Калгари 88. Том 7 (СИ)

— Говори, чего надо! — сумрачно сказал Серёга. — Я ухожу сейчас.
— Какой ты занятой, — усмехнулся Кент. — Ладно, сразу к делу. Тут слухи идут, что твои знакомые малолетние тёлки в загранку поедут, в Югославию. Ты поговори с ними, пусть деньжат подзаработают, и им будет хорошо, и деловым людям будет хорошо.
— Это каким же образом? — делая вид, что он совсем уж непонятливый валенок, спросил Серёга.
  
— Ну, ты же сам знаешь, — сказал Кент. — Я им дам по паре бутылочек «Столичной» и чёрной икры баночек по 5–10. Они там людям одним отдадут, а обратно валюту привезут. Спрячут куда-нибудь в лифчик, глядишь, и проскочат границу. Каждая по 50 рублей заработает. Побазарь с ними. Дело — верняк.
— Побазарить, говоришь, крысёныш??? — Серёга недобро посмотрел на Кента, оглянулся, увидел, что вокруг никого нет, и схватил недомерка сзади за шею. — Сейчас побазарю.
Отработал Серёга хорошо, но так, чтобы было незаметно. Корпус, бока, плечи, ноги. Под конец бросил Кента на лавку и тихо прошипел:
— Ещё раз увижу тут — глаза выдавлю и башку откручу. Сам на зону пойду, но и ты, крыса паскудная, жить не будешь. Ты понял???
Таким не добрым светом горели глаза Серёги Николаева, что Кент бешено закивал головой, тут же сорвался с места, и побежал к выходу из общаги. Хлопнула дверь, и только стук от кроссовок по асфальту, раздавшийся на улице, показал, что Кент в панике свинтил отсюда.
«Вот же козёл… Нашёл к кому подлазить. Но всё-таки что-то нужно делать…» — подумал Серёга.
Сам он скоро уедет, а что будет с девчонками, неизвестно…
  
Глава 20
 
Розалин Самнерс
 
17 марта 1986 года, 7 часов 50 минут утра. Юниверсити-авеню, город Норвуд, штат Массачусетс, США. Бостонский конькобежный клуб. Центр ледовой подготовки «Тенли Олбрайт». Тренировочный каток номер два, для занятий фигурным катанием.
Каток хоть и считался сугубо тренировочным и предназначенным лишь для занятий фигурным катанием, зрительские ряды в нём присутствовали — трибуны рассчитаны на 2500 зрителей, а это всего лишь в два раза меньше прославленных ледовых арен СССР на 5000 зрителей. Компоновка типично североамериканская — калитки для выхода фигуристов из одного короткого борта, для заливочной машины — с противоположного. Никаких служебных зон и судейских мест со спец-секторами — зрительские места самого дорогого, первого ряда, начинаются сразу от бортика, чтобы зрители видели происходящее в метре от себя. Часто здесь проводятся ледовые шоу, и билеты на них стоят очень приличных денег, что характерно для зажиточной Новой Англии.
Для искушённого зрителя, поездившего по свету, сразу бросался бы в глаза более вытянутый контур ледовой арены — она имела 25 метров в ширину и 61 метр в длину, в то время как европейские арены имели размер 30 метров в ширину и 60 метров в длину. Для американских и канадских фигуристов, едущих соревноваться из Северной Америки в Европу, привыкших к своей ледовой арене длиной 61 метр, на один метр более короткая европейская ледовая арена являлась иногда большим сюрпризом, особенно при заходе на прыжки — существовал большой шанс воткнуться в борт при выезде с прыжка или каскада. Но ещё более высокий шанс воткнуться в борт, был у европейцев, приехавших на соревнования в США или Канаду, привыкших к ширине арены 30 метров. Минус пять метров сильно аукались при исполнении стандартной программы, исполняемой на привычной 30-метровой арене. Некоторые фигуристы в последний момент уходили от столкновения с бортом или проходили в считанных миллиметрах от него. Или даже чиркали лезвием конька по рекламной обшивке, прорезая её до мягкой основы.
На втором ярусе катка тренерская, залы ОФП, два зала занятий хореографией, раздевалки и душевые для спортсменов, а также кафе и зал ожидания с удобными диванами, автоматами по продаже кофе, газировки, хот-догов и сэндвичей. Спортсмены и тренеры, чья очередь ещё не настала для выхода на лёд, ожидают её в этом зале, коротая время за просмотром кабельного телевидения, гоняющего спортивные трансляции и чтением периодики: на журнальных столиках разложены газеты и журналы вперемешку с рекламными буклетами.
Тренер Розалин Самнерс, симпатичная стройная женщина лет тридцати пяти, сидит и ожидает приглашения на лёд — сейчас ещё время не её группы. На льду первая утренняя группа, тренирующаяся с 5 до 8 утра. Так как каток работал круглосуточно, а машины есть у всех, как у фигуристов, их родителей, так и у тренеров с хореографами и работниками арены, приехать в любое время суток не проблема.
Однако в скором времени, как бы даже не завтра, придётся переходить на другой график работы и арендовать лёд ещё и у времени первой группы. Всему виной чемпионат мира в далёкой Югославии, куда отобралась её ученица Синди Бортц, выигравшая чемпионат США среди юниоров. Для Розалин в её тренерской карьере это была огромная удача, и теперь эту удачу не стоило спускать в унитаз. Если она вдобавок к званию тренера чемпионки США добавит звание тренера чемпионки мира, это даст такой мощный толчок её карьере, который позволит безбедно жить всю оставшуюся жизнь — плата за тренерство поднимется автоматом до 50 долларов в час. И это только за одного человека! Набрав группу в 20 человек, можно зарабатывать по 1000 долларов в час и автоматом пробиться в ВАСПы! И даже купить викторианский коттедж в историческом центре Бостона, войдя в состав самой настоящей американской элиты.
Но для начала стоит выиграть этот чемпионат мира, и она, Розалин Самнерс, разобьёт себя для этого вдребезги, тем более, задача не представлялась слишком сложной.
Однако, если будущие соперницы Синди казались ниже её по мастерству, так как у них не было тройного лутца, то две проблемы могли стать преградой к светлому будущему. Первая проблема — это более короткая европейская ледовая арена, которая может помешать правильному исполнению каскадов, особенно лутцевого 3−3, на который требуется долгий заход через весь каток, и расстояние выезда высчитано и накатано чуть не до миллиметра. Вторая проблема — это акклиматизация. Разница во времени между Любляной и Норвудом 5 часов. Если соревнования в Югославии начнутся примерно в 10 утра, то в Норвуде это раннее утро — пять часов. Естественно, организм Синди в это время будет просить спать, а не кататься. Отдача от него будет вполовину от возможного максимального функционала.
Существовало только два пути решения этой проблемы. Первое решение подразумевало приехать на соревнования раньше на неделю, и отправляться в путь уже сейчас. Но тогда родителям Сидни придётся самим оплачивать межатлантический перелёт и проживание в гостинице, причём как для спортсменки, так и для тренера, на что родители Сидни категорически были не согласны: сумма выходила в копеечку. Если прилетать как все и заселяться в гостиницу как все, то организатор чемпионата, Международный союз конькобежцев, оплачивал и перелёт из Америки в Югославию, и проживание в гостинице на время соревнований. Но время… Если они с Синди приедут как положено по графику, на 2 дня раньше, акклиматизация накроет Сидни на третий день, как раз во время исполнения короткой программы. Это была большая лотерея с вероятностью выигрыша 50×50. Большой риск провала.
Второе решение подразумевало пройти акклиматизацию заранее, прямо здесь, в США. Для этого нужно на оставшуюся неделю изменить весь образ жизни Сидни. Причём это касалось не только времени тренировок, но и времени сна, питания и отдыха. Тогда девушка приедет на соревнования уже подготовленная к новому распорядку дня. Это значительно облегчит акклиматизацию, сведя её негативные последствия до нуля. На это предложение родители Синди ответили согласием.
Осталось сегодня с менеджером катка согласовать время будущих тренировок, и завтра приезжать на каток к 5:00 утра. При этом родителям придётся оплачивать дополнительную аренду льда, тренажёров и зала хореографической подготовки как ей, Розалин Самнерс, так и фигуристке. Но и на это родители Сидни были тоже согласны: эти расходы не шли ни в какое сравнение с расходами на перелёт за свой счёт и гостиницу. Правда, ей самой, Розалин Самнерс, придётся по времени тренировать сразу две группы и проводить только на льду 6 часов в день. А ведь ещё нужно заниматься общефизической подготовкой и хореографией. Будущая неделя грозила стать очень сложной и наполненной безудержным потреблением кофе как раз вот из этих автоматов, которые находятся рядом с ней. Но на что не пойдёшь ради золотой медали ученицы и своей будущей карьеры…