Моя Академия 8 (СИ)

— Вот и славненько, — говорю и вспоминаю кое-что важное. — Эту сумку не трогать. Понятно? Там важные для меня вещи, — показываю сумку, в которой упакованы болванки для перемещения.
Тварюшка бросает взгляд на сумку и едва заметно кивает. Забирается на спинку стула, цепляется задними ногами за перекладину, обхватывает руками колени и замирает. Удивлённо смотрю на существо — в таком виде оно мне чем-то напоминает каменные изваяния гаргулий. Кажется, что-то похожее изображали средневековые скульпторы, причём, в другом мире.
  
День странных открытий, не иначе.
Раздеваюсь, умываюсь и падаю в кровать. Никакого счёта овец или контроля дыхания мне не требуется. Мгновенно погружаюсь в сон.
Утро, можно сказать, традиционно начинается до общего сигнала пробуждения. Открываю глаза часов в пять — за окном только рассветает. Видимо, количество магии, которое проходит через меня за последнее время, вдобавок помогает телу восстановиться. Может быть, не только телу, но и разуму — чувствую себя обновлённым и посвежевшим. Проще говоря, магия берёт на себя некоторые аспекты усталости.
Груз вчерашних мыслей абсолютно не давит. С новым днем приходит очень четкое ощущение, что всё решаемо. Может быть, и нет необходимости спать стандартные восемь часов.
На стуле по-прежнему вижу бесёнка — он так и застыл в позе горгульи. Вчера не обратил внимания, но крылья он успел отрастить довольно приличные. Теперь может полностью ими закрыться, обернув небольшое тельце. Так сразу и не разберешь, кто перед тобой, если не знать. Отдаленно напоминает летучую мышь в типичной для нее позе только не кверху лапами.
Делаю глубокий вдох и принимаю решение вставать. Слишком хорошее состояние. Если закрою глаза, чтобы еще немного подремать, могу проснуться сильно позже и разбитым. Никакая магия меня от этого не спасёт.
Бесёнок чувствует, что я на него смотрю, и тоже открывает один глаз. Спустя пару секунд разлепляет второй. Слежу за ним вполглаза, потягиваюсь и зеваю. Тварюшка неожиданно повторяет каждое движение. В исполнении бесенка всё это выглядит крайне специфически: он потягивается не только руками, но и крыльями.
Поднимаюсь на кровати, а бесёнок делает шаг назад, оступается и падает со стула. Видимо, забыл, что сидит на жёрдочке. Отряхивается, возмущённо пищит и чирикает, шебуршась под стулом.
— Вот так бывает, — усмехаюсь в голос.
Встаю с кровати и захожу в ванную комнату. Бесёнок отфыркивается и недовольно плетется за мной.
Душ, разминка — и вроде бы готов к труду и обороне.
— Ну что, часа два у меня есть. Какие ты вчера принес срочные дела? — обращаюсь к бесёнку. Не зря же он вчера так упорно меня тянул за собой.
Обезьянка пищит и показывает на стену.
— Понял, — отвечаю. — Сейчас проверим, что там у нас есть.
Тварюшка радостно пищит и, подскакивая, бежит к внутренней стене. Оглядывается и ждёт, пока я подойду. Снова пищит и погружается в камень.
Нет уж. Туда не пойду. Эти ходы пока не для меня. Экипируюсь как обычно. Поскольку монстрик точно ушёл в параллельную реальность, то мне нужно за ним, но уже знакомым способом. Есть одно место в Академии, откуда можно перейти вслед за бесёнком без особых ухищрений. Ограничений там несколько больше — на тропы оттуда не попасть. Хотя, если пройти через туман, то ограничение, скорее всего, можно снять. Но опять же — нужны эксперименты, и, желательно, безопасные.
Вспоминаю — вроде ничего не забыл. Беру на всякий случай клыки непонятных зверушек междумирья. Надо будет отдать их Германычу на продажу или Пилюлькину для диагностики. Может, кто-нибудь из них найдет, как приспособить эти запчасти — к тому же, на них должны были сохраниться остатки яда.
Выхожу из комнаты. Утренняя Академия создаёт плотное, тихое и очень пустое ощущение. Иду тоже тихо, чтобы никто не заметил и не обратил внимания. Лишние встречи мне сейчас точно не нужны. Мысленно словно заключаю с Академией пакт на покой вокруг — сам стараюсь не нарушать тишину, да и Академия не провоцирует. Готов поклясться, что это соглашение висит в воздухе.
Поднимаюсь на четвёртый этаж, затем прохожу ещё один лестничный пролёт. Тут же оказываюсь возле прохода для преподавателей. Академия его пока не закрывает, да и, скорее всего, долго не закроет. Разве что, проход будет перемещаться всё выше и выше. Я прекрасно понял логику директора — халявные площади никому не помешают.
Когда-нибудь наступит сложное время, и возможности бесплатно присоединять к основному зданию дополнительные кабинеты, закончатся. Пока это осуществимо — пользуемся. Просто сейчас не хватает людей, поэтому они работают не в полную силу. В общем, соблюдается некоторый баланс.
Захожу внутрь. Надо мной обычный свод. Если бы не плотные языки хмари по краям и впереди, можно подумать, что иду по обычному коридору. Теперь же прекрасно чувствую и понимаю сам момент перехода. Внимательно его отслеживаю. Ловлю то самое едва заметное ощущение, когда мир начинает ощущаться немного иначе, чем обычно.
Спокойно иду по коридору. Скрываться и не шуметь больше не имеет смысла. Шаги звучно отдаются от стен, но теряются в тумане сзади и спереди.
Хмарь, как обычно, расступается передо мной, словно встречает знакомого ему мага. Сейчас коридоры вижу намного четче и точнее, чем раньше.
Самое ценное — само ощущение перехода. Стараюсь пережить его раз за разом, чтобы получилось узнать подобное в любой момент. Оказывается, есть что-то общее в тех магических техниках, которые используют преподаватели.
Идти приходится долго, но Академия здесь уже более или менее устойчива. Где именно находится обезьянка, чувствую. Понимаю, куда нужно идти. Похоже, бесенок тоже может служить маяком, хоть и слабым.
Выхожу из-за угла и вижу замершего посреди коридора бесёнка. Он меня ждет, но почему-то смотрит на стену. Возможно, не чувствует моего приближения.
Полностью уверен, что это тот самый бесёнок, а не какой-то другой. Существо разворачивается. Ещё раз отмечаю для себя, что если вдруг встречу скульптуры внутри Академии — очень может быть, что это уже давно не скульптуры, а похожие замершие существа. Если бы прямо сейчас бесёнок не стоял посреди коридора и не бросался бы этим самым в глаза, внешне его было бы сложно отличить от каменного изваяния. Довольно уродливого, но не лишённого некоторой гармонии.
— Ну, давай, показывай, что у тебя тут, — обращаюсь к тварюшке. Просто так в другой мир она меня еще ни разу не зазывала.
Бесёнок разворачивает крылья, встаёт в полный рост и громко кричит или, скорее, пищит. В любом случае, это очень высокие ноты. Подозреваю, что половину издаваемых звуков я не слышу, хотя зубы неприятно заныли — значит, звуки есть.
— Слушай, ты бы так не орал, — обращаюсь к бесёнку. — У меня аж челюсть свело.
Бесенок наклоняет голову и внимательно смотрит на меня.
— Не, не опасно, просто неприятно, — поясняю. Чем больше времени провожу с тварюшкой, тем проще угадываю её эмоции.
Существо разводит лапы, словно извиняясь.
— И-ии, — скрипит, но уже сильно тише.
— Да, понимаю, что по другому не позвать, — с легким удивлением снова понимаю общий посыл существа.
Бесенок тоже принимает мои слова к сведению. Разум у него развит, но до человеческого сильно не дотягивает. А вот до уровня умной дрессированной собаки — вполне. Даже несколько больше. По крайней мере, разговор из пяти-семи слов поддержать может.
Проходит еще немного времени, и от стен отделяются похожие на бесёнка существа. Разве что, выглядят сильно проще. Бесёнок тоже был примерно таким же, когда только сбежал из клетки Пилюлькина.
  
Монстрик грубо ворчит на тех, кто появился. Существа хаотично движутся в нашем направлении, а у меня проскальзывает мысль на всякий случай подготовить росчерк. Хотя, это успеется. Главное, никого не спугнуть.
Бесёнок рявкает на своих, и группа похожих на него самого существ выстраивается прямо перед тварюшкой, словно настоящий тренированный отряд из шести бойцов.