Она под запретом (СИ)

— Аинка — моя лучшая подруга, — из-за расширения компании Рада пересела ко мне ближе и теперь демонстрирует, насколько соскучилась: обнимает меня и кладёт голову на плечо. — Четыре года в Европе училась.
— Какая специальность? — интересуется друг Вадима, Женя.
— Гостиничный бизнес.
— Где училась?
— Лозанна.
— У Зарубина там брат учился вроде, — вставляет Вадик. — А сейчас чем занимаешься?
— Пока отдыхает, — отвечает Радмила за меня. Ей тяжело долго сидеть молча. — Я же говорю: Аина только на днях приехала. Если кто не в курсе, Аверин-старший — её отчим.
Тут выясняется, что парни знакомы с Луизой, и разговор плавно перетекает в совместные воспоминания и поиск общих знакомых. Мне весело и легко, но минутная стрелка неумолимо движется к одиннадцати вечера.
— Я поеду, ладно? — трогаю Радмилу за плечо и перевожу взгляд на парней: — Оставляю вас в хорошей компании.
— Дай номер телефона, Аина, — ослепительно улыбается Женя. — Вдруг по работе интересные предложения будут, ну или просто решим потусить.
Он приятный парень, прямолинейный и без пошлости во взгляде, а мне нужны друзья.
— Записывай, — отвечаю ему в тон. — А то вдруг мне понадобится работа или я решу потусить.
Я диктую свой телефон и мысленно горжусь собой. Ответила непринуждённо, без смущения и потупленных взглядов. Чаще всего так и бывает, когда парень мне интересен исключительно как друг. Вот бы так же просто было общаться с Данилом.
Когда я прохожу мимо соседнего стола, то вижу, что Арсения за ним нет.
Такси в том месте, где оно должно быть, не оказывается. Я заглядываю в приложение и обречённо вздыхаю: водитель отменил поездку. Испугался дальних расстояний? Вздохнув, обновляю поиск машины и оглядываюсь по сторонам. Напрягаюсь. Оказывается, Арсений ещё здесь. Фары освещают его фигуру — он разговаривает по телефону, а на переднем пассажирском сиденье у него сидит девушка. В ней я узнаю Инессу Ладыгину, дочь министра сельского хозяйства. Пару раз я видела её на днях рождения Луизы, правда, тогда она выглядела чуть менее эффектно. Сейчас ее красота неоспорима и соответствует всем веяниям моды.
— Кого ждёшь? — мужской голос, раздавшийся совсем близко, заставляет меня вздрогнуть. Из окна большого тонированного внедорожника, припаркованного в метре от меня, смотрит мужчина лет тридцати двух-тридцать пяти. Пристрелянный, чуть вальяжный взгляд, хищная улыбка.
Я невольно озираюсь и для надёжности немного отступаю назад.
— Моё такси сейчас подъедет.
— Такой красивой и такси? Непорядок. Давай довезу.
— Спасибо, не нужно, — немного растерявшись, я отворачиваюсь и утыкаюсь в телефон. Где это чёртово такси, когда оно так нужно?
Я несколько раз нервно тычу пальцем в место локации, но добиваюсь лишь того, что сворачиваю приложение. Да чего я так волнуюсь? Можно просто вернуться внутрь и подождать такси там.
— Ты испугалась, что ли, меня? — тот же голос теперь звучит рядом с моим плечом, и я едва не взвизгиваю от неожиданности. Оборачиваюсь и успеваю поймать взгляд Арсения, опускающегося на водительское сиденье своей машины.
— Нет, — я смотрю в лицо незнакомца, стараясь не выдать свою мимолётную панику. Он черноволосый и коренастый, и наглый блеск в его глазах мне не нравится. — Я же сказала, что жду такси.
Фары напротив разгораются ярче — Арсений завёл двигатель. Конечно, ему наплевать, что к его ненавистной сводной сестре пристаёт какой-то мужик. Она ведь так громко смеялась и вышла на улицу одна. Всё это она заслужила.
— Ты здесь в центре где-то? — продолжает допытываться черноволосый, пока его взгляд бесцеремонно шарит по моей груди. — Мне несложно.
Боковым зрением я вижу, как дверь автомобиля Арсения снова распахивается. Надежда и неверие вспыхивают во мне яркой искрой. Идёт сюда? Да, Арсений идёт сюда. Челюсть плотно сжата, на лице застыло нетерпение, смешанное с недовольством.
— Девушку оставь, — громко произносит он ещё до того, как поравняться с нами. Хлёсткий взгляд на меня и ноты раздражения: — Где такси твоё? Внутри не сиделось?
 
Сейчас меня совсем не обижает его грубый тон. Арсений не уехал. И какое счастье, что он на голову выше этого приставалы.
— Знакомая, что ли, твоя? — поменяв тон на более собранный и деловитый, уточняет мужчина.
— Без разницы, — холодно отрезает Арсений. — Или так понравилась, что ты за неё покусаться готов?
Черноволосый сводит к переносице брови, словно взвешивая за и против, пожимает плечами и, развернувшись, идёт к своей машине.
Бесшумно выдохнув от облегчения, я быстро опускаю взгляд в телефон. Такси подъедет через одну минуту.
— Спасибо за то, что вмешался, — смотрю сначала на верхнюю пуговицу рубашки Арсения и лишь потом — ему в глаза. — Я вызвала такси заранее, но водитель отменил поездку.
Недовольное движение губ и тяжёлый немигающий взгляд.
— Сейчас оно где?
Шорох катящихся шин даёт мне подсказку, и я с едва сдерживаемой радостью тычу пальцем в подъезжающий белый седан.
— Вот.
Хочется сказать что-то ещё в благодарность, но всё, что приходит мне в голову это:
— Ты сегодня в городе остаёшься?
Глупый вопрос. Конечно, он остаётся в городе. На часах начало двенадцатого, а в его машине сидит красивая девушка.
Не дождавшись ответа, я делаю неловкий взмах рукой на прощанье и быстро иду к спасительному такси. Захлопываю за собой дверь и по инерции выглядываю в окно. Наши взгляды успевают пересечься на долю секунды, после чего Арсений отворачивается и быстро идёт к своей машине.
  
Глава 9
 
— Я тебя хочу с Борзаковым познакомить, — деловито сообщает Луиза, листая вешалки в отделе белья, где мы торчим почти час. — Ты его разок, может, видела, но вряд ли запомнила. Он в Англии учился. Вернулся три года назад. Парень классный, без понтов и без желания присунуть всем подряд.
— Похоже на сводничество, — замечаю я. — Думаешь, сама не справлюсь?
— Справишься, конечно. Вон ты какая стала. Просто хочу облегчить тебе хождение по кругу. Ты пару раз в свет выйдешь — на тебя куча тусовочных кобелей накинется. А они в основном пустышки, понимаешь? Один кокс нюхает, другой от жизни ни хрена не хочет, кроме как отцовское бабло тратить, третий просто тупица, четвёртый — избалованный моральный урод. А я тебе сразу могу сказать, кто нормальный, а кто нет. Вот Борзаков нормальный. Если бы Даню себе не захотела — точно бы Мишаню к рукам прибрала.
Моя рука застывает на очередной вешалке, и, прежде чем я успеваю подумать, с губ само слетает:
— Как понять, захотела?
— Так и понимать, — пожимает плечами Луиза, не прекращая увлечённо перебирать кружева. — Я же в своё время вообще без башки была: парней как перчатки меняла… Ну ты помнишь. И Данил такой же был — всю тусовку перетрахал. Но к двадцати четырём я как будто прозрела, знаешь. Захотелось, чтобы рядом был кто-то надёжный, а не вот это вот всё. Чтобы красивый, умный и чтобы другом хорошим был. И в один прекрасный день как обухом по голове: блин, да это же Даня! Ну и всё. Короче, я его соблазнила, — издав неловкий смешок, сестра поворачивается ко мне: — Бабурин днюху отмечал за городом, ну и Даня, конечно, был приглашён. Арс тогда в Штаты улетел, так что ручки у меня были развязаны. Танцы-пьянцы, обнимашки в бассейне, — она многозначительно играет бровями, намекая на логическое продолжение. — Ну и понеслась. Я же телец. Если что-то в голову вобью — фиг отступлю.
Слушать это мне не то чтобы неловко — кажется, я не имею на это право. Луиза делится со мной, а я… ёжусь, напрягаюсь и по-белому ей завидую. Что вот так всё у неё просто: захотела и получила.
— Ну и всё к лучшему. Вы красивая пара.
— Все так говорят. Сама удивляюсь: как я раньше не замечала, что мы идеально друг другу подходим? Я обожаю болтать, а Даня умеет слушать, и в сексе у нас всё просто прекрасно. Это я тоже, кстати, недавно поняла: как важно, чтобы люди темпераментами совпадали. Но Арс, конечно, бесился. Ну это и понятно: они с Даней друзья и он боится, что, если у нас не сложится, их отношения испортятся. А папа, наоборот, обрадовался. У него, правда, свой интерес. Они с Косицким-старшим какой-то совместный проект под это дело мутить собираются. Короче, спит и видит, что мы поженимся.