Аметистовый взгляд

Поставив машину перед домом, она вдруг заметила мужчину, присевшего на столбик возле ограды, вытянув длинные ноги в голубых джинсах.
 
Глава VII
Неторопливо поднявшись, Брэди подошел к роскошному автомобилю, двигатель которого на холостом ходу не столько рокотал, сколько мурлыкал. Распахнув дверь, он наклонился и выключил зажигание. Он помог женщине выйти из машины, крепко взяв за руку.
  
– Привет, Марисса. Неплохая машина, купила взамен той, что ушла под воду?
Она смотрела на него разинув рот, не в силах вымолвить ни слова.
Брэди широко улыбнулся.
– При твоем умении водить автомобиль, лучше было бы приобрести игрушку попроще и помаломощнее. Это было бы куда безопаснее!
– Что ты здесь делаешь, Брэди?
– Спасибо, Марисса. Я тоже рад тебя видеть, – пропустив ее вопрос мимо ушей, сказал он.
Брэди легонько прикоснулся пальцем к успевшему поблекнуть синяку у нее на лбу.
– Как твои дела? Кстати, у меня все прекрасно. Твоя Лилиан не сразу поняла, почему я отказался подождать тебя в гостиной, но когда я растолковал ей, как нам с тобой полезен свежий воздух, она ушла, оставив меня здесь.
Легкий ветерок играл его темно-каштановыми волосами. Стальные глаза, обращенные к Мариссе, оказывали на нее загадочное магнетическое воздействие. Вконец сбитая с толку, она все-таки додумалась оглядеться по сторонам и увидела его джип, припаркованный у обочины. И как она его сразу не приметила?
– А что ты… что ты здесь делаешь, Брэди?
– Как что? Вот приехал проведать тебя, разве не ясно?
Взяв Мариссу под руку, он повел к дому.
– Уверен, что ты меня приглашаешь, ведь техасцы так славятся своим гостеприимством.
Марисса явственно ощутила, как к ее волнению добавилась немалая доля испуга. Мысли и чувства путались. Она только начала входить в прежнюю колею: визиты к друзьям, участие в деятельности многочисленных клубов и благотворительных организаций, ленчи, деловые, неделовые встречи, планируемые на пару недель вперед. Это ее жизнь, ее привычная жизнь.
Брэди в нее совершенно не вписывался.
В минуту слабости она купила его скульптуру. Мысль о том, что в ее доме появится вещь, которая будет постоянно напоминать своим присутствием о Брэди Маккалоке, тревожила ее совсем чуть-чуть. Ведь это лишь скульптура, неодушевленный предмет, можно сказать, поделка из дерева.
А теперь рядом с ней появился живой мужчина из плоти и крови. Он дышит, движется и излучает мужскую силу и притягательность. Более того, совсем недавно она самозабвенно дарила ему свою близость, свою любовь!
Отпирая дверь, Марисса, воспользовавшись моментом, наклонилась над замком, чтобы скрыть румянец, окрасивший ее щеки.
«Это все в прошлом, – мысленно убеждала она себя, усилием воли подавляя дрожь, вдруг охватившую ее. – А это – настоящее. Память вернулась ко мне, и отныне все пойдет своим чередом».
Чуть позднее, провожая взглядом Брэди, направлявшегося через парадный холл к гостиной, Марисса почувствовала себя так, как если бы запустила в рафинированную обстановку своего элегантного дома какую-то необузданную силу. Она, то есть он, Брэди, принесет сюда неминуемое разрушение. «Чепуха, – одернула себя Марисса, – я не потеряю самообладания. В конце концов это ведь я его бросила».
Сунув руки в карманы джинсов, Брэди с интересом оглядывал комнату, поражавшую любого посетителя дорогим великолепием.
– А у тебя здесь неплохо, Марисса. И совсем не тесно. Я даже не представляю, на что тебе столько комнат.
Пока внимание Брэди было сосредоточено на вещах, Марисса пристально разглядывала его, стараясь припомнить, почему так недавно этот мужчина с холодными серыми глазами внушал ей безграничное доверие. Даже в этом огромном помещении он казался слишком громоздким. Мариссе пришло в голову, что она в жизни не сталкивалась с более опасным человеком. А когда они были вместе…
Вдруг Брэди резко обернулся к ней.
– А где Роден? – поспешно спросила она, досадуя, что ее застали врасплох.
– Поехал проведать свою матушку. Думаю, ему там неплохо.
Хотя в голосе Брэди не было и тени упрека, она, окинув взглядом свой безукоризненно обставленный, идеально чистый дом, поняла, что имелось в виду: радостному, услужливому, иногда неуклюжему Родену не нашлось бы места среди этой роскоши.
Марисса с необъяснимой грустью подумала о тех часах, которые Роден просидел рядом, подбадривая и утешая ее своим бессловесным участием.
Шагнув к столу, Брэди взял изящную вазу из китайского фарфора, напоминавшую экзотический полураспустившийся цветок. Подержав вещицу в одной руке, он неторопливо перебросил ее в другую, будто хотел прикинуть, какова она на вес.
Если бы кто-то другой поступил с этой роскошной вещью столь небрежно, Марисса переволновалась бы за ее сохранность. Но у Брэди были могучие, надежные руки творца. Кроме того, еще совсем недавно Марисса доверяла им нечто куда более ценное – собственное тело.
Чтобы унять внезапно охватившую ее дрожь, Марисса крепко охватила себя за талию, сжав ладонями локти.
– Меня осенило, кто ты, лишь после того, как я вернулась в Даллас, – прервала она затянувшуюся многозначительную паузу.
Аккуратно поставив вазу на стол, Брэди одарил Мариссу насмешливым взглядом.
– А мне казалось, ты знала обо мне достаточно – раз отдалась мне. Хотя я и говорил во множественном числе о твоих партнерах, в глубине души я знал, что ты не из тех, кто легко меняет мужчин. В твоем облике угадывается утонченная разборчивость. Теперь, оказавшись в твоем доме, я понял, что не ошибался в своих предположениях.
Усилием воли контролируя вскипающее возбуждение, Марисса уточнила:
– Я хотела сказать, что не догадалась, что передо мной – прославленный скульптор с мировым именем.
– В первые два дня ты не ориентировалась в обстановке. А потом?
Марисса расправила плечи.
– Не все ведь знают о Брэди Маккалоке.
Он подступил к ней почти вплотную.
– Разумеется. Но ты-то должна была знать обо мне! Ведь искусству отводилось важное место в твоем образовании и повседневной жизни. А поскольку ты не подумала о моей известности в этой области, можно сделать вывод, что в то время это не играло для тебя никакой роли. Тогда ты была свободна от всех второстепенных деталей. А ведь это прекрасно, не правда ли?
Он не делал попытки прикоснуться к ней, но Марисса слегка отодвинулась.
– Зачем ты здесь, Брэди?
– Я сосчитал: ты уже в третий раз спрашиваешь меня об этом.
– Так ответь же наконец!
Брэди помрачнел, его лицо застыло безжизненной маской.
– Ну, допустим, мне хотелось посмотреть, что ты здесь такое оставила, что так торопилась вернуться. Поскольку, как я понял, о мужчине речь не идет, то, очевидно, все дело в этом доме. Кстати, он похож на тебя, такую, какая ты сейчас.
Она ответила на эту тираду ледяным взглядом и с расстановкой произнесла:
– А что тебе здесь нужно?
Слегка наклонив голову набок, он спокойно разглядывал ее, словно не мог поверить, что она и впрямь задала столь бессмысленный вопрос.
– Мне казалось, я только что это объяснил.
– Не совсем. Наверняка тебя привело сюда нечто совсем другое.
Брэди прищелкнул языком.
– Как грустно, что ты стала такой недоверчивой!
– Брэди, ты мне не ответил.
– Марисса, ты задала очень смелый вопрос. Ты уверена, что готова услышать ответ?
– Тебе придется покинуть…
– Ну а для этого большой смелости от тебя не требуется. Однако должен тебя разочаровать. Можешь не расходовать понапрасну слова. Я никуда не ухожу.
– Тогда, черт возьми, отвечай на мой вопрос! – воскликнула Марисса, потеряв над собой контроль.
  
Судя по промелькнувшей улыбке, Брэди обрадовался этому взрыву чувств.
– Все очень просто, – сообщил он с обезоруживающей искренностью. – У меня есть задняя мысль.
Марисса растерялась.
– Какая задняя мысль?
– Я помог тебе уйти из моей жизни, Марисса. Я отвез тебя в Саммерсвилл, помог взять напрокат автомобиль и проводил его взглядом. После этого меня хватило всего на неделю. – Помедлив, он продолжал: – А поскольку я не вижу у твоей двери упакованных чемоданов, приготовленных к путешествию в Арканзас, я могу сделать вывод, что ты без трудностей и душевных мук приспособилась к жизни без меня.