произойти, - рассказывай, мне ещё братьям эту байку пересказывать.
- Топливо из глайдера, - Арчи наслаждался прохладой камня, - загорелось сильно.
- Чё ты заливаешь, - Рафаил начал злиться, - ведь правда прибью сейчас, и мне будет грустно, потому что, во-первых, ты мне нравишься, а во-вторых, где я ещё таких баек наберу?
- С маслом для гидравлики… - Теперь делай чего хочешь, - вон там баллон, а вон там канистра. Вылили вниз, кинули факел..
- То есть вы распылили топливо с маслом прямо перед собой и затем его подожгли? – Рафаил замер в ожидании, но так и не дождавшись ответа заржал так, что казалось горы пойдут в пляс, - знаешь, что я тебе скажу Арчибальд Туск, ты не умрёшь своей смертью! И я тебя не убью, мучайся сам, и давай баек побольше, мне ещё вечность их вспоминать потом…
Арчи не видел, как улетел архангел, ему было уже всё равно, он просто пополз домой, видя лишь смутное очертание. По пути он нащупал на полу стонущую Вики, и они поползли домой вместе, а космонавта-испытателя предоставили самому себе, не до него сейчас… Впереди очень болезненная ночь, если нанниты будут медленно работать.
Глава двенадцатая. Новый день.
Глаза с трудом различили свет в окне. Значит уже наступило утро. Арчи попытался проморгаться, и это помогло, ощущение сухости в глазах ушло. Он обнаружил себя между кроватью и шкафчиками, в довольно узком месте, куда он забился ночью. На нём так и висели разодранные и обожжённые лохмотья костюма. Белая рубашка превратилась в непонятно что буро-чёрного цвета от смеси крови и копоти. Попытка встать прошла не сразу, но через некоторое время всё-таки удалась. Покачиваясь, парень прошёл в душевую, чтобы смыть с себя остатки одежды и вчерашней битвы. Тому что он ещё жив есть несколько причин. Во-первых, он в доме, а дом запирается изнутри, потому орканы и не смогли до него добраться, в таком случае очень жаль Апа… Во-вторых, нападающие сильно получили по мордам и теперь трясутся в страхе где-то далеко, но Апа всё же жаль. Ну и третий вариант – он так жалко выглядит, что прожорливые твари передумали его жрать, бедный Ап, ему по любому досталось.
На входе в душевую Арчи споткнулся о какие-то тряпки. При ближайшем рассмотрении в тряпках он опознал Вики. Видимо она приползла в душ, дабы холодной водой облегчить себе страдания. Арчи потряс её за плечо и услышал нечленораздельное мычание. Значит всё в порядке, то есть она жива. Тогда парень просто перешагнул через девушку и начал сдирать с себя остатки одежды. В зеркале на него смотрел молодой парень, у которого часть кожи на руках, груди и лице была девственного, новорожденного цвета, а остальная – имела тёмный цвет южного загара. Эдакий непонятный пятнистый зверь. Насчёт воос и говорить нечего. Они также отличались по цвету, так как новые волосы были более тёмные, чем выцветшие старые.