Многомужество-5. Медвежья Ласка (СИ)
Бер…
Каждое движение давалось с трудом, но каждое новое становилось все легче предыдущего. Огромное медвежье тело сдавалось, позволяя собой управлять, и еще немного повозившись в снегу, я смогла подняться на лапы, глядя на них так, словно никогда раньше не видела когтистой мощности медвежьих конечностей, покрытых густым медным мехом.
Перед глазами еще немного плыло, когда я наконец распрямилась и с огромным удовольствием потянулась, вытягиваясь во всю длину и зевая во всю пасть. Настоящую звериную пасть!
— Выгуляйте девочку, ей сейчас это нужно, — скомандовала шаманка, повелительно взмахнув рукой, но лорды, будто наперед зная, что она сейчас скажет, уже оборачивались, становясь на четыре лапы.
Яркий сладкий аромат ударил в голову так сильно, что я замерла, изо всех сил втягивая воздух вокруг. В нем кипела ранняя зима с терпкими ароматами подмороженного терновника и шиповника, припорошенных северным морозом.
Дикие, опьяняющие ароматы.
Тяжелая медвежья голова Варда заботливо толкнула меня в бок, и круг почета от трех тяжелых тел окончательно затянул под лавину этого запаха, обернувшего флером, как тонкой сеткой.
— Пойдемте. Им нужно научить ее бегу, — позвал всех остальных дядя, направляясь обратно в пещеру. — Первый оборот всегда самый памятный.
— У-у-у… — протянул белоснежный медведь, подходя так, чтобы я без труда уткнулась носом ему в шею. — У-у-у…
В этом зове слышалась забота, любовь, радость за меня и безграничная преданность. Я буквально слышала в каждом звуке и шорохе обещание, открытие, признание меня как единственной в этом мире.
Существую только я, они и лес, связывающий звериный дух одной крепкой нитью с природой.
Берд загреб лапой воздух, намекая, что пришло время. Смиренно потопав за ним, я перекидывала тяжелые лапы, нелепо запинаясь с непривычки, и все больше подглядывая за лордами, куда более уверенно проламывающими снег.
Шаг, второй, третий…
Стоило только расслабиться, прекратить думать, и медвежье тело понесло меня вперед, позволяя втягивать холодный воздух полной грудью, ловить носом ветер и жмуриться от восторга.
Только отдавшись зверю, я поймала невиданное и такое желанное ощущение — свободу. Настоящую. Мою.
Деревья проносились мимо с невиданной скоростью, но я бежала по маякам лордов, ведущих меня за собой, не позволяющих оступиться и сойти с пути. Я летела, словно огромная птица, ощутившая волю после долгого заточения, ломала лапами снег, рычала, гонимая бегом, и дышала! Дышала, дышала!
В этот момент мне казалось, что любые преграды между мной и этим чувством я снесу не заметив.
Мне все по плечу! Я настоящий зверь! Свободный и дикий!
На вершине Вольхи я с трудом затормозила, падая прямо в снег и успокаивая высоко поднимающуюся грудь.
Над головой огромное бескрайнее небо, подо мной разливался океанами лес, укрытый белоснежным одеялом. Рядом были лорды, способные сжать в ладонях этот мир, и я. Настоящая. Живая. Целая.
— А-у-у-у! — заревела, высоко запрокидывая тяжелую голову.
— У-у-у-у! — вторили мне мои медведи.
И где-то там, внизу, каждый слышал мой рев, зная, что на этих землях родилась новая бера.
Глава 15
— Ласка! Вставай давай! Собственную свадьбу проспишь!
— Встаю-ю-ю… уа-уу…
Лениво перевернувшись и отлепив лицо от подушки, я открыла один глаз, уставившись на Инесс.
Подруга была в режиме боевой готовности. Она держала в руках кучу платков, платье, сапожки и целую связку бус, которые, по ее мнению, должны были украшать меня, как ягоды рябину — сверкая и в огромном количестве.
— У нас времени в обрез, а ты валяешься!..
— Ты тоже на свою свадьбу до полудня спала, — припомнила я, свешивая с кровати голые ноги. — Еще месяца не прошло, а ты уже забыла, каково это. Прояви же хоть долю сочувствия!..
— Я, в отличие от тебя, и свадьбу скромнее устраивала, — улыбнулась девушка. — Вставай, время поджимает.
Вот тут Инесс была права.
Если они с Бьерном принесли клятвы в присутствии самых близких, а после умчались в лес, то лорды, услышав мое желание, приняли все за чистую монету и бросились в сражение со свадебными традициями.
Подготовка к празднику уже выходила за все возможные рамки!
Лорна оккупировала кухню, призвав на подмогу всех свободных беров, дядя командовал расстановкой столов и подготовкой двора, в котором и было принято решение провести торжество. Йонна умчалась за мужем, чтобы поспеть вовремя, а Инесс с головой погрузилась в обязанности подружки невесты, воспользовавшись подмогой Бури, по десять раз на дню перекраивая платье. А еще она жестко ограничила лордов во времени со мной, разве что ночью не карауля у дверей спальни, в которую теперь берам вход был запрещен, но оставлен на их совести.
И нет, лорды, решившие воплотить мою фантазию в жизнь, сдерживались и, согласно древним традициям, днем избегали общения, но… Кто может удержать трех соскучившихся беров? Конечно же, никто!
Они по очереди пробирались ко мне под покровом ночи через окно и оставались практически до утра, почему-то продолжая держать дистанцию. И вот вчера Харланд попал под мою горячую, но обиженную невниманием руку, за что поплатился долгой ночью разговоров о последствиях такого поведения.
Традиции, традиции… Я уже жалела, что сгоряча это ляпнула!
— Садись завтракать, а я расплету тебе волосы, — дождавшись, пока я умоюсь, Инесс указала на стул. — Волнуешься?
— С чего вдруг? — быстро запихивая в себя хлеб и ветчину, спросила я.
— Ну как «вдруг»? Не соскучилась по лордам? — Тонкие пальчики девушки заскользили по лентам в волосах, вплетенными на ночь. — Ты их три дня не видела!
Правильно оценив мое сконфуженное молчание, Инесс фыркнула, отбрасывая ленточки на стол.
— Понятно. Никаких традиций с вами не соблюдешь!
— Мы просто разговаривали. И вообще, чья бы корова мычала, — возмутилась я. — Ты перед свадьбой вообще Бьерна в своей комнате спрятала! Я знаю, что его утром всей крепостью искали!
— Жуй молча, а то подавишься, — не отрицала она, расплетая косички, — у нас еще куча дел. А лордам твоим все равно выговор сделаю.
Целый час она крутила меня из стороны в сторону. Когда вернулась Йонна, я была уже в платье, с прической и макияжем, который Инесс пыталась сделать неброским и практичным.
— Вы уже закончили? Мы как раз вовремя! — шаманка махнула рукой, и две незнакомые мне беры с белоснежными косами внесли небольшой, но увесистый сундучок, ставя его на пол.
— Это от Смоляного и Белого, — пояснила она. — Подарки для новой беры лесов.
— Йонна, спасибо! А что там?
— Открывай скорее, — улыбнулась женщина, закрывая дверь. — Надеюсь, тебе понравится.
Отбросив деревянную крышку, я ахнула не сдержавшись.
Сундучок почти доверху был набит нарядами с бисерной вышивкой, украшенной драгоценными камнями и росписью. Платки, платья и пара тужурок с меховой оторочкой. Невероятно красивые и ярко отличавшиеся от привычных мне, они веяли духом дальних лесов, где мода была несколько иной.
— Вот этот платок я носила на своей свадьбе, — заметив, как я взяла в руки белоснежную вязаную шаль из тонкой, почти паутинной нитки. — Тебе он принесет удачу.
— Йонна, спасибо. Они очень красивые.
— Не за что, медная бера, — женщина улыбнулась, не пряча тепла в глазах. — Я рада, что моим сыновьям досталась ты и твоя строптивая медведица.
Протянув руку для беровского рукопожатия, названная мать всех моих мужей резко прижала свой лоб к моему, закрывая глаза.
Это точно было не для меня.
Для нее, для медведицы. Так женщина благословила моего зверя, не оставив его не у дел.
— Ну что, пора?
— Пора, — согласилась Инесс, как только наши с Йонной пальцы разжались. — Вставай, Ласкана, укрывать будем.
Глава 16
Платки опускались на голову один за одним, и уже через пару минут я не видела ничего, доверившись рукам будущей свекрови и давней подруги.