Моя Академия 8 (СИ)

Лес замирает. Успеваю уловить единственное быстрое движение — стреляю на опережение.
Мохнатая огромная тварь словно напарывается на стену прямо во время бега. По зверю проходит волна, и он тут же издыхает.
— Ничего себе ты снайпер, — Виктор успевает только дёрнуться в сторону оружия.
— Я не снайпер, это мой талант, — объясняю. Всё равно после попадания в город глава группы всё забудет.
  
— Ничего себе, — слышу комментарии ребят за спиной.
Тем временем подходим к существу. Вижу, что оно не совсем мёртвое. По всему телу здоровенного медведя гуляют языки хмари, плотно окутывая шкуру.
К животному кидается девчонка из толпы. Та самая — коротко стриженная.
— Она у нас спец по монстрам, — объясняет Виктор.
— Стоять! Так, секунду! — Происходит именно то, чего я опасался. Тварь заражена. Другое дело, что споры не выбрасывает. — Все назад — животное заражено. И в этот раз я вас не спасу.
Девчонка отшатывается, но в её взгляде ловлю сильное любопытство. Видно, как тяжело ей оставлять хищника. Наверняка, они тоже видят такого впервые.
— Аккуратно обходим, не приближаемся, — говорю ребятам.
Контролирую, как группа обходит тушу. Надо быть полностью уверенным, что никто не отстал.
— Идём дальше, — продолжаю. — Кажется, на наш след уже вышли — нам надо поспешить.
Виктор тоже чувствует, что шутками тут не пахнет и подгоняет своих подчинённых:
— Если крупные хищники уже на нашей тропе, значит стайные тоже ходят где-то рядом, — объясняет логику происходящего. — Как только почувствуют, что между нами никого нет, — кивает на мохнатую тушу, — сразу же нападут. Поэтому давайте побыстрее, ребята. Надо напрячься.
Одобряю подобный подход. Группа Виктора морально собирается. Это становится особенно заметным, когда второй сильно раненый боец наконец приходит в себя. Никто не останавливается и не тратит лишнего времени, всё делают на ходу.
Бойца шатает, но нести его теперь намного проще. Мужик слабо перебирает ногами и уже намного меньше похож на полутруп. Благодаря этому мы довольно серьёзно ускоряемся, но это всё равно не спасает — по ощущениям, внимание леса становится агрессивно-злым.
Что-то подобное происходило и в нашем мире. Тогда на выходе, в лесу, когда ощущал Лешего. Он был недоволен нашим приходом на его территорию, здесь же всё намного серьезнее. Лес вокруг не просто недоволен, нас банально хотят извести. Это становится очевидным и заметным. Ощущение прорисовывается всё отчетливее. Другое дело, что договориться с лесом или управляющим здесь Лешим мне просто нечем.
Резкое басовитое жужжание отрывает меня от наблюдений. На автомате кидаю росчерк в источник звука, толком не осознавая, что происходит. В метрах двадцати от нас зажигается маленькая огненная звёздочка — сгорает какое-то существо.
— Чёрт-те что, — констатирует Виктор. Он тоже слышит звук и видит всё происходящее. — Ребята, у нас проблемы. Мужики, смените Любаню. Подхватываем парня на руки и побежали. Далеко нам ещё? — обращается ко мне.
— По ощущениям остался примерно километр, — отвечаю. — Может чуть меньше. Почти рядом — если по времени, осталось минут пять. В том случае, если быстро побежим.
— Значит надо так и сделать! — громко объявляет Виктор: так, чтобы все его слышали. — Всё, всё, всё, подорвались, руки в ноги и побежали! Дорогу помним, вектор помним.
— У меня ноги разбиты, — говорит коротко стриженая девчонка. Большинство бойцов перенесло сюда в том, в чем они были. Без обуви и без верхней одежды. Всю дорогу никто не проронил ни слова про неудобства — сейчас же придется бежать. Разутыми сделать это быстро как минимум больно.
— Терпи, — с сочувствием отзывается Гена. — Хочешь, возьми мои боты. Они, конечно, большеваты, но хоть так.
— А ты? — спрашивает девчонка.
— А я потерплю, — машет рукой боец и разувается прямо на ходу. — Давай, быстро.
— У кого ещё такие же проблемы, сразу меняемся обувью, — подхватывает идею лидер группы. — У нас ещё есть время? — спрашивает меня.
— Нет, времени у нас нет, поэтому делайте, что нужно. Только как можно быстрее, — отрезаю. — Мы уже и так внутри контура опасности. Вокруг сплошняком внимание леса, если вы понимаете, о чём я.
— Мы-то как раз понимаем, о чём ты, — отвечает Виктор. Он буквально на ходу разувается и отдаёт ботинки Любане. Та с благодарностью их берёт и очень быстро старается всунуть ноги, обмотанные тряпкой в несколько слоёв.
Продолжаю наблюдать. Прямой угрозы пока не вижу. Кидаю диагностику на присутствующих девчонок. У всех сбиты ноги, но сильнее всех у коротко стриженой.
С мужиками проще — все, кроме основных бойцов ударной силы, отдали свои ботинки разведчикам и девчонкам. Это и понятно — им нужно бежать дольше и быстрее. Сейчас в темпе вальса все меняются обувью в зависимости от сбитых ног. На всякий случай прохожусь целительским глифом.
Сейчас история выглядит не так сложно, можно использовать первоначальный глиф, который мы изучали в Академии. Он прекрасно справляется со своей задачей.
Секунда, две, три — опять слышу низкий гудящий звук. Он раздается сразу со всех сторон.
— Ариадна, — обращаюсь к девушке.
— На двенадцать часов, на два и на девять, — менталистка понимает меня с полуслова.
— Понял, высота? — уточняю.
— Около третьего этажа, плюс-минус, — отвечает девушка.
Прислушиваюсь и готовлю сразу три росчерка, жертвуя ради этого щитами. Секунда — и я замечаю двух первых. Росчерки тут же влетают в существ. Оборачиваюсь и ловлю взглядом третьего — его тоже сжигаю без раздумий.
— Кажется, отбились? — спрашивает Виктор.
— Считайте, это только начало, — выдыхаю.
Издалека доносится низкий, ровный, тяжёлый вой.
— Похож на волчий, — замечает Гена на бегу.
— Так и есть, волчий. — Оглядываюсь на Виктора.
— Вообще не спорю, скорее всего он и есть, — кивает тот, не сбавляя темп.
Да уж. Почему бы здесь не оказаться кому-то похожему на волков? Все твари, которые набегали на нас в последнее время, шли стаями. Кроме одной. Возможно, это неочевидная характеристика леса. Ещё одна стая санитаров леса меня вообще никак не удивляет.
— По вашему опыту, насколько они далеко? — задаю вопрос.
— Километров пять отсюда, — прикидывает Виктор. — Значит, успеем добежать. Нам меньше. Передвигаемся мы тоже медленнее, чем вся эта живность, но всё равно должны успеть. В пять раз они нас точно не обгонят.
— Скорее всего, — соглашается Гена и чуть отстаёт от нас. Он подхватывает под руку коротко стриженную девчонку, которая всё-таки начинает прихрамывать.
Замечаю, что другие члены отряда тоже помогают друг другу. Лея уже давно не несёт свой чемодан, хоть он и остаётся почти пустым — практически вся одежда девчонки идет на обмотки. Выбросить чемодан в лесу Лея не решается — видимо, слишком долго она с ним бегала. Зато один из бойцов Виктора подряжается помогать. Не лезу в это дело. Пока ничего не мешает нашей боеспособности — поэтому не страшно. Никто не бросает палки или ножи. Все настороженно бегут, постоянно прислушиваясь к лесу.
Секунда, две, три — и мне становится не до наблюдений. Закидываю голову и вглядываюсь. Чувствую чужое присутствие. Низкое, густое гудение снова наполняет воздух.
В этот раз успеваю разглядеть существо прежде, чем сжигаю его.
— Кто это? — спрашивает Ариадна. Девчонка без проблем держит общий темп группы. И судя по перемотанным тряпками ногам, делится своей обувью с одной из девчонок.
— Не успел толком рассмотреть, — отвечаю. — Напоминает шершня, только чересчур крупного — размером с мелкую птицу*.
Звук тяжёлый и очень опасный. А вот то, что такая дрянь летает не одна — опасно вдвойне. Если сейчас налетит рой подобных существ, а он, скорее всего, налетит, у нас будут серьёзные проблемы.
  
— Слышишь? — спрашивает Ариадна. — Это ещё не всё. Они где-то рядом. Только не могу понять, где именно.
Солидное гудение раздаётся с разных сторон. Пока слабо слышимое, но низкое, басовитое и предостерегающее. Пока что крупные существа, которых сложно назвать насекомыми, подлетают к нашей группе по одному. Подозреваю, что их намного больше. Злая воля леса наверняка поставила нас как цель.