Тень Великого Древа (СИ)

Это сказал Лахт Мис, и у Джоакина возникло неприятное чувство, будто его испытывают.
- Э… как заметил генерал, я здесь не для того, чтобы говорить, а только затем, чтобы слушать.
- И вкусно кушать, - шепотком ввернула Эйлиш.
- Ну же, не смущайте гостя! Я хочу снова увидеть его здесь, - генерал подмигнул Джоакину. – Ни к чему юлить и притворствовать, когда граф почтенно просит нашего совета. Скажу напрямик. Опасность медведей, конечно, не в том, чтобы усилить штурм. Старый волк может распорядиться ими гораздо хитрее. Он вышлет их на запад, навстречу орде, чем задержит ее продвижение. Это создаст для нас большие продовольственные трудности.
- Что особенно неприятно, - добавил Лахт Мис, - по пути медведи пройдут нашу столицу – Сайленс.
- Боюсь, что да, - признал Джоакин.
Хорис продолжил:
- В данный момент Сайленс занят войсками моего бывшего сеньора, Старшего Сына. Он очень обрадовался, вернувшись в столицу и не найдя там меня. Развесил всюду свои флаги и назвал себя единственным властителем Закатного Берега, как тут получил известие о наступлении медведей. Старший Сын прислал мне шифрованное письмо, в котором предложил забыть все разногласия и осыпать меня золотом, если я предам графа Шейланда, позволю Ориджину взять Уэймар, а сам примчу в Сайленс на помощь Старшему Сыну.
Джоакин замер, не донеся ложку до рта. Машинально перебросил ее в левую руку, освободив правую для боя. Эйлиш нежно почесала его за ухом, Хорис улыбнулся:
- Я в ответ также предложил Старшему Сыну дружеские объятия и узы вечной верности – в случае, если он бросит Сайленс и придет на помощь нам. Но боюсь, на это не стоит рассчитывать. В Закатном Береге есть лишь один полководец, готовый сражаться против кайров, и он уже здесь.
- Ммм… - Джоакин поразмыслил. – Каков же выход, генерал?
- Вы мне скажите, сир.
- Я?..
- Первым днем осады, пока кольцо еще не сомкнулось плотно, барон Доркастер покинул город с Перстом Вильгельма и сотней воинов. Знаю, что поехал он не куда-нибудь, а прямо в Клык Медведя, чтобы взять графство Нортвуд под свой контроль и обеспечить Крейгу Нортвуду более насущные заботы, чем поход на запад. Примерно так описал мне ситуацию граф Виттор, а вы, сир Джоакин, можете добавить свое мнение: справится ли барон?
- Мое мнение?
- Конечно. Вы же знаете его, вместе служите одному сеньору.
Джо поскреб затылок.
- Ну… Доркастер не выглядит особенно опасным воином. На поле боя я бы не полагался на него. Но в таком закулисном деле… Если надо тихонько прокрасться в город и учинить переворот… Доркастера мало кто заподозрит, поэтому-то он может выполнить задачу.
- Применит ли он Элиаса Нортвуда?
- Элиаса?..
Генерал поморщил краешек рта:
- Милая Эйлиш, что я говорю в таких случаях?
- Что не любите людей, которые часто переспрашивают. Они швыряют камни в гладь мысленного потока.
- Простите, - смешался Джоакин. – Просто я не понял, о каком Элиасе речь. О старом Нортвуде, да?
- Конечно, сир. Он ведь находится в распоряжении вашего господина?
- По правде, генерал, я не знаю. Что-то слышал об этом: Айви когда-то его стерег. Но лично я не видел в замке никакого Нортвуда. Если даже он в плену у графа, то содержится не здесь.
- Оно и к лучшему, не так ли? Ведь отсюда было бы сложно вывезти его.
- Угу…
Генерал, полностью удовлетворенный, занялся кашей. Джоакин почувствовал себя дураком: это же Хорис должен был ответить на его вопросы, но вышло наоборот!
- Генерал, я надеюсь, по второму делу вы дадите более многословный совет. А то ведь я не буду знать, что доложить графу.
- Скажете, что провели вечер в приятном обществе, вкусно поели, а после ужина предались любви со своей женщиной. Это и есть главное в жизни, а политика да войны – только мишура.
- Гм. Тем не менее, я обязан задать второй вопрос. Какой части войска поручить охрану спуска?
Закатники дружно поглядели на него. Генерал – лукаво, Лахт Мис – пристально.
- До сей поры спуск охранялся нашим полком. Граф недоволен нами?
- Графа тревожит количество задних. Оно растет во всех подразделениях. В том числе, боюсь, и в вашем.
 
- Задние… - повторил Хорис задумчиво и сделал долгую паузу.
Оборона спуска была сложным вопросом. Нынешняя армия Шейланда состояла из четырех разрозненных частей, и каждая имела свои недостатки. Собственные рыцари графа, пережившие мятеж Ионы, были полностью надежны, но малочисленны, и требовались в замке. Кайры Флеминга славились боевым мастерством, но они же – кайры, одной крови с теми, что за стеной! Быть может, даже лично знают Ориджина или Блэкберри. Разумно ли ставить их на самый ответственный участок?.. Затем, имелся Перкинс – верный Шейланду, словно пес, и владеющий Перстом Вильгельма. Но его солдаты в большинстве своем – бандиты и наемники, люди без чести. Они-то чаще всего пополняют ряды задних… А лучшим сочетанием мастерства и надежности до сего дня могли похвастать закатники Хориса. Но то, что нынче Джоакин увидел на спуске, не походило на прочную оборону.
- Словом «задние», - спросил генерал, - вы именуете людей, недостаточно твердых в вере?
- Недисциплинированных, ленивых, непослушных приказам. Тех, что спят на вахте или едят коней.
- Стало быть, тех, чья воля и разум слабее усталости и голода. Мне грустно думать о них, но правда проста: в любом войске имеются задние. Не существует полка, свободного от этого бремени. Командир может лишь выдумать способ наилучшим образом распорядиться ими. Потому я и поставил их на оборону спуска.
Джо нахмурил брови:
- Вы не ошиблись, генерал? Разве не спуск – самое опасное место?
Хорис ухмыльнулся и глянул на Эйлиш, призывая ее ответить.
- Славный мой, если кайры пойдут на штурм, нижняя половина спуска обречена. Неминуемо падет и бастион, и нижний вал. Врага можно остановить лишь на середине спуска, когда северное войско сожмется до ширины дороги. Наша надежда – стрелки на верхнем валу.
Лахт Мис добавил:
- Все, кто стоит ниже, побегут с началом боя. Но именно это от них и требуется: своим бегством заманить кайров повыше, на узкую дорогу, под огонь Перстов.
- Разумно, - хмыкнул Джоакин. – Но остался третий вопрос…
Он умолк, сбитый с толку сказочным, божественным запахом. Денщик внес в шатер сковороду, на которой дымились пять ломтиков жареного мяса. Кажется, ничего более приятного он в жизни не нюхал!
- Давайте же приступим к главному блюду трапезы, - торжественно сказал Хорис.
Закатники молчали, пока денщик раскладывал мясо по тарелкам. Потом приступили к молитве – отчего-то не в начале ужина, а сейчас, при перемене блюд. Джо не выдержал и попробовал кусочек. Никогда бы не подумал, что конина может быть такой сочной и мягкой!
- Генерал, ваш повар – гений!
- И святой человек, - согласился Хорис. – С мыслями о Ней…
Он положил мясо в рот.
- С мыслями о Ней… - повторили Эйлиш, Мис и адъютант.
Все принялись жевать – медленно, вдумчиво, будто бы даже с трепетом.
Чудесный вкус заставил людей забыть о беседе. Оно и хорошо, поскольку третий вопрос отнюдь не способствовал аппетиту. Джоакин молча и с наслаждением поглотил ломоть мяса. Сердечно поблагодарил генерала, отер губы салфеткой и лишь тогда вернулся к делу:
- Неловко беспокоить вас такою темой, но я сделал тревожное наблюдение, и граф велел мне обсудить это с вами. Нынешним утром мы видели на склоне группу солдат из вашего полка, они варили и собирались съесть нечто с дурным запахом. При моем появлении спрятали какую-то кость и уклонились от ответов на мои вопросы. Простите, генерал, но я боюсь, как бы они не ели мертвечину.
- Хм. Непростое дело, сир Джоакин, - жестом степного кочевника Хорис огладил усы. – Почему вы думаете, что их пищей был покойник?
- Они быстро спрятали кость, но я успел заметить ее размер. Она не принадлежала ни коню, ни крысе. Могла быть собачьей, но псов почти не осталось, а все, что уцелели, стоят на учете у лорда Мартина.