Викинг (СИ)

Зачем?
Упиваться своей кровожадностью? Может, кто-то так и делает, но это не мой случай. Никакого кайфа от подобного я не вижу.
Победить сильного противника, разбить превосходящие силы врага, схитрить, вывернуться, захватить город, который по идее нам не по зубам — вот от чего я кайфую.
А примерять на себя роль мясника-«чекатилы» просто «по фану» у меня нет желания. Еще не настолько игра наскучила.
Впрочем, даже если бы наскучила, подобным я бы вряд ли занимался. Скорее просто нашел бы новое развлечение взамен надоевшему.
Вот, собственно, и мои причины, по которым я не хотел примерять на себя роль сатрапа, живодера и детоубийцы. В Норхарде у меня были совершенно иные планы, и подобные звания, титулы мне были не нужны — не только ничем не помогут, но еще и мешать будут. Как можно договариваться и вести беседу с детоубийцей и насильником?
Поэтому освобождение детей из плена было поступком не столько и только из-за моей совести, но и из сугубо прагматичных целей.
Впрочем, нет, совесть требовала освободить и их родителей, набрать в треллы одиноких и, в общем-то, можно было это устроить — толкнуть речь, заставить северян искать молодых мужчин, которые будут наиболее эффективны и полезны в роли трелллов. Но…это уже явный перебор.
Сделал доброе дело, и хорошо. Да и вообще, в конце концов, это не 21 век, а суровое, жесткое Средневековье.
***
Не успели мы отойти от драккаров и ста метров, как я заприметил костер, у которого сидело несколько человек, в том числе и та парочка, которую я искал.
Мы с Ро-Каном подошли ближе, и я сел на бревно, место на котором мне любезно освободил один из северян.
Ро-Кан же остался стоять за моей спиной, будто телохранитель.
— Удачный день, — сказал я, — вижу, уже празднуете?
Я кивнул на жарящегося на вертеле молочного поросенка.
— Город захватили, добра привезем столько, сколько никогда не было. Чего ж не отпраздновать? — ответил мне Сигмар по прозвищу Корабельщик.
Уж не знаю, кто его так назвал, но он явно ошибся — драккар Сигмара был самым нескладным из всех. Настолько нескладным, что я всю дорогу переживал, как бы он не утонул — то и дело кренился, пытался зачерпнуть бортом воду. Как он пойдет назад, будучи загруженным — я не представлял.
Будет крайне неприятно потерять корабль только потому, что он кривой до невозможности.
Когда я за ним наблюдал, было вообще такое впечатление, что он идет по морю как бы боком.
Если его строил Сигмар, то руки бы ему обрубить за подобное творение. Во всяком случае, Корабельщиком я бы его точно не назвал. И уж тем более, если бы мне вздумалось построить корабль, этот человек стал бы последним, которому бы я доверил подобную работу. А уж деньги платить за «результат», схожий на его корабль, я бы вообще не стал.
Впрочем, может, «Корабельщиком» его в насмешку называют? Северяне, так-то, остры на язык. Их хлебом не корми, дай подшутить, подтрунивать над другими.
— А я бы на вашем месте не спешил праздновать, — заявил я.
— Почему? — взглянув мне прямо в глаза, ответил Сигмар.
— Когда мы еще были дома, я предупреждал, что не потерплю, если кто-то не будет выполнять мои приказы…
— Я разве что-то не выполнил? Все ведь сделано. Город захвачен, стражники перебиты…
— Почему ваши люди побежали в порт, хотя я приказывал направиться на стены города?
— Так я им не командир, — пожал плечами Сигмар, — я капитан. В море они меня слушаются, а на суше…
Я скрипнул зубами.
— Так какого черта ты не сказал это, когда я вас собирал? Почему не предупредил, что никто тебя слушать не станет? Что делать из тебя командира не стоит, так как командовать ты не умеешь?
Сигмар изменился в лице. Подобные речи ему явно не понравились.
— Из-за тебя все могло провалиться. Ты мог хотя бы попытаться удержать людей, помешать им бежать в порт, но ты делать этого не стал. Более того — ты сам отправился в порт!
А вот это я уже узнал от самих бойцов. Этот идиот рассказал о моем плане, всех предупредил, как надо действовать, а оказавшись на суше, тут же обо всем забыл.
 
Как оказалось, он же и потащил за собой людей в порт, фактически развалив отряд. Лишь горстка бойцов, у которых остались мозги, сообразили, что к чему, и последовали моему плану. За что им честь и хвала.
И ладно бы Сигмар потащил только людей из своего отряда, так нет же — еще и уговорил Рауда пойти с ним.
Мол, видите ли, если нод ошибся и ничего не получится, то они хоть чем-то успеют поживиться в порту.
— Я пытался остановить людей, — скрипнув зубами, ответил Сигмар.
— Ложь! — совершенно неожиданно у него за спиной появился Ури.
Выглядел он устрашающе — голый по пояс, весь заляпанный кровью, с огроменной секирой в руках, он походил на какого-то демона, вылезшего из преисподней и устроившего вакханалию.
Впрочем, отчасти так и было. Он действительно устроил такую резню, что наверняка, когда мы уйдем, местные будут описывать его именно как демона, ниспосланного на их головы за грехи.
— Ури, я… — Сигмар был явно испуган появлением Ури, его глаза забегали, руки задрожали, он даже вскочил на ноги.
— Из-за тебя могли погибнуть много наших, — сказал я, — мы могли и вовсе не захватить город, вернуться назад ни с чем.
Сигмар затравлено глядел то на меня, то переводил взгляд на нависающего над ним, словно туча, Ури.
— А ведь ты, как и другие, признал меня форингом, обещал следовать приказам…
— Я… — начал было он, но тут же свистнула секира, и всех, кто был рядом, тут же заляпало свежей горячей кровью.
Обезглавленное тело Сигмара простояло несколько секунд, а затем завалилось прямо в костер, ломая вертел, роняя жареного поросенка в огонь.
Одежда на безголовом трупе тут же занялась, и все, кто был у костра, моментально отскочили назад.
Я же повернулся к Рауду.
— Я не хотел. Сигмар меня уговорил, — залепетал он, — я думал, что…
Секира свистнула еще раз, попросту разрубив его пополам. Ну, почти.
Огроменная рана, идущая от плеча и почти до пупа, выглядела страшно. А самое ужасное, что Рауд был все еще жив, хоть и ненадолго.
— Ты и ты, — я ткнул пальцами в двух воинов, с ужасом наблюдающих за происходящим, — соберите оба отряда. Один отряд сменит наших у ворот, и будет там стоять, пока я не прикажу уйти. Второй сменит людей на восточной стене. Ясно?
Оба воина испуганно кивнули.
— Действуйте.
  
Глава 25 Возвращение и награды
 
Наши корабли уходили в море.
Далеко позади в небе были видны отсветы бушующего пожара — это был Блестер.
Когда мы погрузили все ценное на драккары, отобрали треллов, я приказал поджечь город.
Однако мы не отправились сразу домой, нет, наши корабли пошли вдоль берега, пока не наткнулись на небольшую деревню.
Я приказал направиться к ней.
Высадившись на берег, мы не стали грабить дома. Да и смысла в этом не было — в жалких лачугах рыбаков вряд ли нашлись бы ценности. А хлам нам был не нужен — корабли и так загружены настолько, что едва ли воду не зачерпывают бортами.
Я высадился на берег с одной единственной целью — сжечь селение.
Именно так, просто чтобы выполнить задание, получить галочку. Никаких других целей я не преследовал.
И да, я решил серьезно взяться за вопрос выполнения своей задачи «по максимуму».
Сказано — сделано.
Рыбаки с семьями давно удрали в лес, и наверняка теперь из-за деревьев наблюдали, как мы поджигаем их дома.
Совесть меня совершенно не мучила — как уже говорилось, время такое, да и вообще.
Понимаю, что нападать, жечь эту деревушку особо и не нужно было, но…
Есть задача — значит, ее нужно выполнить. Тем более, раз предоставлен такой случай.
Я банально хотел выяснить, какая максимальная награда за выполнение всех подзадач положена. И, главное, нужно было выяснить, а стоит ли вообще выполнять все доп. задания в дальнейшем, или проще обходиться необходимым минимумом. Стоит ли оно вообще лишних телодвижений?